Чтение онлайн

Конференция постановила: немедленно провести в жизнь декреты, принятые Вторым Всероссийским съездом Советов.

Умов заявил, что остается при особом мнении, которое изложит письменно.

Заводская администрация не допустила рабочий контроль к делам управления. Умов уехал в Петроград.

Окружной Совет решил просить Совет Народных Комиссаров о национализации заводов Симского округа и командировал в Петроград Гузакова. Он с радостью выехал.

В Совнаркоме Гузакова приняли тепло. Недолго ждал приема Петр Васильевич. Ленин встретил его очень приветливо.

— Здравствуйте, здравствуйте, товарищ Гузаков! — Ильич пожал руку и пристально посмотрел на него.

— Позвольте, вы не тот ли Гузаков, которого я еще юнцом встречал в Париже?

У Петра заблестели глаза, дух перехватило: «Вспомнил, узнал», — подумал он и волнуясь, ответил: «Да, да, тот».

— Не узнать, не узнать! Возмужали! — говорил Владимир Ильич, как бы не замечая волнения Петра, — что же это вы, батенька мой, тогда не рассказали мне о своем брате?

— Владимир Ильич, вы знаете и о нем?

— А как же, дорогой мой. Вы рассказывали друзьям, а они мне. Ну-с, выкладывайте, с чем пожаловали?

Гузаков доложил о положении на заводах Симского округа, поведении акционерного общества и настроении рабочих.

Ленин улыбнулся. Он уже читал подробную информацию от Уральского областного Совета рабочих и солдатских депутатов. Задав несколько вопросов Гузакову, Владимир Ильич сказал: «Будет по-вашему» и порекомендовал встретиться с Дзержинским. Ленин крепко пожал руку Гузакову.

Петр Васильевич немедленно пошел к Дзержинскому. Оказалось, что Феликс Эдмундович уже имел письмо от Ленина. Владимир Ильич писал:

Дзержинский выдал Гузакову документ на право конфискации капиталов правления Симского акционерного общества горных заводов, распорядился выделить в помощь Гузакову стрелков и пожелал ему успеха.

Акционеры, узнав от Умова о положении дел в округе, поспешили скрыть деньги и акции.

Гузаков вместе с делегатами, приехавшими из Аши, конфисковали в правлении акционерного общества уже остатки: 1500 рублей наличными и 940000 в акциях.

В Сим, Миньяр, Ашу полетела телеграмма: «Заводы наши. Немедленно шлите обязательства». На заводах это известие приняли восторженно.

— Заводы наши! Ура! — кричали рабочие на срочно созванных митингах. — Мы хозяева заводов! Даем обязательства!

Текст обязательства самоотверженно работать подписали все рабочие. Даже служащие дали свои подписи в знак полной солидарности и желания работать в контакте с Советами. Возражали только заместитель управляющего округом, управители заводов и заведующий лабораторией Балашевского завода. Их арестовали за неподчинение законам Советской власти.

Делегация возвратилась в родной округ. Рабочие ликовали: «Мы хозяева! Мы все сделаем по-своему!» И они делали, не считаясь ни с временем, ни с трудностями. Те, кто имел своих лошадей, подвозили сырье и топливо к заводу. Работали на заводе и во внеурочное время.

Но деловой Совет, созданный в Аше для управления национализированными заводами, оказался в затруднительном положении: бывшие владельцы заводов оставили истинных хозяев без денег, без продовольствия и с малыми запасами сырья и топлива. Обратились за содействием в Уфу. Но Уфимский банк отказал в выдаче денег по текущим счетам Симского округа на том основании, что у новых хозяев не оказалось нотариальной доверенности от зарегистрированных владельцев.

— Контрреволюционеры! — обозвал банковых чиновников Гузаков и вызвал в Уфу отряд красногвардейцев.

Силой оружия новые хозяева заводов Симского округа открыли свои счета в Уфимском банке.

Гузаков докладывал на первом Уральском областном съезде представителей национализированных заводов:

— Средства округ получает от продажи своих изделий. Сырье для производства заводы имеют собственное, топлива много. Совершенно расстроен железнодорожный транспорт. Техническим оборудованием округ не обеспечен.

Взаимоотношения между рабочими, служащими и техническим персоналом хорошие. Их объединяет профессиональный союз металлистов. Продовольствие для населения губпродуправа высылает только по норме, запасов не имеется. Его необходимо заготовить через кооперативы и снабжать по карточкам. Заводами теперь управляет окружной Совет рабочих депутатов через назначенных им трех комиссаров. С момента национализации поднялась производительность труда. Например, на Миньярском заводе, вместо обычных 300 пудов один раз прокатали 1200 пудов железа.

Утром, когда рабочие трудились в цехах, тревожно завыл заводской гудок.

— Што опять случилось, што? — спрашивали друг друга рабочие и бежали к месту сбора.

Командир красногвардейского отряда Василий Лаврович Соколов сообщил собравшимся, что бывшие царские генералы поднимаются против Советской власти. В Оренбурге выступил казацкий атаман Дутов. К нему на помощь с фронта едут казаки. Военный комиссар округа приказал разоружить этих казаков. Эшелон проследовал Уфу и Ашу. Медлить нельзя.

Красногвардейцы стремглав ринулись к арсеналу, молодые санитарки-работницы Лидия Чеверева, Мария Усачева, Анастасия Уракова — к медицинскому пункту.

Через двадцать минут отряд в 150 человек, вооруженный винтовками, гранатами, двумя пулеметами, выстроился около здания штаба.

Соколов пояснил задачу:

— Нам предстоит разоружить опытных вояк. Они не сдали оружия в Уфе и Аше. Добровольно не сдадут и здесь. Предстоит бой.

Зазвенели рельсы узкой колеи, покатились заводские вагончики. Ежились легко одетые бойцы. Декабрьский мороз хватал их за руки, за нос и щеки.

На станцию Симская отряд прибыл вовремя. Эшелон уже приближался.

Красногвардейцы цепочкой залегли за огромным снежным валом с правой стороны но ходу поезда. Шесть боевиков, вооруженных наганами, легли возле пути там, где должен встать паровоз. Недалеко от шестерки сели на снег командир Соколов и боевик Масленников. У обоих в руках по гранате.

Из-за поворота выскочил паровоз.

Левофланговый командир подразделения Горбунов подсчитывал вагоны.

— Все товарные. Раз, два, три… пятнадцать… тридцать… Передать по цепочке: вагонов сорок!