Чтение онлайн

— Может быть, с улицы? — едва слышно прошептал он.

— Не успеем, надо было сразу, — шепотом ответил Apia дий Аркадьевич, не поворачивая головы.

Голоса доносились глухо и невнятно. Пашка напряг слух, прицелился в дверь, поводил стволом то вправо, то влево, потом опять прислушался. Вытянул руку и выстрелил.

Кирпичников вздрогнул от грохота, раздавшегося по ту сторону двери. Пуля пробила дерево, потеряв убойную силу, но продолжила полет, обдав горячим воздухом щеку Громова. Сергей Павлович юркнул за стену и прижался к ней спиной.

Аркадий Аркадьевич остался стоять на месте, не пошевельнувшись. Только до боли сжал зубы.

Из квартиры раздался далекий выстрел.

— Сотрудник, — прошептал губами Кирпичников.

Пашка слился со стеною, хоть какая-то, но защита. Пуля пролетела в открытую комнатную дверь и вонзилась куда-то вверх, откуда посыпалась мелкая белая пыль. Бандит не произносил ни слова, осторожничая, чтобы по звуку не определили, где он находится. Хотел было ответить, но сдержал себя. И так на один патрон стало в барабане меньше.

— Быков, — раздался голос, — не дури. Ты окружен и никуда не сможешь сбежать.

Пашка вначале не понял, что это позвали его. Давно не слышал собственной фамилии, наверное, с первого тюремного срока. Хотел что-то крикнуть в ответ, но сдержался, только навел ствол на дверь, но нажать на курок не решился.

— Быков, бросай оружие. Хватит, навоевался.

Кирпичников стоял бледный и злился на самого себя. Надо было подготовиться лучше, а не кидаться на бандита с ходу, надеясь на всемогущий российский авось.

Пашка на миг задумался, но отбросил сомнения прочь. Сколько сегодня он походя загубил православных душ? Пять, шесть, десять? Не мог вспомнить. Все равно надо отвечать, пусть не перед людьми, так перед Богом.

Сотрудник выглянул из-за шкапа. Бандита не было видно, тем более в коридоре сумрачно. Переместился ближе к двери.

Пашка заметил тень и не выдержал, нажал дважды на курок. Деревянные щепки полетели на пол.

— Быков, не дури. — Голос из-за двери звучал глухо, но никакой враждебности не ощущалось.

Бандит начал злиться и выстрелил в дверь, потом на звук в комнату, то ли один, то ли два.

— Осталась одна, — прошептал Пашка, — одна.

Револьвер переложил в левую руку, правой пошарил вокруг себя и нащупал железную трубу или штырь, он и сам не понял, как она здесь оказалась. Может быть, Ваньша приволок, он всегда что-то приносил, как увидит железку или вещь какую, так и несет. Его ж, друга, больше нет, пронеслось в голове.

Вначале показался ствол, потом голова сотрудника уголовного розыска.

Пашка почти без замаха ударил.

Агент обмяк и мешком повалился вперед. Ударился головой о пол, но бандит успел перехватить пистолет. Свой направил на дверь и спустил курок. Раздался сухой треск, патроны закончились.

«Ничего, — Пашка свой револьвер бросил под ноги, — сдюжим, друг ситный, сдюжим».

Бандит бросился ничком на пол комнаты и больно ударился плечом о ножку стола. Он не заметил второго сотрудника, звериным чутьем почувствовал и выпустил две пули в темный силуэт. Послышался стон и падение тела.

Входные двери не поддавались.

Кирпичников матерно выругался, потирая зашибленное плечо.

— Оставайся здесь, — крикнул он агенту, стоявшему на пролет выше, — если что, то по ногам. — Сам кинулся из подъезда во двор.

Второй сотрудник, получивший ранение в бедро, застонал отболи, но нацелился в то место, из которого прилетели пули, нажал дважды на спусковой крючок. Пашка хотя и переместился в сторону, но ноги заняли место тела и две пули с чмоканьем вонзились — одна в колено, вторая в икру. Бандит не чувствовал боли, а только ненависть и злость.

Хотел вскочить на ноги, но тут же рухнул.

Не удержался.

В этот миг сотрудник выстрелил не целясь, Горячий металл пронзил грудь Пашки, вырвав из спины кусок плоти. Бандит только сцепил зубы и почувствовал, как что-то соленое наполняет рот и ползет по подбородку. Глаза закатились, сознание помутилось. Он не почувствовал, когда над ним склонилось лицо начальника уголовного розыска и не слышал, как последний выругался площадными словами и процедил напоследок сквозь зубы:

— Я же приказывал. Быстро в больницу.

Через час сидели в кабинете начальника первой бригады Громова. Лица хмурые, и каждый не имел желания смотреть в глаза товарищу.

Кирпичников стоял у окна и курил папиросу. Нервическое состояние исчезло и дало очередь профессиональному спокойствию. Следовало обдумать сложившееся положение. Надежда на получение сведений от Павла Быкова, имевшего бандитскую кличку Пашка-Бык, улетучилась вместе с его смертью.

— Итак, господа, что мы имеем? — Аркадий Аркадьевич посмотрел на тлеющий кончик папиросы и сам продолжил: — Пашка-Бык мертв, Ваньша зарезан, главарь знает, что за крупными перекупщиками установлено наблюдение. Значит, мы имеем то, что ничего не имеем. Сергей Павлович, — Кирпичников обратился к Громову, — на квартире Пашки оставлена засада?

— Да, два сотрудника.

— Хотя бандиты туда не сунутся, столько было шума, что и у Дворцового моста, наверное, выстрелы отдавались. Сплошной провал, — посетовал начальник уголовного розыска, — теперь бандиты либо притаятся, либо уедут из города, и тогда, — он криво усмехнулся, — ограбления станут заботой уголовных розысков других городов.

— Но мы же знаем владельцев, — начал Громов, но его перебил Аркадий Аркадьевич:

— Мы об этом говорили ранее, и я не хочу повторяться. Мы не сможем установить засады у каждого сейфа, не в со-сто-я-ни-и, — произнес последнее слово по слогам.

Начальник первой бригады посерел лицом, лоб прорезали морщины.

Дверь распахнулась, и на пороге возникла фигура Федора Нефедова. Улыбка растянула губы, и он громко сказал:

— Сергей Палыч… — но, увидев у окна начальника уголовного розыска, стушевался и умолк.

— Что там у тебя? — спросил, не поднимая головы, Громов.

— Так это…

— Не тяни, в чем дело? — Сергей Павлович строго посмотрел на вошедшего.

— Здесь дело такое… — Нефедов замялся, но продолжил, бросая косые взгляды на Кирпичникова: — Меня приставили следить за незнакомцем, который в загородном доме Прозрачного проживает…