Чтение онлайн

– Это значит, что это… это вроде как невозобновляемый ресурс. Эта сила внутри нас. Мы можем использовать ее только определенное количество раз, прежде чем… – Я замолкаю, поднося руку к трещинкам вокруг глаз. – Выстрелив из Оружия определенное количество раз, Триггер погибнет.

Кэл сжимает мою руку. Я стараюсь не обращать внимания на страх в его глазах.

– Видите? – Каэрсан ухмыляется. – Даже эта девочка готова отдать свою жизнь в борьбе за ваше спасение. Но вы не станете сражаться, чтобы спасти самих себя?

Рикерит хмурится, а Наблюдатель набирает в легкие воздуха, чтобы выплюнуть еще больше оскорблений. Я понимаю, что спираль закручивается по новой, но тут наконец вижу движение – Улемна протягивает руку, чтобы откинуть капюшон.

Это женщина. Она опьяняюще красива, ее кожа отливает голубым и фиолетовым мрамором, а под ее поверхностью клубятся будто бы миниатюрные галактики, каждая из которых находится в постоянном гипнотическом движении. У нее серебристые глаза, а голос точно музыкальный аккорд в минорной тональности. Три ноты звучат одновременно.

– Даже если мы сделаем так, как ты просишь, Дитя Терры, – говорит она, – и даже если вы сможете починить Оружие и перенестись в свое время, что тогда? Если вы победите Ра'хаама в прошлом, то гарантируете, что наше будущее не наступит. Ты, по сути, уничтожишь всех нас.

– Только эту версию вас, – говорит Кэл. – Другие версии будут жить. В галактике воцарится мир. Галактике без Ра'хаама.

– А что насчет тех, кто родился после того, как расцвел Ра'хаам?

Мы поворачиваемся к Тайлеру, стоящему рядом со своим экипажем. Лаэ встречается с ним взглядом, но он смотрит на Кэла, на меня и стискивает зубы.

– Ты вернешься и все поменяешь, и кто знает, будут ли они вообще существовать?

– Судьба, брат, – отвечает Кэл. – Судьба.

– Ты всегда можешь позволить им остаться здесь, – говорит Каэрсан. – Обречь их на медленное удушье и поглощение коллективным разумом.

– Мы не можем ему доверять, – свирепо смотрит Наблюдатель. – Чо'таа. Сай'нуит.

– У тебя нет чести, – насмехается Лаэ над Каэрсаном. – Твое имя – позор. Твоя кровь – позор. Мы не можем доверять ни единому твоему слову, убийца. И ты серьезно хочешь, чтобы мы сражались за тебя? Отдали свои жизни? За тебя?

Звездный Убийца оглядывает залу. Я помню, как выглядело это место в ту ночь, когда экипаж 312 прибыл на Семпитернити, будто это случилось вчера. Галактика, вращающаяся над нашими головами, красивые люди, потрясающие наряды. Но теперь здесь лишь мерцающий свет, сломанные приборы и вонючая ферма по выращиванию водорослей для прокорма голодающих отбросов, скучковавшихся внизу, в лоне сгущающейся тьмы.

– И это ты называешь жизнью? – усмехается Каэрсан.

Совет снова взрывается криками – Наблюдатель, рикерит и даже бетрасканка повышают голоса, а Улемна откидывается на спинку стула, снова натягивая капюшон. Лаэ тычет пальцем в Каэрсана и что-то кричит Тайлеру, а тот в свою очередь вскидывает руки и что-то говорит Тош.

Кэл крепче сжимает мою руку, и я закрываю глаза. Это безнадежно – комната полна страха и гнева, Сорняки где-то там, в темноте, разыскивают нас, а мы застряли прямо посередине, пока последняя жизнь в галактике ждет своей очереди умереть.

И тут начинают выть сирены.

Тусклое освещение гаснет еще сильнее, споры прекращаются, страх и замешательство в глазах членов Совета пронизывают их мысли.

– Это?..

– Красная тревога. Красная тревога. Флот РА'ХААМА обнаружен у отметки Омега. Повторяю: обнаружен флот РА'ХААМА. Всему экипажу занять боевые посты.

– Это невозможно, – шепчет Тайлер.

– За вами следили? – вопрошает рикерит.

– Конечно, нет! – огрызается он. – Мы раз шесть прыгали, пока сюда добирались! Следовали всем протоколам!

– Тогда как же получилось, что Сорняки так быстро нас нашли? – спрашивает бетрасканка. – Последняя атака была всего десять дней назад! Они не должны были…

– Ох, сушкин сын…

Все взгляды в комнате устремляются ко мне. Я шепчу:

– Они чувствуют меня. – Смотрю на Каэрсана, и сердце замирает. – Чувствуют нас.

Он наклоняет голову.

– …Возможно.

Я с трудом сглатываю и смотрю Кэлу в глаза:

– Мы привели их сюда.

– Красная тревога. Приближается флот Ра'хаама. Всему экипажу занять боевые посты.

– Ты навлек гибель на всех нас, Звездный Убийца! – вопит Наблюдатель, поднимаясь на ноги. – Коммандер Джонс, вам не следовало…

– При всем уважении, советник, – рычит Тайлер, – но, может, потыкаем в него пальцами после того, как выберемся из этой кучи дерьма?

– А нельзя просто создать врата и прыгнуть отсюда? – спрашиваю я. – Ты сказал, что у вас тут есть рифтовый двигатель…

– Он отключен! – кричит Тайлер, перекрывая вой сирен. – Следующая атака должна была произойти не раньше чем через десять дней! Техникам нужно провести техническое обслуживание и ремонт, а Путеходцам – восстановиться между прыжками!

– Как скоро вы сможете его запустить? – спрашивает Кэл.

Тайлер смотрит на Наблюдателя, все еще бледного от ярости.

– Советник?

– По меньшей мере сорок минут, – отвечает он. – Возможно, час…

– Красная тревога. Это не учения. Время прибытия Ра'хаама: двадцать три минуты. Красная тревога.

Я вопросительно гляжу на Каэрсана, и тот, лениво приподняв серебристую бровь, наклоняет голову. Смотрю Кэлу в глаза, и он кивает. Держась за руки, мы поворачиваемся и бежим.

– Аври! – вопит Тайлер позади нас. – Куда это ты, блин, собралась?

– Выиграть тебе сорок минут!

Их так много.

В моей голове Ра'хаам – это «Оно». Единый коллективный разум, состоящий из миллиардов частей, соединенных в массивную сингулярность. Когда одна его часть испытывает боль, болит все тело. То, что видит одна его часть, знают все остальные. Но когда я наблюдаю за роем кораблей, несущихся на нас, – больше, чем я когда-либо видел, – трудно не воспринимать его как Их.

Терранские тяжелые авианосцы. Сильдратийские призраки. Бетрасканские военные корабли и челлерианские штурмовики. Сотни различных моделей и классов, украденных из сотен разных миров. Все они покрыты извивающимися сине-зелеными наростами, тянут за собой вьющиеся щупальца тьмы.