Чтение онлайн

По какому-то невидимому сигналу или, возможно, скрытому механизму, среагировавшему на голос, гигантские мраморные створки дрогнули. Мы не услышали ни скрежета, ни грохота; шестиметровые махины бесшумно, словно скользя по маслу, ушли в толщу скалы, лишь низкий, едва уловимый гул выдавал работу колоссальных механизмов.

Что ж, инженерное мастерство впечатляло.

Внутри нас ждал шлюзовой зал, идеальный каменный куб с полированными стенами, напоминавший вход в Твердыню Гурзана. Я вошёл внутрь, ведя под руку Ирен. Лили держалась с другой стороны, а Мэриголд следовала на шаг позади, незаметная, как тень.

Мой взгляд скользил по стенам. Идеально отполированный гранит отражал свет факелов.

Что тут скажешь? Красиво, надёжно!

Но… что-то было не так. Я невольно сравнивал эту кладку с той, что видел в древней Твердыне Гурзана. Разница казалась едва заметной, но мой глаз, привыкший подмечать детали, её уловил.

Здешний камень, несомненно, был обработан безупречно, но… механически, а там каждый блок, каждая плита несли на себе отпечаток руки мастера, чувствовалась душа, вложенная трудом резчиков. Здесь же все говорило о работе магии и высокоточных инструментов. Всё равно что сравнивать скрипку, созданную тёплыми руками Страдивари и отличный, дорогой, но все же заводской инструмент.

Эффективность против искусства.

Гномы прошлого тратили столетия, чтобы создать шедевр, современные же мастера Склепов Корогана предпочли скорость и функциональность. С точки зрения логики они, конечно, правы. Зачем тратить жизнь на полировку одного камня, если магия сделает это за минуту? Качество здесь было на уровне девяноста восьми процентов, но те самые два процента, что отличали Склепы от Твердыни, и составляли разницу между просто великолепной стройкой и легендой.

Меня кольнуло лёгкое чувство вины: мы изрядно попортили интерьеры Твердыни во время боёв, обрушив пару сводов. Утешало лишь то, что разрушения коснулись в основном служебных туннелей, а не главных залов.

— Впечатляет, — произнёс я вслух, и эхо моего голоса отразилось от безупречных, но холодных стен. — Ведите, Торик.

Торик не пропустил момент, когда я задержался у прохода, оценивающе оглядывая кладку камеры шлюза. Гном перехватил мой взгляд, и в его глазах мелькнуло понимание, он сообразил, что я оцениваю не просто красоту камня, а фортификационную надёжность.

— Да, — коротко кивнул старейшина, словно отвечая на мои невысказанные мысли. — Всё именно так, как ты думаешь. На совесть.

Мы вступили в широкий туннель, своды которого терялись в полумраке. Здесь легко могли бы разойтись две гружёные повозки, но при этом пространство было спроектировано так, чтобы любой враг оказался как на ладони. Пока мы шагали, гулкое эхо разносило голос Торика, который с нескрываемым энтузиазмом проводил за экскурсию, попутно рассказывая о Склепах Корогана, и каждое его слово отражало гордость за предков-основателей.

— Мы вгрызаемся в породу под Хладным Пиком вот уже триста семнадцать лет, — вещал он, его густой бас рокотал, отражаясь от стен. — Расширяем туннели, пробиваем новые залы. Сейчас в забоях трудится более четырёх тысяч шахтёров. Мы вскрыли богатейшие жилы железа, меди и серебра, эта гора щедра к нам.

— А откуда пришёл ваш народ? — поинтересовалась Лили. Моя жена слушала его рассказ с неподдельным интересом, впитывая каждое слово.

Лицо Торика помрачнело, кустистые брови сошлись на переносице. Очевидно воспоминания неприятно кольнули болью.

— Из Железного Чертога, — буркнул он. Тон ясно давал понять, расставание с родиной не произошло добровольно.

— Ох! — выдохнула она. — Великий Разлом?

Несколько гномов, идущих позади нас, согласно заворчали, подтверждая догадку.

— Именно, — кивнул Торик. — Мы прошли через Бастион ещё до того, как он стал заселённым регионом, преодолели ужасные опасности, продираясь на север, пока не наткнулись на Хладный Пик. Тогда мы и поняли, вот он, наш новый дом.

— Это прекрасная гора! — вдруг подала голос Мэриголд. Гномка, до этого скромно молчавшая, улыбнулась. — Если я не слишком дерзка, старейшина… вы нашли её Сердце?

Я нахмурился. Сердце? Никогда раньше не слышал этого термина в таком контексте, и моя внутренняя паранойя тут же взвела курок. О чём речь? Артефакт? Источник магии? Оружие?

Глубокий голос Торика заурчал, перерастая в довольный смех.

— Да, но после долгих изнурительных поисков. Я с гордостью покажу его вам.

Лицо Мэриголд вытянулось от удивления, которое тут же сменилось восторгом.

— Это… это было бы огромной честью!

— Это жемчужина Склепов Корогана, и мы, признаться, любим ею похвастаться.

Я переглянулся с Ирен. Жрица лишь слегка пожала плечами, тоже не понимая, о чём речь.

— Мне стыдно признаться, Торик, но я не знаком с этим термином, — честно сказал я. Лучше уж спросить и показаться невеждой, чем кивать и пропустить важную информацию.

Высокопоставленные гномы, карлики и полурослики, окружавшие нас, тут же оживились, будто дети, которым разрешили рассказать любимую страшилку. Они подошли ближе, их глаза горели фанатичным блеском.

— Ах, Искатель! — Торик потёр широкие ладони друг о друга. — Сердце Горы — это величайший дар Кротоса всем рудокопам. Поверье гласит, если искать достаточно усердно, как бы глубоко ни пришлось спуститься, в конце концов упорный труд будет вознаграждён драгоценным камнем непревзойденных размеров и чистоты.

Чёрт, а ведь звучит эпично. Легендарный лут.

— С удовольствием бы на него взглянул… — сказал я.

И тут меня осенило!

Я замер на полушаге, вспомнив нашу находку в сокровищнице Последней Твердыне Гурзана, тот самый гигантский алмаз, размером с мою голову,.

— Полагаю, — медленно начал я, прощупывая почву, — Сердце Горы — нечто большее, чем просто дорогое сокровище? Символ?

Услышав это, свита Торика одобрительно загудела.

— Да, душа любого гномьего чертога, — твёрдо, с нажимом произнёс Торик. — То, вокруг чего сплачивается клан, то, что заставляет нас стремиться к совершенству, украшать и укреплять свой дом. Мы процветаем, когда Сердце найдено и занимает почётное место, и мы угасаем, если оно утрачено.

Твою ж мать!

Я посмотрел на Ирен, затем на Лили и Мэриголд. Девушки, кажется, поняли всё без слов и синхронно кивнули.

Вздохнул, подавляя в себе жадность хомяка-лутера. Это наш шанс. Шанс не просто заработать золото, а купить нечто более ценное, абсолютную лояльность целой фракции.

— Полагаю, мы нашли Сердце Последней Твердыни Гурзана, — произнёс я в наступившей тишине.

Эффект был подобен взрыву светошумовой гранаты. Все гномы, карлики и полурослики вокруг нас замерли, словно статуи, Торик выглядел так, будто его сейчас хватит удар. Он дёрнулся ко мне, словно хотел схватить за лацканы куртки, но сдержался, в его глазах блеснула смесь надежды и страха.