Чтение онлайн

— Ничего, я рискну.

— Черт возьми, Гарнет! Ты просто сводишь меня с ума!

— А ты меня, — пробормотала она, надевая платье, завязывая ленты шляпки и накидывая шаль. — Ты меня отвезешь или мне снова придется добираться до дома самой?

Застегивая пояс с кобурой, Брант предостерег:

— В прошлый раз это заняло у тебя слишком много времени, если ты помнишь, конечно. Не советовал бы предпринимать вторую попытку. А если решишь снова стрелять в меня, не промахнись, потому что мне придется тогда хорошенько тебя отшлепать!

— Ах так? Если я когда-нибудь буду целиться в вас, мистер Стил, то постараюсь попасть прямо в сердце.

Он обиженно взглянул на нее:

— Вы уже сделали это своими словами.

— Ничего. Это не смертельно.

— Клянусь Богом, таких резвых кобылок мне никогда не доводилось объезжать.

— Ха! Что ж, вы неплохо покатались на мне, ковбой! Будет теперь о чем рассказать у костра: как вы соблазнили эту недотрогу, вдову Лейн.

— Боже, что ты говоришь?

— А что, ковбои не хвастаются?

— Не я, — мягко ответил он. — И не этим. Они замолчали и вышли из хижины. На обратном пути Гарнет старалась отодвинуться от него как можно дальше.

До самого Лонгорн Джанкшин Брант не произнес ни слова и только возле самой лавки спросил:

— Когда я смогу снова увидеть вас?

— Зачем?

— О Господи, что за вопрос «зачем»? Я же люблю вас, Гарнет. И надеюсь переубедить относительно того, прилично ли нам устроить свадьбу.

— Наша ссора заставила меня принять окончательное решение, мистер Стил.

— Гарнет, милые бранятся — только тешатся.

— Говорите только за себя, сэр.

Разумеется, было совершенно невозможно продолжать разговор подобным образом, и Брант, ничего не ответив, пошел прочь.

На следующее утро пришло приглашение от миссис Дюк.

— Думаю, нам будет интересно! — воскликнула Дженни.

— Брант говорил, что именно так ты и прореагируешь. Как долго ты там пробудешь, тетушка?

— Вероятно, несколько дней. А ты разве не едешь? Тебя ведь тоже приглашают.

Гарнет расчесывала волосы, раздумывая: не будет ли слишком большой вольностью украсить их черным бархатным бантом.

— Что хорошего на клеймении? Одни лишь коровы, да ковбои — ничего для меня интересного.

— Да? Почему же большую часть вчерашнего дня ты провела в компании управляющего ранчо Дюка?

— Он… он так настаивал на том, чтобы показать мне цветущую прерию, как будто она — страна Эльдорадо и лютики там из чистого золота!

— Хорошо. Я уже приняла приглашение за нас обеих. Теперь мы можем обидеть миссис Дюк отказом. Просто поезжай вместе со мной, а там ты сошлешься на головную боль и, если захочешь, можешь остаться на усадьбе. Но все же я не понимаю, почему ты не хочешь поехать? Надо тебе будет о чем-то рассказывать, когда мы вернемся в Авалон. Ты же знаешь, как мало там тем для разговоров!

Несмотря на свое первоначальное намерение, Гарнет поддалась соблазну. Остыв за ночь, она поняла, как глупо себя вела. Брант раз за разом признавался ей в любви, и что же, как не любовь, ответ, который она дала ему в хижине? Гарнет залилась краской от мысли, что снова его увидит. Нет, нет, такое распутство несовместимо с добродетелью и совершенно ей не свойственно. Примириться с этим нельзя. Но если она не поедет, Дженни способна сделать далеко идущие выводы, а Гарнет не хотела ни с кем делиться своим секретом.

— Хорошо, — вздохнула она. — Я поеду, но только на один день и одну ночь, не больше.

Как повелось, в отгоне, кроме Дюков, должны были участвовать и другие владельцы скота. Чем больше участников, тем безопаснее путь через индейские территории. С другой стороны, в больших стадах легче распространяются болезни, а кроме того, возникают дополнительные трудности с обеспечением по пути кормами и водой. И все же преимущества совместного отгона намного превосходили издержки, и владельцы ранчо продолжали гонять скот на север сообща.

Те, кто должны были участвовать в отгоне, сейчас были заняты клеймением своей скотины. Предполагались, что спустя некоторое время все они соберутся возле ранчо Дюка, где и выработают окончательный план пути.

Работы было столько, что кроме постоянных работников пришлось нанять временных. Когда гости прибыли на ранчо, Брант Стил находился на пастбище.

Хозяйка, прихрамывая на одну ногу из-за ревматизма, вышла навстречу подъехавшему фургончику.

— Приветствую вас! Очень рада, что вы приехали. Но, извините, в этих городских вещичках вы не сможете туда отправиться. Я подыщу вам что-нибудь более подходящее.

«Подходящее», подумала Гарнет, это, видимо, то, во что одета сама Альма Дюк: брюки, заправленные в высокие ботинки, клетчатая фланелевая рубаха, потертая кожаная куртка, яркий платок на шее и высокая широкополая шляпа — отличительный знак техасских скотоводов, как мужчин, так и женщин.

— Жозефина! — позвала Альма, когда они вошли в дом. — Люпа! Где вы? Мне нужна ваша помощь!

Улыбающиеся служанки появились, как из-под земли. По-английски они говорили плохо, но работа спорилась в их руках. Вскоре Гарнет и Дженни полностью преобразились. Гарнет едва узнала себя в зеркале. Она почти совсем утонула в выданной ей одежде и засмеялась, увидев, что похожа на бродяжку. Слишком длинные рукава рубашки пришлось подвязать повыше локтя, грубые брюки из хлопчатобумажной ткани были прихвачены на тонкой талии широким сыромятным ремнем, а на маленькие ножки, чтобы с них не спадали тяжелые ботинки, Гарнет натянула несколько пар суровых носков. Если бы не дополнительная прокладка внутри шляпы, та неминуемо съехала бы девушке на нос, а толстые кожаные рукавицы держались на миниатюрных ручках только потому, что под ними находились шерстяные перчатки. На шею она повязала ярко-красный платок, предназначенный для защиты лица во время пыльных бурь. И наконец, крепкие штаны, сшитые из телячьей кожи, должны были уберечь ноги от колючих веток кустарника.

Будучи значительно крупнее своей племянницы, Дженни выглядела в ковбойском костюме гораздо лучше и непринужденнее. Она смеясь подбодрила Гарнет:

— Не смущайся, детка. Ты выглядишь очень мило.

— Мило? Если сюда добавить фальшивый нос и раскрасить лицо, то я могла бы выступать на родео клоуном! А почему мы должны ехать верхом, миссис Дюк? Разве нельзя сесть в бричку?

— В бричке по такой неровной почве, миссис Лейн? Конечно, если вы желаете, чтобы от тряски кишки превратились в желе, а женские органы спутались в клубок, то можете прокатиться в бричке. Люпа дала вам подвязку для грудей? — Гарнет утвердительно кивнула, и Альма Дюк продолжила, нисколько не пытаясь смягчить выражения: