Чтение онлайн

Мир удивленно посмотрел на Ясеньку и, опустив глаза, грустно сказал:

– Я тоже думал – научит…

Лирида слегка кашлянула, привлекая к себе внимание:

– Все это, конечно, весьма интересно, но ужин остывает, – как можно более мягко проговорила она.

Вагор взял ложку:

– Да, ты как всегда права. Приятного всем аппетита, – немного громко провозгласил он и попробовал пищу. – Умм! Как всегда, великолепно!

Вагор наклонился к Миру и громким шепотом сказал:

– Она, конечно, бывает через чур строга и считает всех искателей глупцами, но готовит всегда отменно.

Мир задумчиво съел несколько ложек.

– И что же, по-твоему, Предсказатель тоже глупец? – неожиданно спросил он, обращаясь к Лириде.

Девушка немного смутилась – вопрос застал ее врасплох.

– Я никогда с ним не встречалась, но, говорят, он как-то помогает людям, которые не могут сами разобраться в себе, – пожав плечами, сказала она. И по ее тону Мир понял, что себя к этим людям она не относит.

– Но он ведь тоже искатель! – иронично возразил ей Мир.

– Искатель?! – переспросила Лирида. Вагор и Ясенька тоже посмотрели на Мира с удивлением.

Тогда Мир, в благодарность за еду и ночлег, передал им весь разговор с Предсказателем.

Ясенька восторженно вслушивалась в каждое слово, совсем забыв о еде, Вагор тоже слушал очень внимательно, и даже, казалось бы, в безразличном взгляде Лириды заиграл интерес.

– Вот так я и остался у разбитого корыта. А ты говоришь, научит… – закончил Мир, обращаясь к Ясеньке.

Та неожиданно весело засмеялась.

– И это ты называешь разбитым корытом?! Да яснее подсказки он и дать не мог! Или ты хотел, чтобы все сделали за тебя?

Мир посмотрел на нее в полном недоумении:

– Неужели его слова для тебя столь прозрачны?

Вместо ответа Ясенька снова весело улыбнулась. Отец посмотрел на нее в некотором замешательстве, а Лирида с ухмылкой. Но девушку это мало волновало: она встала из-за стола, поблагодарила сестру за вкусный ужин и отошла в угол комнаты, где обычно, на резном кресле-качалке, занималась рукоделием. И сейчас, тихо напевая какую-то песенку, она охотно принялась за дело, то и дело незаметно поглядывая на сидящих за столом.

Некоторое время все молчали, занятые своими мыслями. Неожиданно Вагор вытянулся и вздохнул.

– Эх, все это, конечно, хорошо. И не мне, старику, судить, но… все-таки, я никак не могу понять: что ж вам спокойно-то не живется? Вот я, например, не слонялся в молодости, а полезному делу учился. Потом свою торговлю открыл, уважаемым человеком стал. А все потому, что глупостями голову не забивал. Теперь вон даже старостой выбрали. Вроде и не искал ничего, да только теперь все, что только нужно, у меня есть. Жаловаться не приходится. Да и дело мое для людей полезное: здесь, в деревне, соберу товар – в хозяйстве то много чего лишнего остается: у кого – молоко, у кого – яйца, сыр или выпечка какая – поеду в город продавать, и оттуда с ярмарки, чего у нас здесь не водится, привезу и тоже продам. Всем хорошо, да и мне прибыльно.

Вагор немного помолчал, что-то припоминая, и затем, с еще большим увлечением, продолжил:

– У меня ведь теперь в городе даже лавка своя есть, там Пиро сейчас торгует. Хороший малый… Два года назад у него беда страшная приключилась: дом загорелся, и вся семья погибла. А Пиро на реке тогда рыбу ловил. Вернулся, когда уже все потушили… Вот я и решил, как староста, взять на себя о нем заботу. Ему тогда уже семнадцатый год шел. Паренек он неглупый, грамотный, да к тому же честный. Такого мне и надо было. Ну и ему, конечно, хорошо. Крыша над головой, да и дело прибыльное. Через годок-другой и дом ему отстроим, потом и жену найдем…

Он многозначительно посмотрел на младшую дочь. Слушая отца, она вдруг стала грустной и задумчивой. Лирида же, которая уже успела прибрать со стола, казалась неожиданно довольной.

– Жаль, что Пиро пока еще слишком молод и глуп, чтобы понять это, – проговорила она с каким-то сожаленьем.

Мир явно хотел что-то сказать, но не мог. По-видимому, он опасался своими словами задеть самолюбие радушного хозяина.

– Все мы глупцы, пока не достигнем действительной гармонии…– задумчиво промолвил он.

Вагор посмотрел на юношу с непониманием, которое, впрочем, быстро сменилось отеческой снисходительностью.

– Ну ладно, – сказал он, вставая, – разговоры, конечно, дело хорошее, но надо бы ложиться. Завтра дел много. Лирида, ты постелешь гостю? – обратился он к дочери.

Та, посчитав вопрос забавным, улыбнувшись, ответила:

– Конечно, батенька. Покойной ночи.

Вагор пожелал всем приятных снов и ушел спать. Его уход немного сконфузил искателя, потому как девушки молча занимались своими делами и, казалось, вовсе про него забыли. Но как только из комнаты Вагора послышался храп, Ясенька отложила свое рукоделие, подсела на лавку к Миру и с глазами, горящими любопытством, стала расспрашивать искателя о его путешествии. Мир охотно рассказал ей несколько историй. Ясенька жадно ловила его слова и просила говорить снова и снова. Но, вскоре строгий взгляд Лириды напомнил ей, что пора уложить гостя спать.

Ясенька неохотно встала, но прежде чем пожелать покойной ночи, она сняла с полки маленький глиняный горшочек, с плотно намотанной тряпкой на горлышке и протянула его искателю.

– Вот, держи. Это чудесная мазь. Отец привез из города от какой-то травницы. Помажь ногу. Не гоже искателю хромать.

Мир с благодарностью посмотрел в ее лучистые глаза. Ему была очень приятна забота девушки. Он бережно взял горшочек.

– Хорошо, я помажу. Но это, на самом деле, сущий пустяк. Оно и само бы зажило, – но, снова взглянув на девушку, он добавил:

– Благодарю. С этим все-таки вернее будет.

Ясенька хитро улыбнулась:

– Завтра утром ты в этом убедишься.

Глава 4

Проснувшись на следующее утро, Мир отправился на кухню в поисках хозяина. Но там он встретил только Лириду, уже, по-видимому, давно погруженную в свои каждодневные дела.

– С добрым утром, – с улыбкой приветствовал ее юноша. – А где Вагор?

Лирида, которая сосредоточенно замешивала тесто, лишь мельком взглянула на него.

– Так он давно уж ушел, – сказала она, убирая со лба волосы тыльной стороной ладони. – Дел ведь у него всегда хватает, теперь, наверное, только на обед заглянет, или вовсе к ужину.

– А Ясенька? – чуть помолчав, спросил Мир.

– А эта стрекоза уже давно на речку улетела, – ни то с усмешкой, ни то со снисхождением ответила Лирида.

Мир вздохнул:

– Как жаль. Я ведь собираюсь уходить…

Немного подумав, он спросил:

– Может, я могу чем-то помочь?

Лирида оглядела слипающиеся в тесте пальцы и весело улыбнулась: