Искатель
Шрифт:
– Если бы я не знал тебя так хорошо, то не стал слушать и выгнал бы всех от моей семьи подальше. Но я поробую понять, что ты там в них разглядела. Надеюсь, что это не просто последняя соломинка утопающего.
Лада ласково погладила мужа по голове и поцеловала в густо заросшую щеку.
– Ты у меня просто необыкновенный!
Пока Лада с Ясенькой накрывали на стол, Златогор поцеловал уже уснувшую Есю и отправился на поиски сына, который сегодня, против обыкновения, не выбежал его встречать.
– Веня! – разнесся его громогласный окрик на всю долину.
– Ура! Батя пришел! – Веня появился совершенно неожиданно из сгустившихся сумерек и повис на отце.
– Ну, здравствуй, сынок. Что ж ты отца не встречаешь. Я ведь давно уж дома.
– Ой, ты не представляешь! Мы с Миром столько всего сделали!
– Ну, а как же твоя нога? Тебе ведь мать велела сидеть.
Мальчик хитро подмигнул и тихо шепнул отцу
– Ты только не говори ей. Я на одной ножке могу, как цапля. А вообще, мне Мир помогает, мальчик указал на незаметно подошедшего искателя, – Вот, батенька, это мой новый друг – Мир.
Златогор поставил сына на землю и не очень дружелюбно оглядел Мира.
– Значит, вот ты какой – искатель. А на вид так совсем мальчишка…
Мир лишь пожал плечами:
– Да. Таким меня определяет мой путь, легкость и подвижность мне необходимы.
– Вот, значит, как… Интересно… – Златогор слегка улыбнулся и протянул искателю руку, – Ладно, здравствуй, Мир. Меня Златогором зовут…
Искатель крепко пожал ему руку:
– Я очень рад нашему знакомству.
– Это потому что ты меня еще не знаешь, – рассмеялся Златогор.
– Я знаю достаточно, для того чтобы хотеть узнать больше.
Отец Вени нахмурился:
– Ладно, пойдем поедим, что ли… А то остынет все.
За столом Веня восторженно рассказывал, как они с Миром чинили забор и, что сделали какой-то сюрприз, который покажут всем завтра. Златогор был хмур и довольно резок. Ясенька поглядывала на него с опаской и почти не говорила. Наблюдая это, Лада пыталась хоть немного задобрить мужа. Она была предельно внимательна и заботлива. Молодой хозяйке дома очень хотелось поговорить о Есеньке, но любой, даже самый отдаленный намек на это сразу пресекался какой-нибудь резкой фразой Златогора.
Мир же был совершенно спокоен и, нисколько не смущенный суровостью хозяина, стал рассказывать разные веселые, грустные и просто интересные истории, которые случались с ним на пути.
Когда он заговорил о своей недавней встрече с Предсказателем, Златогор вдруг перестал есть и внимательно поглядел на Мира.
– Ты ведь шутишь, да? Встреча с Предсказателем – большая редкость. А ты вот так просто его отпустил? Это все равно, как если бы мне попался большущий самородок, а я отбросил бы его как кусок обычной серой скалы.
– Только наша жадность и себялюбие заставляет нас думать, что этот самородок природа уготовила именно нам, – выпалил Мир, сам удивленный своей новой мыслью. – Да, я думал, что встреча с Предсказателем многое прояснит, вопросы получат ответы. Сначала мне казалось, что он лишь посмеялся надо мной. Но теперь я начинаю понимать, что Предсказатель дал мне отнюдь не так мало.
Ясенька довольно улыбнулась. Ей очень нравилось, что говорил Мир и она почему-то чувствовала за него какую-то гордость. Поймав ее восторженный взгляд, искатель смутился.
Златогор же стал с интересом расспрашивать о подробностях встречи Мира с Предсказателем. Суровость его сменилась какой-то глубокой грустью.
Вдруг Мир встал, поблагодарил хозяйку и Ясеньку за вкусный ужин, после чего приложил Златогора пройтись посмотреть его работу.
Они молча вышли и направились к забору.
– Чудной ты какой-то, – задумчиво проговорил Златогор, опершись на забор и глядя на красную полосу заката. – Конечно, все мы в какой-то степени искатели. Я вот руду ищу, камни. Но ведь я увижу рубин, например, и пойму – нашел. А твой поиск может длиться бесконечно…
– Ты счастлив? – вдруг перебил его Мир.
– Конечно. Я очень люблю свою семью, – Златогор задумался. – И когда я целый день тружусь в проклятой пещере, только эта любовь заставляет меня не выть от чувства обреченности, – он немного помолчал, глядя куда-то в сторону. – Тебе не понять – каково это. Я тружусь всю жизнь, но глядя в будущее, я вижу снова темную сырую пещеру… Хотя что это я, – спохватился он, досадуя на себя за то, что начал жаловаться, – ведь моя семья – это достойное вознаграждение и за самый тяжелый труд!
Златогор был зол на себя. Глупая откровенность перед шалопаем! Пусть и не думает…
Мир улыбнулся:
– У тебя, действительно, чудесная семья. Но зачем ты отдаешь всего себя пещере, чтобы принести крохи в свой любимый дом?
Златогор вспылил:
– Да что ты в этом понимаешь! Ты же просто мальчишка!
Но взгляд Мира был до того спокоен и дружелюбен, что он, подумав, все-таки добавил:
– Ты даже не представляешь, что я чувствую, понимая, что Веня растет, практически без отца, а Лада скучает в одиночестве. Я не говорю уж о Есе… – он замолчал, снова раздосадованный тем, что вообще поднял эту тему.
– Но так жил и мой отец, и мой дед, и прадед, значит так и должно быть!
– Твой отец ведь умер? – снова неожиданно спросил искатель.
– Да, уже очень давно. Мне было семнадцать… Рано он ушел, а и мать не сильно его пережила… А ведь богатырь был, каких свет не видывал. Все мечтал алмаз найти…
– Не нашел?
– Нет, конечно. Какие тут алмазы? Он знал это, но все равно мечтал… Вообще, несчастный он был, да и мать тоже…
– Значит, у тебя есть то, чего не было у него?
– У меня есть неземная женщина и великолепные дети, и такие же невозможные мечты, как и его алмаз, – Златогор произнес эти слова, обращаясь не к Миру, и даже не к самому себе, но к кому-то или чему-то, наполняющему пустоту.
– Найти Звезду тоже невозможно… – тихо проговорил Мир, заглянув Златогору в глаза.
Стряхнув задумчивость, Златогор снова вспомнил с кем говорит.
– Послушай, я не знаю, чем ты вызвал такое доверие моей жены… Она, конечно, женщина далеко не глупая. Если доверяет, то не с проста. Но что ты можешь понимать в моей жизни? Ты ведь просто слоняющийся бездельник, ждущий, что какое-то чудо свалится тебе на голову!