Чтение онлайн

Лида села у противоположного края стола.

— Кто это был? — подала голос Надежда Федоровна и добавила: — Налейте еще водки, Игорь. И... в холодильнике салат, Лида, достань, пожалуйста.

— Кто-нибудь, — сказал Песков, когда овощной салат был разложен по тарелочкам, а остатки водки разлиты по стопочкам, которые Лида достала с верхней полки кухонного шкафчика, — кто-нибудь может сказать, как выглядел этот... это... Я стоял далеко, увидел только свечение и неопределенный контур.

— Это точно не был дед, — сказала Лида. — Дед выше. И у этого... на голове было что-то вроде шляпы. И, по-моему... — Лида задумалась, вспоминая. — Да, мне кажется, это была женщина. На ней было платье... Мне так показалось.

— Женщина, — подтвердила Надежда Федоровна. — Платье я тоже видела. А шляпы не было. Высокая прическа.

— Вы даже прическу разглядели? — удивился Песков.

— Так он... она была от меня, как вы сейчас.

— Странно, — добавила Лида. — Такое ощущение... Вроде это было только серое свечение, без деталей... И в то же время я вспоминаю даже фасон платья: приталенное, с широким подолом, высокий воротник. Я видела только сзади, но мне почему-то кажется, что глубокое декольте... высокая шея, а шляпа... может, действительно прическа.

— Иными словами, — резюмировал Песков, — это не мог быть Сергей Викторович.

— Надо звонить в милицию, — упрямо сказала тетя Надя.

— И что сообщить? — поинтересовался Песков. Лида звонить в милицию не хотела, это он понял. — Про исчезновения предметов тоже? Следы в коридоре? Призрак? И то, что Сергея Викторовича видели в поселке? И то, что в саду нет следов, — на это они и сами в первую очередь обратят внимание... Я с розыскниками работал как-то довольно плотно, делал репортаж. Вас даже не дослушают до конца, вот что.

— Обязаны!

— Конечно. Услышав начало рассказа, переведут на запись, протокол сразу пришлют на ваш телефон — это займет минуту. А дальше — процедура. До завтра — до полудня, если точно, — никто не пошевелится, только кодар, это система, которая ведет автоматический поиск в милицейских сводках по кодовым словам. Кодар систематизирует информацию и, скорее всего, ничего не обнаружит. Подключится дежурный, который свалит дело на участкового, тот придет, запишет, что свидетели, они же подозреваемые, ведут себя неадекватно, и будет он вас опрашивать и допрашивать...

— Господи, — пробормотала Надежда Федоровна, — какие-то ужасы рассказываете.

— Ужасы? — Песков взмахнул рукой и едва не уронил со стола чашку, к счастью, почти пустую, успел подхватить, Лида забрала чашку у журналиста и переставила на дальний край стола. — Нормальная работа. Знаете, сколько людей пропадает в Москве? Двадцать-тридцать в обычные дни, а в выходные до полусотни доходит. Половину даже не ищут — это или одинокие, о которых сообщают соседи, или гастарбайтеры, или, вроде Сергея Викторовича, старики, о которых психиатр дает заключение, что они якобы неадекватны, непредсказуемы и вообще...

— Что вы предлагаете, я не пойму, — взволновалась Надежда Федоровна. — Сидеть и ждать? Глянем, а он в кресле, будто и не вставал...

— Вполне возможный вариант, но рассчитывать на него не стоит, конечно. Будем пока действовать сами... сообразно обстоятельствам. Завтра, если ничего не изменится, позвоним в милицию. Согласны, Лида?

Лида кивнула.

— Мне нужно дома быть не позднее восьми, — сообщила Надежда Федоровна. — Муж ночью работает, он в ночном клубе охранник, ты знаешь, Лида, я не могу дочку одну на ночь оставить.

— И не нужно, — уверил ее Песков. — Мы справимся. Сколько вашей дочке?

— Седьмой. Поздняя она у нас. Осенью в школу.

— Поезжайте, тетя Надя, — сказала Лида. — Чем вы тут поможете?

«Только под ногами путаетесь...» — хотел добавить Песков.

— Я провожу вас, — предложила Лида. — До трассы, — бросила она Пескову. — Сейчас вернусь.

— Извините, Лида, — начал Песков, — можно, я пока покурю? Так долго не курил, что... Голова плохо соображает. Я открою окно, хорошо?

Лида кивнула.

Песков раскрыл настежь окно, выглянул в сад, не ожидая, конечно, увидеть сидевшего в кресле деда, от сухого тепла с запахом чего-то горелого запершило в горле. Песков закурил и несколько минут с наслаждением выпускал в окно дым, глядя на стоявшее посреди полянки кресло и пытаясь представить, каким образом человек мог сбежать, не оставив следов. В детективах, которые Песков любил читать, не в современных поделках, а в настоящих, у Карра, например, или у Квина, или, тем более, у леди Агаты, преступники порой исчезают и при более изощренных обстоятельствах. У Карра было что-то похожее — тело (слава богу, здесь нет тела и, надо надеяться, не будет!) посреди баскетбольной площадки, и никаких следов вокруг, на песке. Как смог убийца подойти к жертве, а потом скрыться? Очень просто: подполз на большом картонном листе. Все просто, когда объясняют.

Здесь бы кто объяснил. Прежде всего: в чем смысл? В детективных историях всегда есть смысл, мотив — без мотивов преступлений не бывает. То есть в жизни бывают, конечно, сплошь и рядом, это самые популярные преступления, но и самые примитивные, мотива в них нет, да, но зато все остальное — как, где — будто на ладони.

Песков докурил сигарету и поискал взглядом пепельницу — на кухне не было ничего похожего, журналист был уверен, что и в гостиной пепельницы не найдет, в этом доме никогда не курили.

Песков выбросил сигарету в мусоросборник под кухонной раковиной, выглянул в окно — Лида о чем-то разговаривала с Надеждой Федоровной, женщины стояли в проеме открытой калитки, никак не могли расстаться. Журналист быстро прошел в коридор, открыл дверь комнаты деда, остановился на пороге, осмотрелся. Кровать у правой стены, застланная красивым темным покрывалом, слева компьютерный стол. «Интел» с голографическим интерактивным дисплеем. Кроме кровати и компьютера в комнате был еще встроенный платяной шкаф слева от входной двери, журнальный столик у окна и картина на стене над кроватью. Стереоскопический постер: в провале космоса светилась яркая туманность, похожая на покореженный тор, и в центре — голубая звездочка, от которой, если приглядеться, исходил ощутимый жар. Впечатление было таким, будто туманность медленно вращалась вокруг звезды, разноцветные нити появлялись и исчезали. Довольно дорогая штука — трехмерные постеры, изображения небесных тел стоили не меньше сотни евро.

С другой стороны, обставлена была комната бедно, даже кровать старая, без подкачивающих устройств. Журнальный столик вообще рухлядь, такие можно найти на свалке.

Окно выходило не в сад, а в сторону подъездной дороги. Песков видел: Надежда Федоровна, поцеловав Лиду в щеку, скрылась за оградой, Лида постояла немного, глядя вслед, и направилась к дому. Когда Лида вошла, Песков стоял в кухне и задумчиво смотрел в сад.

— Обсудим? — сказал он. — Что-то действительно нужно делать. И у меня такое ощущение, Лида, что вы знаете больше, чем говорите.