Искры под пеплом
Шрифт:
— Я не осуждаю вас, мадам. На вашем месте я поступил бы так же.
— Что вы имеете в виду?
— Нужно быть очень сильной женщиной, я бы сказал настоящей женщиной, чтобы выжить в тех местах, куда вы направлялись.
Ее фиалковые глаза засверкали:
— А вы думаете, это не так?
— Может быть, да, а может, и нет, — протянул он, намеренно провоцируя ее. — Вы должны сами уяснить это, мадам.
Прежде чем она успела отпустить в ответ очередную колкость, на пороге появилась мисс Ли:
— Я не помешала?
— Да, — бросила Гарнет, резко поднявшись и выходя из комнаты.
— Вот как! — Лэси попыталась рассмеяться. — Смотри-ка, для благородной леди у нее острый язычок и гораздо больше сообразительности, чем я предполагала.
Брант кивнул:
— Вулкан, покрытый снегом, но пылающий изнутри… и она изо всех сил пытается, чтобы огонь не вырвался наружу.
— Уж не собираешься ли ты помочь ей в этом? Растопить лед, так сказать?
— Может быть, когда-нибудь… — игриво сказал он, но тут же внутренне осекся, вновь вспомнив о лежащих в ранце вещах. Лэси прижалась к нему:
— Я знаю, у тебя нет денег, Брант. Ни у кого из нас сейчас нет ни копейки. Если бы я смогла добраться до какого-нибудь городка или военного лагеря и выступить, то, думаю, мне удалось бы заработать деньжат.
— Даже не сомневайся, моя радость. Любой солдат отдаст свое месячное жалованье, чтобы увидеть такое чудесное представление. А кстати, где твой маленький смышленый партнер?
Рука Лэси скользнула по его волосам:
— Спасибо, милый! Что до крошки Лоллипопа, то он все еще в комнате наверху. Вообще-то он чистоплотный зверек, но сейчас уже несколько часов ему не удается выйти наружу. Так что если он что-либо испачкает…
— Не беспокойся об этом. — Брант указал на оскверненную комнату для рисования. — Янки принесли Грей Оукс гораздо больше вреда, чем это забавное крохотное существо.
Глава 7
Проливной дождь продолжался еще несколько дней после того, как ураган умчался на север. Пропитавшаяся влагой земля превратилась в болото. Деревья, потерявшие листву, стояли мокрые и унылые, Из-за непрерывного пребывания в четырех стенах нервы у всех стали сдавать. Когда хозяин дома предложил сыграть в карты, Гарнет чересчур резко отказалась:
— Я не увлекаюсь азартными играми!
— Но я предложил игру в карты только как способ от скуки, — стал оправдываться Брант. — И в конце концов нам ведь все равно не на что играть.
Лэси хихикнула:
— Я могла бы предложить кое-какие ставки, но сомневаюсь, что это заинтересует миссис Лейн. Про мисс Темпл я не могу ничего сказать, а что касается меня, то вы, сэр, и так уже завоевали мою привязанность.
И не только привязанность, кисло подумала Гарнет.
Артистка поймала на себе взгляд Гарнет и рассмеялась, нимало не смутившись.
— Вы не пьете алкогольных напитков, не играете в карты даже для забавы, ни разу не смотрели представления на борту судна. Неудивительно, что вам скучно! Как же вас развлечь, милочка?
Брант прервал ее:
— Довольно, мисс Ли. Миссис Лейн имеет собственные взгляды на подобное времяпрепровождение.
Но едва он закончил, как Гарнет, раздраженная непрошенной защитой, уселась за стол и произнесла.
— Сдавайте.
— Во что будем играть? — миролюбиво поинтересовалась Дженни.
— Может быть, в черви? [4] — вкрадчиво предложил Брант.
Гарнет вспыхнула под его пристальным взглядом:
— Вам придется учить меня.
4
Игра слов. В английском языке название данной карточной масти имеет также значения «сердца», «чувства», «любовь».
— Я сделаю это с радостью.
Они играли около часа. После тою как игра закончилась и остальные вышли из комнаты, Брант постарался ободрить ее:
— А вы боялись. У вас неплохо получается, миссис Лейн.
— Мне не нужно снисхождения, сэр. Даже обезьянка сделала бы это лучше меня.
— Не правда. Если честно, то вы просто несколько рассеянны, — ответил он. — Мне все время кажется, что ваши мысли витают далеко, далеко отсюда.
— Так же, как и ваши.
— Да? И где же витают мои?
— Возле Лэси, конечно. Я, может быть, и наивная, но все же не настолько глупая… — Но тут Гарнет прикусила язык, сама испугавшись собственного выпада.
Помолчав, он спросил очень спокойно:
— А почему это вас, собственно, беспокоит?
— Вы льстите себе. Меня это ни капельки не волнует.
Она повернулась, чтобы выйти, но Брант удержал ее за руку:
— Вы решили стать мученицей, я вас правильно понял? Глядя на вас, можно подумать, что Север проиграл войну.
— Пустите меня, — еле слышно прошептала она.
Его пальцы еще плотнее сжали ее руку.
— Вы что, на самом деле вот так собираетесь убиваться всю оставшуюся жизнь? И вы верите в то, что все южане ответственны за судьбу вашего мужа? Ответьте мне, Гарнет! — жестко потребовал он.
— Да, это так! — Сверкая глазами, она попыталась освободиться. — Пустите же меня, черт вас возьми!
Он подчинился с торжествующим видом.
— Я так и знал. Угли под пеплом.
— Но не рассчитывайте раздуть эти угли для себя, мятежник! Вы — самый чудовищный человек, которого я когда-либо встречала! — С этими словами девушка выбежала из комнаты.
Ее ярость лишь убедила Бранта в том, что их влечение взаимно, — и это еще больше осложняло окончательное объяснение. Господи, сумеет ли он сказать ей правду?
И вот, наконец, яркое солнце засияло над опустошенной землей. Мирные белые облака поплыли по восхитительно голубому небу. Разлившиеся реки постепенно входили в свои берега, а пострадавшие от бури деревья восстанавливали прежний величественный облик. Ущерб для Грей Оукс оказался небольшим, но все же, как втайне надеялся Брант, достаточным, чтобы отсрочить аукцион. Покупатели из Нового Орлеана смогут добраться сюда только после восстановления снесенных водой мостов, а те, что прибудут с верховьев Миссисипи, не сумеют высадиться на разрушенный причал Грей Оукс.