Искатели приключений на…
Шрифт:
Купаясь в иссык-кульской водичке, впитывая ее ласковую прохладу, Тараканов с улыбкой подумал о Кастанеде и его воинственных картинах мира. Карлос в своих книгах описал устрашающий, безжалостный мир, в котором полно врагов: союзники, духи, неорганические существа, арендатор, маги и ведьмы, лазутчик в сновидении… И «воин» вынужден постоянно сражаться, чтобы замочить «врагов» или сделать их своими слугами, забрать у них силу и так далее. Либо ты одолеешь «супостатов», либо они – тебя. При всем уважении к Кастанеде, книги которого Вовка считал гениальным учебным пособием для духовных искателей и непревзойденным шедевром эзотерической литературы, эта жесткая и ущербная картинка мира – непрекращающаяся игра в «войнушку» – никогда ему не нравилась. Гораздо веселее и приятнее играть в игру, в которой все являются твоими друзьями. Весь мир играет вместе с тобой, и все актеры в восторге друг от друга и от непредсказуемого сценария! Хотя иногда…
Ступая босыми ногами по горячему песку, Вовка ощутил тугие толчки в стопы – это ударяли энергетические фонтанчики. Он стал пританцовывать и поймал странное ощущение – будто танцует не он, а «попрыгунчик», которого подбрасывает на фонтанчиках энергии, как на пружинах. Вовчик задался вопросом: «Как я это делаю?». Вопрос погрузил его во внутреннее безмолвие. В «неделание», как сказал бы дон Хуан.
Откуда-то извне выплыла мысль: «Если прыгаю не я, то кто же тогда это наблюдает?» Ответ был очевиден: «Тоже не я». «А кто задает эти вопросы?» – «Не я». Вовка задал основной вопрос: «А кто такой я?». Шустрый ум тут же вывернулся: «Я – то, с чем я себя отождествляю в данный момент». «Но и это не я!».
Спрашивая себя: «Кто я?», – и отсекая все возможные ответы ума: «Это не я. И это не я…» – Тараканов спускался в глубь себя… В тишину. Внутренний диалог исчерпался. Существовал лишь процесс ходьбы-пританцовывания. Все ощущения, цвета и звуки «вспыхнули» чрезвычайно ярко!
Серега, медитировавший в тенечке, увидел, что друг приближается к нему, изображая странный танец. Тараканов выписывал замысловатые петли, кружась при этом вокруг своей оси и притопывая босыми ногами по песку. Подойдя поближе к Сереге, он закружился вокруг него, прожигая приятеля безумным взором, и громко запел вслух, монотонным речитативом:
– Кто я, кто я, кто я, кто я? И как я это де-ла-ю?
Увидев, что друг находится в сильной «измененке» [51] , Серега легко вскочил и двинулся на него, напевая ответный рэп:
– Кто ты, кто ты, кто ты, кто ты? И как ты это де-ла-ешь?
Они закружились в парном танце, двигаясь по траектории «восьмерки». Ускоряя движения, танцоры сходились вплотную, лицом к лицу, не сводя глаз с партнера. После этого они расходились в стороны и, сделав плавный разворот, вновь неслись навстречу друг другу. Темп движений то убыстрялся, то замедлялся, случайным образом.
51
«Измененка» – измененное состояние сознания (ИСС), жаргонное «эзотерическое» словечко.
«Скакуны» стали сбегаться-разбегаться по прямой линии, затем по непредсказуемой траектории. Они непрерывно импровизировали:
– Кто я, кто ты, кто ты, кто я?
И как я это де-ла-ю?
– Кто ты, кто ты, кто ты, кто я?
И как мы это де-ла-ем?
Слова рэпа и рисунок движений с каждым разом хаотически менялись. Друзья нарочно запутывали ум, не давая ему включиться, погружаясь во все более глубокий транс.
Вовка начал крутить руками над головой и похлопывать себя по центру груди, как Капитоныч [52] :
52
Любомир Капитоныч Преображенский, мастер Игры в бисер, он же «духовный хакер», он же «социально-эгрегорный инженер». Герой романа «Фейерверк волшебства».
– Жарок пошел, жарок пошел!
Серега отозвался:
– И точка сборки съе-ха-ла!
– Алла, Алла, Алла, Алла!
– Ла Иллаха Ил Алла!
– А Капитонычу хвала!
– Безумье – вот его Лила [53] !
Вовка начал перемежать рэп пранаямой Капалабхати, Серега присоединился к нему. Пока один пел строчку рэпа, другой форсированно дышал через две ноздри. Если возникала пауза, она естественным образом заполнялась дыханием, пока не рождалась следующая строчка. Иногда, чтобы разогнать энергию еще сильней, рэперы специально делали несколько циклов пранаямы.
53
Лила – игра. Маха Лила – великая Игра Творца.
Тараканов продолжил тему:
– Весь мир – Капитоныч Любомир!
– Весь мир – Капитоныч Любомир! – вторил ему Серега.
– Капитоныч нам поможет!
– Сбросить лягушачью кожу!
– Скинуть человечью форму!
– Двойнику подкинуть корма!
– Громко Фишером гремя!
– Едет крыша у меня!
– Едет крыша – прочь мозги!
– Съехать крыше помоги!
– Весь мир – сошел, сошел с ума!
– Сошел с ума, сошел с ума!
– Сойди с ума! Сойди с ума!
– Схожу с ума, схожу с ума! – Серега прыгнул в сторону.
Девчонки-киргизочки, громко смеясь и глазея на двух чудиков, тоже принялись танцевать в стиле рэпа.
Тараканов мгновенно отреагировал и переключил тему рэпа:
– Весь мир – дискотека!
Серега уточнил:
– Дискотека в тюрьме!
– Дискотека в Кремле!
– На небе и на земле!
– Дискотека везде!
– Дискотека во сне!
– Дискотека в огне!
– Дискотека в психбольнице!
– В пустоте мелькают лица!
– А безбашенный диджей!
– Крутит диски все быстрей!
– Дискотека, дискотека!
– Танцы до скончанья века!
Рэперы все раскручивали и раскручивали бешеную энергию. Глаза у них горели, по лицам струился пот. Они не знали, что произнесут в следующий момент – фразы рождались из состояния «вне ума», как озарения, как коды к безумным переживаниям. А Вовка и Серега просто озвучивали их, все больше и больше нагнетая и без того запредельную энергетику, откровенно иронизируя над абсурдностью этого мира.
Представление явно удалось – зрелище снесло башню зрителям до самого основания. Девчонки так обезумели, что их смех буквально перешел в истерику: они не могли остановиться, заходясь от приступов хохота, плача, рыдая и визжа одновременно.
Вовка с Серегой по опыту знали, что смех в подобных случаях – способ заземлиться. Это экстренная защита ума от состояний, где для него нет места, где нет точек опоры, где существует лишь бушующий штормовой океан «термоядерных» энергий, неподвластных человеку. Было очевидно, что чувствительная психика неподготовленных девчонок может не выдержать такой сокрушительной атаки, поэтому Вовка остановил рэп. Киргизочки немного поутихли и наперегонки поскакали купаться.
Гульзара подошла к «Танцорам над Бездной» и призналась, что сходит с дистанции. После обжигающей йоги космонавтка долго отмокала в Иссык-Куле, чтобы затвердеть. А этот рэп ее добил, хоть она и наблюдала за ним с берега, стараясь держаться подальше от «поля битвы». Еле ворочая языком, Гульзара сказала:
– Ребят, не могу больше… Я стала слишком текучей. Весь мир вокруг расплывается, превращаясь в энергию. Собрать его хотя бы на несколько секунд стоит чрезвычайных усилий…
– Везет же людям! – воскликнул Тараканов. – Нам бы твою чувствительность.