Чтение онлайн

«Боже, — подумала она. — Я даже не знаю ее имени».

— Клер.

Она посмотрела вверх затуманенным взглядом, как раз когда Кэм подсел к ней.

— Я даже не знаю ее имени.

— Не волнуйся.

Он поднес ее руки к своим губам и держал их там, чтобы убедиться, что она жива и здорова. На ее блузке была кровь, но после первого всплеска паники он понял, что это не ее кровь.

— Ты можешь рассказать, что случилось?

— Она выбежала наперерез машине. Я сшибла ее. Он заметил, что ее лицо было бескровным, даже губы. Зрачки расширены. Когда он приложил тыльную сторону руки к ее щеке, она оказалась влажной и холодной. — Кто-нибудь осмотрел тебя?

Она взглянула непонимающими глазами.

— Я хочу знать, что происходит. Я должна знать. Тебе ведь они скажут. Пожалуйста, Кэм, я не вынесу этого.

— Хорошо. Оставайся здесь. Я скоро вернусь. Она видела, как он подошел к медсестре, вынул удостоверение. Спустя несколько секунд сестра повела его через вестибюль. Он вернулся с одеялом, которым укрыл ее прежде, чем сесть рядом.

— Она в хирургии. — Он взял ее руку, стараясь согреть. — Потребуется какое-то время. У нее сильно повреждено колено и один глаз. — Он сделал паузу, когда Клер сжала губы и кивнула. — Есть внутренние повреждения и масса синяков на шее. Клер, скажи мне, как сильно ты ее ударила? Как далеко ее отбросило?

— Они меня уже обо всем этом спрашивали.

— Расскажи мне.

— Машина будто на что-то наткнулась. Она почти остановилась. Я думала, что смогу затормозить вовремя. Клянусь, я была уверена, что смогу затормозить. Но когда я вышла из машины, она уже лежала там в крови.

Глаза Кэма сузились. — Она лежала прямо около машины?

— Да она была почти под этим проклятым колесом. — Она поднесла ко рту руку. — Я не знала, что делать. Она умоляла меня помочь ей.

— Она говорила с тобой?

Клер только кивнула головой и продолжала раскачиваться.

— Окей. Подожди минуту. — Он обнял ее за плечо, прижался губами к ее виску. Но мысли его работали быстро.

— Хочешь пить?

Она покачала головой. — Со мной все в порядке. Только я все время вижу ее перед собой, в тот самый момент, когда фары высветили ее.

Он хотел бы расспрашивать и дальше, но решил дать ей передохнуть. — Послушай. Практикант в отделении скорой помощи сказал, что у нее была порвана одежда. В одежде и волосах было полно листьев и прутьев. Синяки на шее говорят о попытке удушения.

— Но…

— Ты сказала, что она выбежала из леса. Ты сможешь показать мне это место?

— Я не скоро смогу забыть его.

— Окей. — Он улыбнулся, заметив, что ее щеки слегка порозовели. — Я бы хотел взглянуть на твой машину, прежде чем отвезу тебя домой.

— Я не могу уехать. Пока не узнаю, в каком она состоянии.

— Ты вся выжата, Худышка.

— Не уеду, пока не узнаю. — Она сделала глубокий вздох прежде, чем повернуться и посмотреть на него. — Она убегала от кого-то. Я не сообразила этого раньше. Я была напугана. Она была полна ужаса, Кэм. Наверняка она испытывала жуткую боль, но она пыталась буквально заползти в машину. Сказала, что нам необходимо уехать до того, как они найдут нас.

Он легко поцеловал ее в лоб. — Я поищу место, где ты сможешь прилечь.

— Нет, я не хочу.

— Это мое условие, или я сажаю тебя в машину и отвожу домой. Тебе надо отдохнуть. — Он вздохнул. — Клер, придется взять анализ крови. На алкоголь.

— Алкоголь? — Краска опять отхлынула от ее лица. — Боже мой, Кэм. Я не пила. Ты же знаешь. Я ведь только что уехала.

— Худышка, это для протокола. Он снова взял ее застывшую руку в свою. — Ради твоей же пользы.

— Хорошо. — Она посмотрела на экран телевизора, где Лено отпускал одну из своих замысловатых шуток.

— Делайте то, что обязаны делать, шериф.

— Ну тебя к черту. — Ему хотелось встряхнуть ее, но у нее был такой вид, как будто от прикосновения она сразу же рассыпется. «Наберись терпения», — сказал он себе. Он бы предпочел, чтобы это не давалось ему с таким трудом. — Клер, я здесь, чтобы помочь тебе. Существует процедура. Она обязательна. Я постараюсь облегчить это для тебя, насколько смогу.

— Я знаю. Прости. — Но она не смотрела на него. — Я не буду упираться. Просто скажи, что ты хочешь, чтобы я делала.

«Я хочу, чтобы ты снова положилась на меня», — подумал он. — Я хочу, чтобы ты сделала этот анализ. Попытайся расслабиться. Попытайся довериться мне. — Она не ответила, но теперь уже глядела на него.

— И я хочу, чтобы ты сделала мне официальное заявление.

— О, — она снова отвернулась. — Как другу или как шерифу?

— Я могу быть и тем и другим. — Он взял ее лицо в свои руки и приблизил его к себе. — Не отдаляйся от меня, Худышка. Я начинаю привыкать к тебе.

Она сжала губы, боясь, что разревется, и станет еще хуже…

— А после того, как ты получишь заявление, ты уйдешь?

Он внимательно посмотрел на нее, нежно поглаживая указательными пальцами ее скулы. — Я понимаю, что у тебя была трудная ночь, и поэтому ты имеешь право на один глупый вопрос. Но это будет последний такой вопрос.

Постепенно ощущая облегчение, она даже попробовала улыбнуться.

— Я пожалуй, не задам тебе больше ни одного такого вопроса, если ты просто подержишь меня за руку. Он накрыл ее руку своей. — Вот так?

— Да, так лучше. — Она склонила голову ему на плечо и закрыла глаза. — Гораздо лучше.

Должно быть она вздремнула. Когда Клер заставила себя проснуться, ее сердце учащенно билось. Пытаясь встать, она ощутила во рту сухой, едкий привкус страха. В какое-то мгновение сон боролся с реальностью, и в ее воспаленном мозгу жесткий стол, занавешенный марлей, представился вдруг гробом.

Потом она вспомнила, как Кэм привел ее назад через палату скорой помощи в маленькую кабинку, задернув занавеску так, что свет слегка пробивался. Она видела тени, двигающиеся за занавеской.

Он включил магнитофон, и с помощью его вопросов она коротко описала суть событий, произошедших после того, как она покинула его дом.

Отвечая на вопросы, она чувствовала одновременно грусть и неловкость. В тот момент на нем не было его звезды шерифа, но она знала, что этот знак разделял их.

Поле того, как он убрал магнитофон, пометив ленту и положив ее в карман, он принес ей чашку чая и оставался рядом, пока она не погрузилась в забытье.

Она почувствовала облегчение оттого, что его не было сейчас рядом и что она могла, пользуясь моментом, успокоиться. Сон, от которого она пробудилась, все еще крутился в ее мозгу, как кинопленка в нескончаемой петле.