Чтение онлайн

Чего я не смог сделать.

Там была семья, которая ждала, чтобы взять ее к себе.

Чтобы принять их всех.

Потому что что-то глубоко внутри меня, в тех частях, которые все еще работали, уверило меня, что я могу доверять Каванам. Это была та же часть меня, которая крепко привязалась к Ифе Моллой.

Если бы я больше ничего не делал в этом мире, я бы довел это до конца.

Я бы вытащил этих детей нахуй из этой адской дыры, я бы.

– Подожди!- Схватив меня за руку, когда я попытался обойти ее, Шэннон притянула меня обратно, чтобы я посмотрел ей в лицо. – Посмотри на меня.

Не имея ничего, что можно было бы отдать или потерять, я сделал, как она просила.

– Джо.- Она резко втянула воздух. – Почему?

– Просто отвали от меня, Шэн, - ответил я, слишком чертовски уставший, чтобы пройти еще один раунд с кем-либо, тем более с ней. Я знал, из-за чего она была расстроена, но я больше не мог это скрывать. – Я в порядке.

– Джоуи, - закричала мама, когда я вошла на кухню, а моя сестра следовала за мной по пятам. – О, слава Богу.

Слава Богу?

Да, чертовски верно.

– Мама. У тебя все хорошо?

– Что с тобой не так?- Потребовал Даррен, приближаясь ко мне. – Почему ты дрожишь?-Когда он положил на меня руки, касаясь и исследуя мое лицо, мне пришлось использовать каждую унцию самоконтроля внутри моего тела, чтобы не реагировать.– Ради всего святого, Джоуи, - прогремел он, придя к тому же выводу, что и Шэннон, прежде чем грубо оттолкнуть меня с глаз долой. – Что, черт возьми, с тобой происходит?

Все, мне захотелось смеяться.К черту все, мудак.

– Что случилось?- Это была мама.

И снова мне захотелось безумно смеяться.

Как будто ей было не похуй.

– Что случилось? – Воскликнул Даррен. – Что не так, так это то, что твой сын вернулся к наркотикам!

– Это правда, Джоуи?

Борясь с желанием рассмеяться им в гребаные лица, я сделал бутерброд и достал из холодильника напиток. – Я не вернулся к наркотикам.

– Да, потому что ты никогда не отходил от них с самого начала, не так ли?

Пошел ты, золотой мальчик. – Вы все слишком остро реагируете.

– Ты под кайфом.- Даррен сузил глаза. – Снова.

Охуенный возглас. – А ты мудак, - выпалил я в ответ. – Снова.

– Что ты делаешь, Джоуи?- Мама решила добавить свои два цента. – Зачем тебе снова вводить это вещество в свое тело?

Неужели я попал в гребаную сумеречную зону?

В какой момент времени она предположила, что я остановился?

Она знала счет.

Она, черт возьми, знала это.

Все это чертово фиаско было шоу, устроенное в пользу Даррена.

– Ты из тех, кто умеет говорить – засмеялся я. – Утопить себя в прозаке и валиуме.

– Их прописал мне врач. Не головорезы с террасы.

– Хорошо, мам.- Я закатил глаза и откусил от своего сэндвича. – Как скажешь.

– Это Шейн Холланд? – спросила она. – Он снова что-то вынюхивает?

– Иисус Христос, какое тебе дело?- Я огрызнулся, с меня было уже достаточно дерьмовых допросов. – Все, отстаньте от меня, блядь!

– Нет, я не отстану от тебя, - вмешался сам золотой мальчик. – Ты снова пристрастился к наркотикам, тебя исключили из школы, ты исключен из команды по херлингу, и ты…-Он остановился, едва не сказав, что собирается стать отцом. Я знал, что это вертелось у него на кончике языка. – Ты разрушаешь свою жизнь!

– У меня нет жизни!-Я зарычал, теряя свою всегдашнюю любовь к нему. – У меня никогда не было жизни!

– Ну, жизнь или нет, если ты будешь продолжать в том же духе, ты превратишься в него. В конечном итоге ты станешь тем, кого ненавидишь больше всего на свете.

– Заткнись, Даррен!- Шэннон быстро защищалась, когда бросилась ко мне. – Джоуи, тише, тише, все в порядке. Не слушай его, хорошо? Это неправда. С тобой все будет в порядке.

– Прекрати, блядь, так говорить, Шэннон. Ничего не в порядке. Ничего!- Я задохнулся, чувствуя, что оступаюсь. Чувствую, как спадает маска, которую я носил, чтобы скрыть свои эмоции. – Ты знаешь, я часами сидел в той камере, думая, как это случилось со мной. Как я в конечном итоге стал таким, какой я есть. Все облажались на всю голову.

Но потом я позвонил тебе.- Мой голос дрогнул, и я заставил себя указать на нее. – Я позвал тебя, чтобы ты пришла помочь мне, а ты не взяла трубку. И тогда я понял.- Шмыгая носом, я вскинул руки, чувствуя себя беспомощным и одиноким. – Я сказал себе, вот почему. Вот как я стал таким.- Сузив глаза на женщину, которая дала мне жизнь, я выплюнул: – Потому что ты сломала меня!

– Это неправда, - воскликнула мама, качая головой. – Возьми свои слова обратно.

Это было правдой.

Это была самая правдивая вещь, которая когда-либо слетала с моих губ, черт возьми.

– Ты заморочила мне голову хуже, чем он когда-либо делал. Он использовал кулаки, но ты? Ты запала мне в голову, - признался я, теперь уже на ходу, когда боль и яд полились с моих губ. – Ты сломала мой разум.- Я ударил себя тыльной стороной ладони по виску, отчаянно пытаясь подчеркнуть этой женщине, насколько сильно она меня ранила. – Я больше не работаю правильно, и это потому, что твой голос застрял у меня в голове!

Звук твоего плача и мольбы меня помочь тебе – это все , что я могу слышать!

– Джоуи…

– Каждый раз, когда я закрываю глаза, ты рядом. В моей голове. Плачешь по мне.

Умоляешь меня. Кричишь «спаси меня, Джоуи, спаси меня»!

– Джоуи, прекрати…

– Но я никогда не смог бы спасти тебя, мама, - плакал я, ненавидя себя за свою слабость, слезы текли по моим щекам. Ненавижу себя за то, что все еще люблю ее. – Я не смог спасти тебя, потому что ты этого не хотела! Ты хотела, чтобы он был здесь! Ты хотела, чтобы все это произошло…

Моя мать так сильно ударила меня по лицу, что я на мгновение потерял ход мыслей.

– Не смей обвинять меня, - прошипела она, тыча меня в грудь. – Я сделала все, что могла для тебя, твоих братьев и сестры!

– Ты сделал для него все, что могла, - парировал я. Для них. – Ты не можешь лгать мне, помнишь? Я вижу тебя насквозь.

Моя мать снова ударила меня.

На этот раз хуже.

Достаточно сильно, чтобы повернуть мою голову набок.

– Мам,- Даррен отреагировал первым, встав между нами. – Что ты делаешь? Не бей его!

И да, ее пощечина причинила боль, но далеко не так сильно, как правда, которую я ей дал.