Чтение онлайн

Я виню Айзека. По какой-то причине, с того момента, как он вернулся, я не могу сходить на свидание, как всякая нормальная женщина. Хотя раньше проблем с этим у меня не было.

Раньше я была разбита.

Когда маленькие колокольчики над дверью зазвонили, я заставляю себя отбросить странные мысли, наблюдая за тем, как Ноа входит в заведение. Его тело заполняет почти весь проход. В отношении Айзека этого «почти» бы не было. Покачав головой, я сжимаю своё колено, словно говоря себе прекратить. Не то чтобы это помогло, но это всё, что я могу сделать.

– Хэй, – улыбается мужчина, непринуждённо подходя ко мне. – Ты рано.

– Доброе утро. Ты тоже, – возвращаю ему улыбку.

– Кофе? – Спрашивает Ноа, а после замечает передо мной чашку с капучино.

Я хихикнула.

– Нет, спасибо, может чуть позже?

– Ага. Я возьму себе один, – вновь улыбается он. Чёрт, эти ямочки.

– Итак, как долго ты ждёшь? – спрашивает Ноа, сделав заказ.

Сев за стол, мужчина снял жакет. Он одет в тёмно-синюю футболку, и я не могу не думать о том, насколько великолепно она будет выглядеть на Айзеке.

Прекрати это. Чёрт.

– Лив?

Чёрт, я уставилась ему на грудь.

– Прости, – смутилась я. Я понятия не имею, почему покраснела. – Я здесь всего минут десять, ты тоже рано.

– Хорошо, хочешь услышать секрет? – Спрашивает Ноа.

Я нахмурилась.

– Нет, если это может привести к моей безвременной смерти, – преувеличиваю я.

– Ха, нет. Я нервничал.

– Из-за чего?

– Из-за встречи с тобой сегодня, – удивил меня он.

– Да?

Ноа пожимает плечами, больше не говоря на эту тему.

– Итак, чем ты занимаешься? Ну, знаешь, работа? – Спрашиваю я.

– Я учитель.

– Оу, ничего себе, я бы никогда не догадалась, – отвечаю я, прикусив уголок губы, поняв, что это прозвучало грубо. – Прости.

Ноа рассмеялся.

– Нет, всё в порядке, люди часто удивляются.

Мужчина нахмурился, от чего между его бровей появилась милая маленькая линия. Люди, вероятно, удивляются, потому что он выглядит как модель.

– Кого ты учишь? – Спрашиваю я, в надежде вернуть разговор в прежнее русло.

– Двух детей… – улыбнулся он. – Им шесть и семь лет. Они так много усваивают в этом возрасте, и настолько невинны и стремятся учиться, но это не значит, что иногда они не превращаются в маленьких монстров, – отвечает мне мужчина, ещё больше улыбаясь, от чего становится понятно, насколько он любит свою работу. – К слову, я окончил университет и получил степень по истории, – Ноа подмигнул, и я не могу сдержать хихиканье. – Что насчёт тебя? – Спрашивает он, когда мой смех стихает.

– Что насчёт меня? – повторяю я.

– Кем ты работаешь?

Я отпила кофе. Это был именно тот вопрос, который я ненавидела больше всего. Не то чтобы я стыдилась своей работы – на самом деле, я люблю её, но вот без реакции других на это я бы уж точно могла обойтись. Из-за этого мой желудок завязывается в узел, прежде чем решаюсь открыть правду. Схватив свою чашку, я глотаю тёплый напиток, а после, поморщившись, выплёвываю холодный капучино обратно в кружку. И, едва я это сделала, тут же вспомнив, где нахожусь, поднимаю глаза на Ноа.

– Прости, – прошептала я, и его реакция удивляет меня – он смеётся.

Сейчас или никогда.

– Я стриптизёрша, – говорю ему, и смех мужчины внезапно прекращается.

– Стриптизёрша? – Его губы дёрнулись. Хорошо, это не так уж и плохо.

– Ага.

– Разве ты не отстаиваешь то, чтобы называться «экзотической танцоршей» или как-то иначе, но только не «стриптизёрша»? – Спрашивает мужчина, явно сдерживая улыбку.

– Ну, тебе нравится быть наставником для несовершеннолетних?

Ноа вновь рассмеялся, и шесть посетителей кофейни повернулись, чтобы посмотреть на нас.

– Справедливо, – мужчина покачал головой, прекратив смеяться. – Итак, расскажи мне немного о себе.

Он тихо сидит, внимательно слушая всё, что я ему рассказываю. Почти как ребёнок, которых он обучает, он поглощает каждую деталь, что я рассказываю ему. Объяснив, что я хочу танцевать, но не могу избавиться от татуировок, я замолкаю.

– Я удивлён. Думал, в наши дни тату есть у многих.

– Да. Но у большинства их не так много, как у меня, – я пожимаю плечами.

Почесав затылок, Ноа нахмурился, обдумывая что-то.

– Мне нравятся тату…

– У тебя они есть? – Перебив его, задаю вопрос.

– Нет, – ухмыльнулся мужчина. – Мне нравятся, как они смотрятся на женщинах, – добавляет он, рассматривая мои обнажённые руки, на которых видны некоторые из моих тату.

Нужно сменить тему, прежде чем я скажу что-то глупое.

– Итак, расскажи мне, Ноа, чем тебе нравится заниматься?

– Ну… – вытянув руки, мой собеседник откинулся на спинку стула. – Когда я не преподаю, я танцую.

Мужчина подмигнул мне.

– У меня есть младшая сестра, и я занимаюсь этим с тех пор, как мои родители переехали в Испанию десять лет назад.

– Ты часто их навещаешь?

– Они умерли несколько лет назад… Оба заболели пневмонией и не обратились в больницу.

Ноа замолчал, но я была уже не здесь. В последние двадцать минут я забыла о тёте Либби. Большинство людей вероятно уже выразили бы ему свои соболезнования, и мужчина, без сомнения, задаётся вопросом, почему я сижу сейчас с лицом, похожим на ослиную задницу.

– Ты в порядке? – Спрашивает Ноа, и, отводя взгляд от столешницы, я смотрю в его глаза.

– Моя тётя умерла вчера.

– О, дерьмо, мне жаль.

Встав из-за стола, мужчина приближается ко мне, кладя свою руку поверх моей.

– Спасибо, – отвечаю я без толики искренности.

– Мы можем встретиться позже, если хочешь? – предлагает он, и я слышу искренность в его голосе.

– Нет. По правде, это отвлекло меня немного. Делает ли это меня плохим человеком?

– Ни в коей мере, – уверенно заявляет мужчина. – Мы все по-разному справляемся с горем, и ни один из способов не является неправильным, пока это не приносит вреда нам или другим.