Чтение онлайн

— Конечно, с удовольствием, – я взяла один пирожок с подноса и откусила его. Вкус взорвался у меня во рту. Яблоко, приправленное имбирем. Я прикрыла рот рукой, чтобы заговорить.

— Это так вкусно!

Мелли просияла.

— Скажи Ашеру, это он приготовил сладкую начинку.

Я удивленно повернулась к нему, но он не смотрел на меня. В этот момент заговорила Ева, ее голос был полон восторга.

— Подожди, пока не увидишь альбомы Ашера, в которых мамы собрала все его детские фотографии. Он прошел через годичную фазу супергероя, когда настаивал на том, чтобы носить свои белые плавки поверх штанов. Ему было десять.

Я не смогла сдержать смех. Ашер одарил Еву своим самым уничтожающим взглядом, а Беккет просто рассмеялся.

— Ох, Эш. Похоже, сегодня ты в меньшинстве. Я, например, не могу дождаться, когда увижу эти фотографии.

Ужин был одним из тех, что я никогда не забуду. Все говорили слишком много и слишком громко. Не было неловких пауз в разговоре или телефонных звонков, на которые срочно нужно было ответить в коридоре. Еда была вкусной и домашней, такой восхитительной, что ничто, кроме чистой любви, не могло ее создать.

Мелли была обходительной, доброжелательной богиней, правящей своим королевством, а все остальные были здесь, чтобы поклоняться.

Она была потрясающей. Она притягивала к себе так же, как и Ашер. Забавная, харизматичная и такая теплая, что это согревало мое сердце. Как и ее объятия, ее внимание дарило мне уют, с которым я не была знакома раньше.

Вишенкой на торте было видеть Ашера рядом с его матерью. Несмотря на то что он носил нож, орудовал клюшкой с жестокостью и разбрасывался порочными угрозами, он был очень хорошим сыном. Он души не чаял в Мелли, баловал ее и делал для нее все. Вот откуда взялась эта мягкость. Учтивость и покровительство. Если бы кто-то попытался вломиться в дом прямо сейчас, Ашер был бы первым в дверях, готовый дать ему отпор. Он ценил свою семью превыше всего. Это было старомодно и редко, и для меня казалось чем-то непостижимым. Такие семейные отношения были полной противоположностью всему, что я когда-либо видела или чему меня учили, и это делало мое одинокое детство еще более печальным.

Даже простое наблюдение за Ашером и Евой вызывало зависть. Была бы моя жизнь кардинально иной, если бы у меня был брат или сестра, которых можно было любить и которым я могла довериться? Возможно.

После ужина Беккет и Ашер исчезли, чтобы починить протекающую насадку для душа.

Мы с Евой убирали со стола, пока она болтала о своем экономическом классе.

— Знаешь, я видела Селену на днях, – удивила она меня.

— Да? Где?

— Она была в кафетерии в Адамс-холле. – Ева загружала посудомоечную машину, пока я споласкивала тарелки. — С ней все в порядке?

— Я... я не знаю. Почему ты спрашиваешь?

— Она выглядела ужасно. Расстроенная, или грустная, или что-то другое, не знаю. Самое странное, что она подошла ко мне и попросила посидеть рядом. Потом она извинилась за ту вечеринку братства и слабительное, которое не было слабительным, или вроде того. У нее была черепно-мозговая травма, о которой я не в курсе, или...?

Я покачала головой, меня охватило беспокойство.

— Я знаю, что она чувствовала себя плохо из-за всей той истории. Селена не умеет признавать свою неправоту или извиняться. Но она действительно сожалеет об этом.

Ева кивнула.

— Да, я поняла это. Может, позвонишь ей? Она неважно выглядела, и я думаю, что ты - это все, что у нее есть.

Меня охватило чувство вины. Я знала, что Селене нелегко заводить друзей, и ее характер стал только хуже после смерти отца, когда на ее плечи легла тяжесть их семейной ситуации и болезни сестры. Я должна была проверить, действительно ли она отправилась домой. Я должна была быть лучшей подругой.

Я глубоко вздохнула.

— Ты права. Я так и сделаю.

— Не расстраивайся. Иногда люди отталкивают близких, особенно тех, кто знает их лучше всех.

Мне стало интересно, думала ли она о Беккете, когда говорила это. Их отношения, как известно, развивались очень непросто.

Сверху раздался громкий хлопок, и мы обе подпрыгнули.

— Черт. Надо пойти проверить, как там тупой и еще тупее. Ни один из них ни черта не смыслит в сантехнике. Они, вероятно, затопят все это место. Можешь закончить здесь?

— Я помогу ей, mija, – раздался голос Мелли позади нас.

Она вошла в кухню и похлопала Еву по руке, когда та проходила мимо. Ее добрые, материнские прикосновения были подобны щедро рассыпанным хлебным крошкам, падающим с пальцев, а я была изголодавшимся голубем, пытающимся приблизиться к источнику обильной пищи.

— Итак, Уинтер. Ашер сказал мне, что вы узнаете друг друга, что бы это ни значило, – начала она.

Дерьмо. Я внезапно занервничала, оставшись с ней наедине. Станет ли она выпытывать у меня информацию? Я понятия не имела, как Ашер хотел, чтобы я вела себя с его матерью.

— Да, наверное, – неопределенно ответила я.

— В этом году на него многое навалилось: и хоккей, и проблемы с успеваемостью после перевода.

Мелли мыла раковину, пока я вытирала стол.

— Знаю. Но он хорошо справляется со всем. Я точно могу сказать, что скоро он вернется на вершину.

Мелли кивнула.

— Похоже, ты уверена в нем так же, как и я. Приятно слышать. Ему нужна болельщица в своем углу.

Я моргнула, гадая, имеет ли она в виду настоящую группу поддержки или что-то еще.

— А для правильной женщины он будет скалой за спиной, несгибаемой поддержкой в достижении любых целей. Как видишь, он не из богатой семьи. – Она обвела рукой свою маленькую, скромную кухню. — Но он знает, что важно в жизни.

— Он богат, – выпалила я, внезапно испытывая отчаянную потребность в том, чтобы эта всезнающая и доброжелательная женщина поняла истинное богатство ее дома и семьи. — Я имею в виду, то, что у всех вас здесь есть... жизнь, которую Вы дали своим детям, – это очень много. – Я почувствовала, как Мелли замерла. Она смотрела на меня, и я не осмеливалась встретиться с ней взглядом. — Это прекрасно и редко встречается. Нечто особенное.

Ее рука легла на мою руку. Я посмотрела на ее доброе лицо.

— Признаюсь честно. Я забеспокоилась, когда услышала, что Ашер встречается с кем-то из совершенно другого окружения, но я больше не волнуюсь. – Мелли кивнула сама себе. — Ашер рос таким ответственным, защищающим. Он всегда взваливал весь мир на свои плечи… такой серьезный, даже когда был маленьким мальчиком. Ты приносишь ему радость. Я вижу это за милю. Ему это нужно. Он заслуживает этого.

Да, он точно ответственен за то, что я схожу с ума. Мелли, должно быть, заметила циничное выражение моего лица, потому что рассмеялась.