Чтение онлайн

Несмотря на ранний час, в приемной их уже с видимым нетерпением поджидала Ольга Ивановна.

— Ну что? Как?! — воскликнула она, орлицей кидаясь навстречу начальнику.

— Все путем, Олюшка, — успокоил ее Иван Федорович, многозначительно похлопывая себя по оттопыренному карману пиджака, и даже ласково ущипнул заместителя за щеку. — Теперь все будет путем. Натурально.

Тем не менее, когда та попыталась зайти в кабинет вместе с ними, он решительно ее остановил.

— Нет-нет, останься. Мне надо поговорить с Гориславом Игоревичем приватно. Я позову, когда потребуешься.

Оказавшись в кабинете, Шигин перво-наперво задернул шторы и включил настольную лампу.

— Горислав Игоревич, — произнес он, указывая Костромирову на кресло и усаживаясь сам, — я хотел бы еще раз напомнить и попросить вас о сохранении безусловной конфиденциальности. Все произошедшее должно остаться строго между нами. Вы понимаете?

— Разумеется, — сдержанно кивнул Горислав.

— А… этот ваш приятель, Пасюк (какое, однако, странное имя!) — он вполне надежен?

— Вполне, — вновь кивнул Горислав.

— А раскройте секрет, Горислав Игоревич, как же это вы догадались, где ассассины прячут свой трофей?

— Дело в том, что в хрониках Марко Поло, который, собственно и принес в Европу легенду о Горном Старце, содержится любопытный рассказ о том, как некоторые европейские владыки использовали ассассинов для устранения своих врагов. В частности, Ричард Львиное Сердце нанял их для убийства Конрада Монферратского. И вот двое ассассинов, приняв для отвода глаз христианство, подобрались к Конраду и нанесли ему несколько кинжальных ударов, после чего скрылись в какой-то церкви. Но там их настигла весть, что маркграф выжил. Поскольку церковь была окружена верными Конраду рыцарями, они через систему подземных коммуникаций проникли в покои маркграфа и завершили-таки начатое дело. Кроме того, Аш-Шахрастани также упоминает, что обязательной частью обучения ассассинов являлась выработка особого искусства ориентации в пещерах, лабиринтах и подземельях. Собственно, все это и послужило основой для такой гипотезы. Саму же догадку, как часто бывает, спровоцировало событие совершенно случайное.

— Правду говорят: учение — свет! — с искренним восхищением воскликнул Председатель. — Мне бы самому нипочем не догадаться… Ну что же? — резюмировал он, со вздохом вытаскивая из кармана увесистый трофей. — Вот и закончилась история Золотого Лингама. Уже завтра он, — тут Шигин не без торжественности установил артефакт в центр стола, — будет передан в консульство… одной из стран Индокитая, и нашу с вами миссию можно считать завершенной. Правда, так и осталось невыясненным, кто и зачем заказал его похищение… но, боюсь, этого мы не узнаем уже никогда.

— Отчего же? — спокойно пожал плечами Костромиров. — Я знаю, кто заказчик.

— Вот как? — вздернул брови Шигин. — Не может быть! Однако… кто же он, по-вашему?

— Вы, Иван Федорович. Вы и есть заказчик.

— Что-о?! — после секундной заминки воскликнул Председатель, приподнимаясь на стуле. — Вы… в своем уме?! Я, конечно, понимаю: пережитые волнения, опасности… и все такое. Но шутка ваша, натурально, совершенно неуместна! Это не смешно. Да.

— А я и не шучу. Если желаете, готов пояснить, как пришел к такому выводу.

— Ну-ну, — откидываясь на спинку стула, недобро усмехнулся Шигин, — выслушаю с удовольствием.

— Должен сказать, что ваш рассказ с самого начала показался мне неубедительным, — начал Костромиров, — особенно история о «случайной» встрече на Таганке. Когда же по дороге в морг ассассины ни с того ни с сего напали на вас снова — это еще более укрепило мои подозрения. В самом деле, зачем бы им нападать? Лингам и без того у них. Вы, по вашим словам, на тот момент никакого отношения ни к нему, ни к ним не имели. Где логика? Но все сразу становится на свои места, если допустить, что в Гончарном переулке — на месте разборки фансигаров с ассассинами — вы оказались не случайно. К примеру, если у вас заранее была назначена встреча с одной из враждебных группировок.

Полагаю, дело обстояло следующим образом: вы должны были встретиться там с ассассинами для обмена заказанного вами Лингама на деньги. Однако в последний момент, и абсолютно некстати, в игру вмешалась третья сила. А именно — банда фансигаров, преследовавшая похитителей от самой Индии, но настигшая только здесь, в Москве. Предводитель же ассассинов, Ага-хан, не подозревавший, что жрец Арак Кола нанял для охоты за ним душителей, сделал для себя вывод самый очевидный в такой ситуации: вы просто решили его «кинуть» — Лингам забрать, а денег не платить. А чтобы провернуть операцию, наняли фансигаров. Это объясняет и новую атаку на вас — ассассины таких фокусов со стороны нанимателей не прощают. Спустить подобное — значило бы поставить под угрозу весь их «бизнес».

— Браво, браво! — захлопал Председатель. — Фантазия у вас богатая. Член правительства нанимает хунзакутских бандитов для похищения религиозного фетиша! Каковой, вероятно, подыскал в Интернет-каталоге экзотических товаров. Одна беда: все эти красочные измышлизмы, натурально, ни на чем не основаны. Вы меня прямо разочаровали даже: солидный, так сказать, ученый, умный вроде человек, и вдруг — пффф!

— Согласен, звучит фантасмагорично. Однако кое-какие основания под моими «измышлизмами» все же имеются. Дело в том, что накануне я, через заслуживающий доверия источник, справился об этой истории в МИДе. Так вот, меня однозначно уверили, что ни одно из государств Индокитая ни с какими претензиями, связанными с похищением Золотого Лингама, к нам не обращалось. Более того, обо всей этой истории в МИДе вообще слыхом не слыхивали. И, соответственно, никому никаких поручений не давали. Таким образом, все расследование — целиком ваша личная инициатива!

— Не будьте же так наивны, Горислав Игоревич! — отмахнулся Шигин. — Так они все вам и выложат. Я же пояснял: совсекретно, конфиденциально…

— Бросьте, Иван Федорович! — перебил его Костромиров. — Бросьте! Вы только что проговорились. Откуда вам, скажите на милость, известно, что ассассины по национальности — хунзакуты?! Я сам выяснил это не долее часа тому назад. Но вы-то об этом, разумеется, знали — потому как самолично их наняли! Так-то.

— Ой, ой, зарезали! — хохотнул Председатель. — Вы узнали об этом час назад, ну а я — вчера вечером. Натурально! Аналитики мои тоже, так сказать, не лаптем щи хлебают — работают, не ленятся… Да рассудите вы разумно! На кой ляд сдалась мне эта хреновина? Заместо фаллоимитатора, что ли?! Ну да — вещица старинная, золотая к тому же. Так и я человек не бедный! Захочу, могу не то что из золота — из платины заказать. И точно такую же.

— Ваша роковая ошибка, Иван Федорович, состоит в том, что вы рискнули обратиться за помощью ко мне — человеку, хорошо знакомому с легендой об Арак Коле. Да, горячее желание получить Лингам как можно быстрее и во что бы то ни стало сыграло с вами злую шутку. Так вот, полагаю, что вы купились на один любопытный нюанс этой легенды, который, кстати, предпочли не озвучивать в ходе первого нашего разговора. А нюанс следующий: аколиты и паства Арак Кола свято верят, что Лингам их свинобога обладает совершенно чудесными свойствами. Якобы, будучи приложен к телу животного или человека, он способен не только прижиться на новом месте, но еще и наделить нового носителя всей приапической мощью изначального хозяина.

— Здрасьте, приехали! Вы чем-то там, в московской клоаке, надышались, верно, вот и гоните всякую ересь… Что я, на самом деле, собрался себе на лоб, что ли, прирастить его?! У меня, слава Богу, свой, хе-хе, натуральный, в наличии!

— В том-то все и дело, что своего у вас нет…

— Что-о-о?! — взвизгнул Иван Федорович, вновь приподнимаясь со стула. — Что вы несете?! Что, так сказать, позволяете?!

— Мне сразу, знаете, портрет, который за спиною у вас вывешен, показался знакомым, — не обращая внимания на бурную реакцию собеседника, продолжал Костромиров. — Поначалу я никак не мог вспомнить, где видел это лицо раньше. Решил было, что меня смущает некоторое его сходство с вами. Но ведь родственник, пра-пра-прадед. Значит, так оно и должно быть. Оказалось, однако, что ваше сходство с портретом носит не родственный, а скорее духовный характер.