Чтение онлайн

Он не придал им значения.

И напрасно.

Еще в десантом училище инструктор сказал ему: «Ты неплох в рукопашных боях. У тебя есть все данные. Но нет в тебе главного: инстинкта убийцы. И концентрации. Расхлябанности в тебе много». Но это не помешало Никите вернуться из армии со знаками отличия за участие в спецоперациях на южной границе страны. Дома он их задвинул в комод и никогда никому не показывал.

В этот вечер отсутствие инстинкта и расхлябанность подвели Никиту.

Он повернулся к тому, что стоял слева от него, когда тот сказал:

— Извини, мужик. Не передашь мыло?

Никита удивленно посмотрел на полку под зеркалом тут же получил удар под дых от стоявшего справа.

Это был чувствительный удар. У Никиты сперло дыхание.

— Ничего личного, — нашел нужным сказать ударивший его.

Следующий удар был по затылку. Никита упал на пол. Избиение продолжалась недолго. Несколько ударов ногами пришлись ему в живот и по почкам. Работали оба. С обеих сторон.

Сквозь пелену, в затуманенном сознании он увидел, что кто-то склонился над ним. Затем услышал:

— Ну как он там?

— Очухается. Еще тот бычина.

— Да… Другому пришлось бы «скорую» вызывать.

— Да еще неизвестно зачем. А вообще-то, старик, — услышал Никита у себя над ухом, — зла не держи. Так легче забыть. Это пожелание от нас. А тебе просили передать конкретно: не возникай.

Никита слышал, как хлопнула дверь.

Он поднялся с трудом и посмотрел на себя в зеркало.

Лицо обрело землистый цвет. Под глазами появились мешки. Но не было ни единой ссадины. Как же смогли его вырубить одним ударом? Он бывал не в таких переделках, но чтоб оказаться на полу… Никогда!

Он вышел из туалета. Голова кружилась, в ногах была слабость. Он с трудом вернулся к себе за столик, провожаемый недоуменными взглядами. Несколько раз чуть было не завалился на чужие столики. За своим столом он погрузился в состояние близкое к забытью и не видел, что Анька не сводила с него вытаращенных глаз.

Никита очнулся, почувствовав, что его трясут за плечо. Это была она.

— Как ты? — спросила Аня.

— Нормально, — ответил Никита. — Сейчас уйду.

— Никуда ты не уйдешь. Я тебя отвезу.

— Не надо. Я возьму такси. Я видел их на стоянке.

— Ты хоть знаешь, сколько здесь они дерут?

— Нет.

— Тем более что примут тебя за пьяного.

— Что же делать? — равнодушно спросил Никита.

— Молчать и слушаться меня.

— Я должен расплатиться.

— Не надо. За все уплачено.

Никита скривился в усмешке. За все уплачено.

— Лагоев? — спросил он.

— А тебе-то что? Идем.

Аня посадила его на лавочку у ресторана и ушла, предварительно сказав:

— Сиди и не дергайся. Я за машиной.

— Не буду. Дергаться.

В машине Анька села рядом с ним. Обдуваемый ветерком, Никита оклемался и время от времени искоса поглядывал на Аню. Сосредоточенное выражение не сходило у нее с лица. Всю дорогу они молчали.

Минут через сорок подъехали к его дому. Аня повернулась к нему и сказала:

— Ну?

— Спасибо.

Он наклонился и поцеловал ее в губы.

— А ведь знаешь… Я был влюблен в тебя.

Это была полуправда. Одно время она действительно ему нравилась, как не может не нравиться очень красивая девушка. Но так уж случилось, что Светка оказалась главнее.

Они — Света с Аней — были самые красивые девушки в школе и учились в одном классе. Они словно дополняли друг друга: у одной были русые волосы другая была брюнетка с иссиня черными волосами. Между ними сложились странные отношения — полудружба, полусоперничество. Никита учился тремя классами выше. Он познакомился с ними, когда в школе создали театральную студию и при ней изостудию. Так Никита стал художником-оформителем, а Света с Аней актрисами. Вместе они участвовали в постановке «Двенадцати месяцев» под Новый год.

— Я сейчас от умиления расплачусь от твоего признания, — насмешливо сказала Аня.

— Ань, он не стоит тебя. Он дрянь, а ты хороший человек.

— Может, и был хороший. До школы. Да весь вышел. Еще в первом классе. А теперь надо жизнь устраивать Все. Вали отсюда.

Никита вышел и в спину себе услышал:

— Да… Кстати, Лагоев ни при чем. Он мне поклялся. И машина эта его.

«Я это уже понял», — подумал Никита.

А клятвы Лагоева… Чего они стоят.

Он хотел что-то ответить, но машина сорвалась с места.

— Спасибо, Аня, — сказал он, глядя ей вслед.

14

Дома Никита вытянулся на диване и уставился в потолок. На душе было скверно.

Он думал о Лагоеве. Неужели он мог приревновать его к Аньке и подослать двух уродов избить его?

Неужели ему показалось мало того, что его выкинули из штата за неуклюжую статью о его махинациях?

Неужели он такой мстительный? А если не он, то кто?

У Никиты не было ответов на эти вопросы, и он от них отмахнулся. Он поднялся с дивана, чтобы расстелить постель, но звонок заставил его пройти в прихожую.

Он открыл дверь и увидел… Свету!

Никита настолько опешил, что стоял как вкопанный.

— Может, пригласишь меня войти? — после заминки спросила она.

Никита взял ее за руки и нежно и бережно, пятясь, ввел в дом и прижал к себе.

— Как я рад тебе, — сказал он.

Это была награда за все, что он пережил задень.

— Я люблю тебя.

Света стянула косынку и встряхнула головой. Волосы рассыпались у нее по плечам. Она автоматически поправила их.

— Лучше расскажи, что с тобой случилось.

«Лучшие мгновения жизни так скоротечны, — подумал Никита. — Их вытесняет повседневность с ненужными вопросами».

— А что могло случиться? Ничто не случилось, — сказал он и для убедительности пожал плечами.

— И все-таки? Я тебя таким еще никогда не видела.

— Каким «таким»?

— Не знаю, как сказать. Каким-то прибитым, что ли. Тебя что, действительно избили? — спросила Света, всматриваясь в его лицо.

Она не увидела ни синяков, ни ссадин.

Очевидно, ей было трудно или не хотелось поверить, что его, такого большого и сильного, могли избить.