Чтение онлайн

Губы Аэлии приоткрылись, и на её лбу мелькнула хмурая складка, когда слова Шивы достигли цели. Парная связь вспыхнула к жизни, и стена опустошения обрушилась на него; боль от предательства Шивы была достаточной, чтобы его глаза защипало от слёз. Но на другом конце было нечто — горящее, яркое и разрушительное. Челюсть Кирана ослабла, когда он увидел, как чёрное кольцо в глазах Аэлии стало ярко-серебряным.

— Стража! — взревел Бесеркир.

Стена из дюжины солдат хлынула в комнату, перекрывая Аэлии выход. Некоторые держали поднятые мечи, у других стрелы уже были наложены на тетивы. Её глаза встретились с глазами Кирана, и голая сила в них послала ледяной разряд через его сердце.

Он почувствовал, как это хлынуло через парную связь — единственное предупреждение о том, что она снова вот-вот потеряет контроль.

Киран среагировал на чистом инстинкте, выпустив свою огненную магию одним усилием воли и позволив ей взреветь вокруг него огненным коконом. Тяжесть Бесеркира прижалась к нему — к несчастью, достаточно близко, чтобы оказаться внутри щита, — и его крики болезненно вибрировали у Кирана в ушах. Он чувствовал, как на его магию обрушивается шквал магии Аэлии — яростной, но неуправляемой. Всё, что он мог, — лежать и стискивать зубы, защищаясь от её гнева.

Он почувствовал, как её магия начала ослабевать — и против его стены огня, и через связь. В тот самый миг, когда она исчезла полностью, он убрал огненную магию и открыл глаза. Он столкнул с себя Бесеркира и одним быстрым движением поднялся на ноги. Можно было и не стараться — Бесеркир был без сознания.

Киран резко поднял взгляд на Аэлию. Она всё ещё стояла у двери, слегка покачиваясь. Её взгляд скользил по телам, лежавшим вокруг неё, изуродованным до полной неузнаваемости. За свою жизнь Киран видел немало жутких вещей, но даже у него от этого скрутило желудок.

Только Бесеркир был пощажён её особой разновидностью смерти, но Аэлия, похоже, этого почти не замечала.

Он потянулся к ней через парную связь и едва не обмяк от облегчения, когда почувствовал, что она всё ещё цела. Он погрузился в её разум, ощущая смятение, в котором она задыхалась. Она казалась такой хрупкой, будто её рассудок был на грани разрушения. Она уцепилась за него, и он обвил её своим присутствием, желая, чтобы мог защитить её от всего, что она сейчас чувствовала.

— Что со мной происходит? — прошептала она, и в её голосе было столько надлома, что он понял: нужно уводить её отсюда. Сейчас.

— Я не знаю, — сказал он честно.

— Я не могу это контролировать, — сказала она ему через парную связь, словно лёгкое прикосновение её губ к его разуму. Он почти закрыл глаза от этой сладости, от восхитительной чистоты её ментального прикосновения.

— Позволь мне вывести тебя отсюда. — Киран звякнул кандалами. — И мы во всём разберёмся, хорошо?

Аэлия пустым взглядом смотрела на тело Шивы, теперь едва узнаваемое.

— Я тебя не убила. — Её глаза снова поднялись к нему, лёгкая морщина пролегла на её лбу.

— Нет, не убила. — Он мрачно улыбнулся, радуясь, что ослепительный свет её собственной магии не позволил ей увидеть его. — А теперь мне нужно, чтобы ты нашла ключи. Проверь карманы Бесеркира.

Она взглянула на кандалы, всё ещё приковывавшие его к полу, и кивнула. Её ноги дрожали под ней, когда она пересекала комнату, но она успела добраться до Бесеркира, прежде чем они окончательно подогнулись. Киран поморщился, когда её колени ударились о камень, но Аэлия, похоже, почти не заметила этого. Она начала обыскивать его, вытаскивая вещи из разных карманов, пока он не услышал сладкий звон ключей.

Она поднялась на ноги и неловко перебирала ключи, пока не нашла подходящий. Глухой щелчок, с которым он повернулся в замке его кандалов, был чистым блаженством. Он стряхнул с запястий и лодыжек оковы и резко повернулся к Аэлии, его руки зависли над её головой, её шеей, её руками, проверяя каждый дюйм её тела. Она не двигалась, но её глаза были прикованы к нему, словно он был якорем в буре, которую он всё ещё ощущал, бушующую в её разуме.

Он обнял её и притянул к себе, обвивая её разум своим так же крепко, как и руками. Она обняла его в ответ, прижимаясь к нему всем телом и душой.

— Мне так жаль, — прошептал он ей в волосы, снова и снова прижимаясь губами к её голове. Она потеряла Фенрира, Шива обманул её, и та магия, что пробудилась в ней, выжала из неё все силы до самого изнеможения. Он должен был увести её отсюда.

Аэлия почувствовала, как тепло начинает медленно возвращаться к ней, исходя от Кирана и пробиваясь сквозь оцепенение, которое окутало её. Он заполнял её разум, и это ощущение было так же неотделимо от него, как и густой, дурманящий запах, в который она уткнулась лицом.

Она всё ещё чувствовала слабость, её мышцы дрожали от усилия стоять, но её разум больше не казался на грани того, чтобы сорваться в безумие. Поэтому она отстранилась, высвободившись из его рук, чтобы посмотреть вниз на человека, который сделал это с ней.

Она опустилась на колени рядом с Бесеркиром, глядя на него с холодным оцепенением, которого не ожидала. В своих снах она упивалась этим моментом, и всё же сейчас почти ничего не чувствовала. Она резко распахнула пальто Бесеркира, схватилась за тёмную ткань его рубашки и разорвала её. Его грудь была подтянутым совершенством воина, но никакое количество мышц не защитило бы его от неё теперь. Он всё ещё не пошевелился, даже не дёрнулся, но она ни за что не позволила бы ему умереть так легко.

Она отвела руку и вложила каждую крошечную частицу оставшейся у неё силы в пощёчину, от которой его голова с глухим ударом врезалась в грубый камень. Бесеркир застонал. Она вытащила кинжал Отиса и поцеловала рукоять, прежде чем наклониться над ним, её рука оказалась прямо рядом с его головой. Она переживала тот самый момент смерти Отиса столько раз, что точно помнила, между какими рёбрами проскользнул клинок Бесеркира, и острие её кинжала нашло соответствующее место на груди Бесеркира.

Когда его глаза открылись, страх в них пронзил насквозь то оцепенение, которое она чувствовала. При виде этого по её телу прокатилась жестокая удовлетворённость, и она вдавила кинжал ровно настолько, чтобы прорезать кожу. Бесеркир попытался вырваться, но она прижала его свободной рукой, с силой вдавив её ему в шею.

— Жаль, что у меня нет больше времени, — прошептала она, вонзая кинжал чуть глубже и наслаждаясь ужасом, который распускался в его расширенных зрачках. Он попытался сбросить её с себя, и сапоги Кирана с грохотом опустились, прижав его руки к полу. — Но жизнь так редко даёт нам то, чего мы хотим, так что мне придётся просто насладиться этим мгновением.

Её предплечье зафиксировало его голову, вдавившись под его челюсть так, что он не мог кричать, едва мог дышать. Дюйм за осторожным дюймом она просовывала кинжал между его рёбрами с нарочитой медлительностью. Она не чувствовала ни малейшего раскаяния, когда он захлёбывался кровью, булькающей в его горле и разбрызгивающейся по его подбородку в отчаянных попытках вдохнуть. Что-то в ней умерло вместе с предательством Шивы. Последние остатки той девушки, которой она была, разбились, оставив на их месте нечто твёрдое и зазубренное.