Чтение онлайн

— Возможно — Михаил, — сказал Хамза.

Стопроцентное попадание, ответ засчитан.

— А исполнитель будет кто? — спросил Лисицын, заторопившись, как идущий по следу охотник.

У Китайгородцева сжалось сердце.

— Ты в курсе? — проявил нетерпение Лисицын.

Хамза молчал, но можно было догадаться, что он знает.

— Кто?! — резко спросил Лисицын.

Китайгородцева корежило. Плохо было так, как никогда прежде.

— Стас Георгиевич, — произнес было вкрадчивым голосом Хамза, но собеседнику было не до обсуждений.

— Сколько ты хочешь? — оборвал Лисицын. — Назови свою цену!

— Тут дело не в деньгах…

— В деньгах!

— Не в деньгах, — заупрямился Хамза.

— А в чем? — спросил Лисицын с досадой.

— Я же говорю: мне важно знать, что происходит. Подробности нужны. Вы мне информацию, я вам — координаты киллера.

— Но ты точно знаешь киллера?

— Да, — спокойно ответил Хамза.

— Придется рассказать, — сообщил Лисицын, и металл недобро звякнул в его голосе.

Что-то неуловимо изменилось в разговоре в эту самую секунду. И Хамза это почувствовал, и Китайгородцев.

Интересно, у его пацанов есть стволы?

— Ты не представляешь, насколько это все серьезно — про шестнадцатое, — сказал Лисицын. — Речь о моей жизни идет. И я церемониться не буду.

И взгляд у него тоже стал недобрый.

Похоже, есть стволы. Иначе бы не лез в бутылку.

— Никто из вас отсюда не уйдет, пока я не услышу — кто.

Если он услышит, кто назначен в киллеры, тогда им точно не дадут уйти.

Китайгородцев прикинул, как им быть. Пока телохранители Лисицына слоняются по дому, самого Лисицына надо брать в оборот. Либо нейтрализовать сейчас и уходить. Либо уходить, забрав его с собой и прикрываясь им, как щитом.

— Хорошо, я вам скажу, — вдруг согласился Хамза.

Не ожидал Китайгородцев.

А Хамза поднялся с кресла и пошел к двери.

— Стоять! — всполошился Лисицын.

Его бойцы затерялись где-то в недрах дома, и он пока не был готов к противостоянию.

— Не при свидетелях, — ровным голосом сообщштХам-за и кроме как о Китайгородцеве ни о ком другом он так не мог сказать.

Хамза стоял в дверях. Еще шаг — и окажется за порогом. Лисицын занервничал.

— Идемте! — дружелюбно предложил ему Хамза.

Лисицын наконец дозрел до мысли о том, что лучше ему пойти с Хамзой, чем выпроводить из комнаты Китайгородцева. Уйдет Китайгородцев — куда? За помощью? Это лишние проблемы.

Лисицын вышел из комнаты следом за Хамзой. Китайгородцев еще слышал, как Хамза спросил:

— Но вы мне скажите точно: ваш отец, генерал Лисицын, он действительно умер?

— Да, — ответил Стас Георгиевич.

— Похоронен в Москве?

— На Ваганьковском кладбище, — сказал Лисицын.

Они пошли прочь от двери, чтобы поговорить наедине. А Китайгородцев вдруг увидел ключи. От автомобиля, на котором они сюда приехали. Ключи лежали на столе. Хамза забыл.

Забыл. Забыл? Да не забыл! И Лисицына он не просто так увел!

Китайгородцев взял ключи и вышел из комнаты. Где-то неподалеку бубнил Хамза. Точно, специально заговаривает зубы Лисицыну.

Китайгородцев беспроблемно вышел на галерею. Здесь он нос к носу столкнулся с одним из охранников Лисицына.

— Все тихо? — деловито осведомился Китайгородцев.

— Угу.

— Напарник твой где? Лисицын интересуется.

Про Лисицына Китайгородцев упомянул неспроста. Чтобы подозрений не возникло.

— Ходит где-то, — заволновался охранник. — Щас найду!

Похоже, далеко напарник. И можно рискнуть. Китайгородцев воспользовался тем, что охранник стоял спиной к стене. Ударил кулаком в лицо что было силы. Затылком охранник впечатался в стену. После таких жестоких ударов на ринге останавливают бой. Охранник по стеночке сполз на пол. Китайгородцев рванул его пиджак. Посыпались пуговицы. Обнажилась плечевая кобура. Пистолет. Травматический. Неспроста у Китайгородцева с первого дня возникли подозрения насчет профессионализма лисицынской охраны. Они бы еще с газовыми баллончиками хозяина сопровождали. На поясе у охранника болтались наручники. Китайгородцев не без труда доволок стокилограммовое тело до ограждения галереи, приковал поверженного врага. Прислушался. Тихо в доме. Торопливо проверил содержимое карманов бесчувственного охранника. Паспорт. Мобильник. Бумажник: небольшая сумма денег и пара дисконтных пластиковых карт из супермаркетов. Два ключа на общем кольце. По-видимому, от квартиры. Несвежий носовой платок. Больше не было ничего.

Прошел по галерее, спустился по лестнице. Шаги. Китайгородцев отступил за чучело огромного медведя. Из бокового коридора вышел Лапутин. Китайгородцев выразительно приложил палец к губам. А понятливый Лапутин, увидев в руке Китайгородцева травматический пистолет, тотчас быстро и бесшумно выдернул из кобуры оружие.

— Охранника видел? — шепотом спросил Китайгородцев.

— На кухне, — шевельнул губами собеседник. — Ждет.

— Разоружаем. Жестко.

Лапутин даже не спросил, что тут к чему. Он ходил по дому в одиночестве, а Китайгородцев был с Хамзой. Видно, обстановка изменилась. Пацана того на кухне мордой в пол, а потом уже будем разбираться, зачем это нужно.

Ступая бесшумно, дошли до кухни. Было слышно, как громыхает посудой охранник. Хорош телохранитель. Расслабился. А если бы его хозяина в эти минуты резали на куски где-то в лабиринтах дома?

В кухню ворвались, как смерч.

— На пол!

— Ложись!

— Замочим!

Охранник, едва увидел пистолет в руках Лапутина, рухнул на пол как подкошенный. Лапутин держал его на мушке, Китайгородцев разоружал. У этого тоже был травматический пистолет.

— У Лисицына есть оружие? — спросил Китайгородцев.

— Кажется, нет.

Китайгородцев на всякий случай ударил парня ногой по ребрам.

— Я не видел! — заспешил тот клясться.

— Приехали сюда зачем?

— У шефа дела какие-то! — попытался увильнуть охранник.

Китайгородцев еще раз ударил его.

— Мы пехота! — взвыл охранник. — Чего приказали, то и делаем!

— А чего приказали? — спросил Китайгородцев.

— Искать.

— Кого?

— Не знаю.

Удар по ребрам.

— Ох-х! — выдохнул охранник. — Я правду говорю! Он не сказал! Ищите, говорит! Тут кто-то должен быть!

— Мужчина? Женщина?

— Я так понял, что мужик.

Какой-то шум. Охранник дернулся.

— Лежать! — зашипел Китайгородцев.

Снова тишина.

Китайгородцев склонился над охранником, выворачивал карманы, содержимое бросал на пол: бумажник, наручники, паспорт, зажигалка, сигареты… Больше ничего. Китайгородцев похолодел.

— Вас сколько здесь?! — спросил он, уже понимая, что прошляпили.

— Чего? — не сразу сообразил парень.

— Сколько вас сюда приехало?