Чтение онлайн

Желчь подступает к горлу, когда я осознаю: я сижу в первом ряду на представлении, где монстр, всё это время живший в гнилой душе Джоша, наконец явил себя миру.

Господи, почему наши пути вообще пересеклись?

Кажется, время замедлилось, и я застряла в бесконечном, мучительном цикле с Джошем. Он не уходил с самого утра, а на улице уже начинают сгущаться сумерки. У меня совсем не осталось сил.

— Скажи, что любишь меня, — повторяет он в который раз.

Я не могу даже покачать головой, безвольно повиснув на веревках. Он твердит этот вопрос снова и снова, а когда я не отвечаю, принимается либо стегать мою спину ремнем, либо бить по лицу.

Он продолжает издеваться надо мной, дразня едой. Держа в руке дольку яблока, он требует:

— Скажи, что любишь меня, и я дам тебе поесть.

Я рыдаю от боли, но на лице не осталось слез, которые могли бы охладить кожу. Мое тело слишком обезвожено, чтобы вырабатывать хоть какую-то влагу. Мертвые глаза Джоша впиваются в мои, лихорадочные, и я не могу отвести взгляд.

Дыхание стало вялым. Я не ела три дня, и мой желудок сводит судорогой от отсутствия воды и пищи. Я подумываю о том, чтобы подыграть ему, просто чтобы получить еду и силы, но не могу заставить себя вытолкнуть эти слова сквозь губы.

Внезапно Джош тянется вверх, и когда он развязывает мои руки, мое тело бессильно валится на него. Он прижимает меня к себе, а затем запечатлевает поцелуй на моем виске.

— Ш-ш-ш… Я всё исправлю.

Острый страх, какого я никогда прежде не испытывала, затапливает каждый уголок моего существа.

— Ш-ш-ш, — снова шепчет Джош. — Не плачь, любовь моя.

Всё мое тело неудержимо дрожит, пока я храню молчание. Какой смысл пытаться взывать к его разуму?

Я не в силах помешать ему, когда он поднимает меня на руки и несет в ванную. Дрожь в теле усиливается, когда он опускает меня на пол. Он открывает краны, и вода начинает литься в ванну.

Я вяло пытаюсь покачать говолой, всхлипывая: — Не надо.

— Ш-ш-ш, — успокаивает он меня. — Я приведу тебя в порядок, потом ты поешь и хорошенько отдохнешь ночью. Завтра будет новый день. Уверен, тебе станет лучше.

Лучше для чего? Для новых пыток?

Джош оставляет меня одну на мгновение; я слышу, как открывается и закрывается входная дверь. Используя последние остатки сил, я цепляюсь за стену и край ванны, чтобы подняться. Дыхание становится тяжелым от усилий, которые требуются, чтобы просто стоять.

Прежде чем я успеваю сделать шаг, дверь снова хлопает. Я сползаю по стене обратно на пол. Джош возвращается в ванную с пакетом в руках. Он ставит его на крышку унитаза и садится рядом со мной на корточки.

Когда он тянется к моей юбке, во мне вспыхивает жалкий остаток энергии. Я слабо бью его по руке и пытаюсь встать. Джош наносит резкий удар наотмашь, впечатывая мою голову в край ванны.

В глазах темнеет, и я остаюсь совершенно беспомощной, чувствуя, как он стягивает с меня белье. Кажется, меня лишают последних крох достоинства. Униженная и избитая, я плачу, пока он поднимает меня и опускает в ванну. Вода обжигает иссеченную спину, вырывая у меня крик.

Погруженная в пучину ада и неспособная защитить себя, я чувствую, как отчаяние чернит мою душу, пока Джош моет мое тело и волосы. Каждый синяк «оживает», кажется, что лицо и спина объяты огнем. Когда он начинает мыть меня между ног, мучительная агония разрывает меня изнутри, будто мои внутренности выкручивают. Я содрогаюсь в пустом, наполненном болью кашле, от которого становится только хуже.

Спустя несколько мгновений он прекращает и хватает меня за лицо. Его пальцы впиваются в щеку, но я слишком истощена, чтобы отпрянуть, когда он впивается поцелуем в мой рот.

— Ну разве это не приятно? — воркует он, прежде чем поцеловать меня снова. — У нас наметился прогресс. Видишь, скоро всё будет лучше.

Он достает меня из ванны, вытирает полотенцем и одевает в чистое белье и светло-зеленое платье с длинными рукавами, ниспадающее до самых пят. По крайней мере, я теперь прикрыта.

На этот раз Джош относит меня в спальню, и меня снова накрывает парализующий ужас. Он укладывает меня на кровать и уходит. Через несколько секунд он возвращается со стаканом воды.

Я умираю от жажды и готова на всё ради глотка, но когда он приподнимает мою голову с подушки и подносит стакан к губам, я плотно сжимаю их. Я лучше умру от жажды, чем буду ему обязана.

— Тебе нужно попить, — мягко говорит Джош, почти с любовью. — Ну же.

Он подносит стакан ближе, и несколько капель попадают на мои сухие, горячечные губы. К сожалению, этого оказывается достаточно. Я успеваю сделать два глотка, прежде чем он отстраняется.

— Не так быстро, попьешь еще через минуту. — Я чувствую внезапную горечь потери, когда он выходит из комнаты с водой.

Но вскоре он возвращается с миской. Увидев, что это фрукты, я не могу сдержать рыдания. Джош накалывает кусочек яблока на вилку и подносит к моему рту. Я осторожно принимаю еду, зная, что мне понадобятся силы, чтобы бороться с ним.

— Вкусно, правда?

Мой взгляд встречается с его. Я хочу умолять его отпустить меня, но знаю, что он этого не сделает, и отчаяние вновь захлестывает меня, пока он медленно кормит меня с рук.

Закончив, он наклоняется и целует мои дрожащие губы.

— Мне пора идти, но я вернусь завтра первым же делом.

В ту секунду, когда он выходит из хижины, меня накрывает волна облегчения. По крайней мере, он не стал меня снова связывать.

Используя те крохи сил, что дали мне фрукты, я медленно сажусь. Шатаясь, опираясь о стену, я вяло пробираюсь к входной двери. Хватаюсь за ручку, но когда поворачиваю её — ничего не происходит. Отчаяние придает мне сил, и я начинаю дергать дверь.

Лихорадочно я перехожу от одного заколоченного окна к другому, царапая и дергая доски. Мой взгляд падает на помолвочное кольцо. Обессиленная, я опускаюсь на колени и издаю вопль, лишенный всякой надежды. Я подбираю кольцо и прижимаю его к груди, содрогаясь от рыданий. Запертая в своем личном аду, я бью кулаком по полу. Мое отчаянное положение заставляет меня рыдать до тех пор, пока я не теряю сознание от невыносимого стресса.

ГЛАВА 18

КРИСТОФЕР

Человек Алексея всё еще хвостом ходит за Салливаном, который только что вернулся из своей деловой поездки. Но пока что тот просто поехал из офиса домой.

Может, я ошибся?

Черт, я уже соображать нормально не могу.

Алексей прокашливается и спрашивает:

— Нам нужно планировать наперед. Когда мы найдем Дэш — а мы её найдем, — куда мы её повезем? В твою больницу или в нашу? В твоей начнут задавать лишние вопросы.