Искупление 6-го
Шрифт:
Прошел час.
А затем еще один.
Что-то было не так.
Я чувствовала это всеми своими костями.
Отчаянно пытаясь дозвониться своему парню, но безуспешно, я засыпала его сестру текстовыми сообщениями, отчаянно желая узнать, поддерживал ли он связь с кем-либо из своей семьи.
Потому что все это казалось неправильным.
Я знала Джоуи, черт возьми, я знала его как свои пять пальцев, и хотя у него были серьезные проблемы с наркотиками, он не позвонил бы, чтобы сказать, что приедет, если бы не планировал. Если бы Джо хотел накуриться, он бы сделал именно это, а затем появился. Он был парнем типа ‘проси прощения, а не разрешения’.
Единственный раз за все время наших отношений, когда он вот так бросил меня, был в ту ночь, когда его отец избил Тадхга, что заставило меня поверить, что с ним, должно быть, случилось что-то очень плохое.
Затаив дыхание, я схватила свой телефон и набрала еще одно безумное текстовое сообщение его сестре.
И:Есть какие-нибудь признаки его?
Ш:Пока нет. Мама внизу с Дарреном. Я слышу, как они спорят о Джо.
И:Без обид, но Даррен – большой дилдо.
Ш:Согласна. Они говорят о Джо так, как будто он не держал всю эту семью вместе последние шесть лет. Меня от этого тошнит.
И:Пожалуйста, Шэн. Как только увидишь его, напиши мне. Мне нужно знать, что он в безопасности.
Ш:Хорошо.
И:Я серьезно, хорошо? Пожалуйста, просто… просто напиши мне, хорошо?
Ш:Я обещаю. X
Глава 99. Тихие предупреждения.
Джоуи
Мой отец снова зашел в мою голове, но на этот раз все было по-другому.
Потому что на этот раз его слова имели смысл для меня. Они пробились сквозь стены, которые я воздвиг, чтобы ничего не впускать. Потому что на этот раз я наконец понял, что он имел в виду.
Если бы он ушел от мамы в самом начале, все было бы совсем по-другому.
Черт возьми, даже не в самом начале, если бы он просто ушел после изнасилования Даррена, когда нас было только трое и мама, тогда у нас могло бы все получиться. Мы могли бы собрать осколки и построить какое-то подобие жизни для себя.
Но он не ушел, и последствия его пребывания вызвали шок в нескольких жизнях.
Хуже, чем посылать ударные волны, последствия разрушили нас.
Случилось бы это со мной?
Ребенок, растущий в животе Моллой, однажды обернется и обидится на меня за то, что я недостаточно мужчина, чтобы уйти и дать ему шанс на достойную жизнь?
Был бы у меня сын, который ненавидел бы меня так же сильно, как я ненавидел своего старика?
Будет ли он обижаться на свою мать, как я на свою?
Впадет ли он в ту же зависимость, что и я?
Суждено ли мне было вечно повторять цикл, а затем производить больше сыновей, чтобы продолжить испорченный ген?
Господи, я едва мог дышать, просто думая об этом.
Именно по этим причинам я не мог этого сделать.
Я не мог пойти к ней.
По крайней мере, не сегодня.
Удрученный и полностью деморализованный, со словами моего отца, все еще свежими в моей памяти, я вернулся в единственное место, где я чувствовал какое-то подобие контроля над своей жизнью.
– Ходят слухи, что кто-то сегодня вытащил твою задницу из этой чопорной частной школы, - сказал Шейн, когда я вошла в гостиную его дерьмового дома и плюхнулась на диван. – Дрался с богатыми мальчиками, Линчи? Никогда не был умным ходом.
– Да, - пробормотал я, откидывая голову назад, чтобы отдохнуть на диване. – Звучит примерно так.
– Слышал, ты подцепил себе крутого адвоката, чтобы снять обвинения.- Выдохнув облако дыма, он повернулся, чтобы бросить на меня тяжелый взгляд. – Слышал, ты изливал душу этому крутозадому барристеру. Заставил судью рыдать, как маленькую сучку, над твоей грустной историей из жизни.
Я напрягся заметив угрожающие нотки в его голосе.
– Расслабься, я ни хрена не говорил, - прорычал я, бросив на него взгляд, за которого ты меня принимаешь. – Я не крыса, Шейн.
– Лучше бы тебе не быть, малыш, - холодно ответил он. – Потому что ты знаешь, что происходит с крысами.- Он сузил глаза. – Их травят. Вместе с каждым членом их маленькой крысиной семьи.
– Я здесь, не так ли?- Я сплюнул, подавляя желание содрогнуться, когда сунул руку в передний карман своих школьных брюк и вытащил то, что осталось от моей зарплаты.– Просто дай мне немного окси и пару бензос, чтобы пережить ночь.
Он долго смотрел на деньги в моей руке, прежде чем выдохнуть и потянуться за ними.– Я не знаю, что происходит в твоей голове, малыш, но если ты водишься с адвокатами, то ты мне не друг. Если ты думаешь о том, чтобы сбежать с корабля, то забудь об этом, потому что ты увяз так же глубоко, как и я. Из этого мира не уйти, Линч.
– Я ни с кем не якшаюсь, - выпалил я, наблюдая, как он достает знакомую жестянку из-под дивана. – Я просто пытаюсь выжить.
– Пока твоя версия выживания не приводит к тому, что ты опускаешь имена или бросаешь своих старых друзей под автобус, у нас все в порядке, - ответил он, вручая мне пакетик с таблетками. – Но в ту минуту, когда ты хотя бы подумаешь о том, чтобы перейти мне дорогу, для тебя все будет кончено, малыш. Я обрушусь на тебя жестче, чем когда-либо делал твой папа. Ты помнишь это.
***
К тому времени, когда мне удалось вернуться в дом, каждая стена в моем мире, казалось, надвигалась на меня, и я задыхался от давления.
Мама.
Папа.
Даррен.
Моллой.
Шейн.
Ребенок.
Каваны.
Дети.
Хулиганы Шэннон.
Я, блядь, не мог дышать.
Мое тело разрывалось на части, а разум кружился, я едва успел вытащить ключ из входной двери, когда Шэннон бросилась ко мне. – Ты вернулся!-Она обвила меня руками, ее маленькое тело дрожало. – Слава Богу.
Я устал.
Я был так чертовски утомлен, и руки моей сестры давили на меня, как бетонные глыбы, толкая меня глубже в темноту.
– Все в порядке, Шэн. Все хорошо, - я пытался успокоить, потому что в моем сердце была любовь к этой маленькой девочке, которую не могли убить ни наркотики, ни глубокая депрессия.
За исключением того, что она больше не была маленькой девочкой.
Она была молодой женщиной, и это дало мне надежду.
Надеюсь, что она переживет то, что я не смог.