Чтение онлайн

В результате Фридрих прошел походным маршем сто пятьдесят миль (241 км) за десять жарких дней, соединился с войском одного из своих генералов и вынудил русских снять осаду Кюстрина. Сразу же после этого он сразился с русскими у Цорндорфа, нанеся им гибельное и полное поражение (перед битвой Фридрих II имел 33 000 человек, 116 орудий. Русские под командованием генерал-аншефа Фермора – свыше 42 000 и 240 орудий. Прусская армия последовательно атаковала сначала левый, затем правый фланги русской армии, используя превосходство в кавалерии. Русские, понеся большие потери, удержали поле боя. Потери русских – свыше 16 000 человек и 60 орудий, потери пруссаков свыше 11 000 и 36 орудий. На следующий день Фридрих II отступил к Ктострину. Еще через день отошли и русские. – Ред.). Затем безо всякого отдыха он выступил в Саксонию, в которую вторглись австрийцы. У Хохкирха (14 октября 1758 г.), несмотря на предупреждение некоторых своих офицеров, он совершил стратегический промах, выразив презрение к врагу и разбив лагерь в окружении его превосходящих сил, которые удерживали холмы. Он заплатил за это тем, что подвергся неожиданной ночной атаке и был отброшен. (Прусское войско было совершенно разбито и потеряло от 9000 до 10 600 убитыми, ранеными и пленными, 102 орудия. – Ред.) После этого враг совершил стратегическую ошибку, не закрепив победу, но оставшись на занятых позициях. В результате Фридрих ускользнул.

Следующим летом русские снова предприняли наступление. На этот раз они взяли важный город Франкфурт-на-Одере, одновременно с этим части австрийской армии были посланы в Пруссию. Армии сумели соединиться в войско, в два раза превышавшее по численности войско Фридриха. И тем не менее он атаковал их в Кунерсдорфе, разбив вражеский левый фланг и взяв несколько тысяч пленных. Вслед за этим он допустил стратегический просчет: он переутомил своих солдат, предприняв попытку отрезать русским путь к отступлению, и вследствие этого потерпел одну из самых катастрофических неудач в своей карьере. В этом же месяце Фердинанд Брауншвейгский выиграл сражение с французами у Миндена, но вскоре после него один из генералов Фридриха сдал врагу гарнизон численностью 4000 человек и огромные запасы продовольствия, хранившиеся в Дрездене. Затем состоялась капитуляция в Максене 12 000 прусских солдат под командованием генерала Финка.

Фридрих снова оказался на грани краха. Следующей весной – весной 1760 г. он смог противопоставить только 90 000 пруссаков 200 000 австрийцев; и впервые война началась на прусской территории. Фридрих попытался захватить Дрезден, но безуспешно, а затем он направился в Силезию, где оказался в окружении трех австрийских армий, да еще на него наступали русские войска. День за днем вражеские войска занимали позиции для атаки утром, но каждую ночь Фридрих менял дислокацию своего лагеря. Наконец они обрели уверенность в том, что он попался. Две армии готовились обрушиться на него одновременно, в то время как третья собиралась отрезать ему пути к отступлению. Но в ту ночь Фридрих застал последнюю армию на марше: она шла, чтобы занять назначенную позицию. Он разгромил ее, лишив 11 000 солдат, а его потери при этом составили всего 3500 человек. (При Лигнице 15 августа 1760 г. Фридрих II сумел вырваться из расставленной ему австрийцами западни, разбив корпус Лаудона. Австрийцы потеряли 11 000, в том числе ок. 1500 убитыми и 4700 пленными, пруссаки 3600, в том числе 800 человек убитыми. – Ред.)

Тогда Фридрих избежал встречи с русскими, но они 28 сентября (9 октября) захватили Берлин (1 (12) октября русские, уничтожив оружие и военные запасы прусской столицы, покинули город. – Ред.). Затем австрийский генерал Ласси взял Потсдам и Шарлоттенбург, но при приближении Фридриха русские отступили к Одеру, а Ласси – к Торгау, где соединился с другой австрийской армией под командованием генерала Дауна. Вскоре, 3 ноября 1760 г., у Торгау произошло сражение, в котором Фридрих II с 44 000 солдат противостоял 60 000 (53 000. – Ред.) австрийцев, которые к тому же имели почти вдвое больше тяжелых пушек, чем у него. К ночи исход сражения еще не был ясен, но энергичная ночная атака прусской конницы заставила австрийцев отступить. Эта победа была пирровой для Фридриха II, потому что она обошлась ему дороже, чем она того стоила в реальности. (Пруссаки потеряли 16 700, в том числе 3900 убитыми и ок. 3000 пленными, австрийцы ок. 18 000, в том числе 2900 убитыми и 8200 пленными. – Ред.)

Следующей весной у него было всего 96 000 солдат, тогда как у австрийцев и русских втрое больше. По этой причине Фридриху II пришлось в 1761 г. забыть о наступательных операциях и защищаться с помощью полевых укреплений. В течение этого года он потерял два важных города, а его войско сократилось до 60 000 человек. На этот раз, словно для того, чтобы окончательно добить Фридриха II, Питт потерял свое положение, и, следовательно, снабжение Фридриха II из Англии прекратилось. Бьют, занявший место Питта, даже зашел так далеко, что побуждал Россию к дальнейшим боевым действиям, чтобы у Фридриха II были связаны руки в борьбе с Австрией. Фридриха убеждали заключить мир даже ценой части своей территории, но последовать этому совету он отказался.

Вскоре после этого, в январе 1762 г. (25 декабря 1761 г. по старому стилю, 5 января 1762 г. по новому), умерла русская царица Елизавета Петровна, а ее преемник Петр III, бывший пылким поклонником Фридриха II, послал 18 000 солдат сражаться на его стороне, а не против него! Русский генерал, командовавший этим войском, соединился с армией Фридриха, когда тот готовился к сражению за один из своих захваченных городов. Но прежде чем началось наступление, пришла весть о том, что Петра III сместила Екатерина II (вскоре Петр III был убит), которая не позволила своим солдатам воевать за Фридриха II. Однако эта весть держалась в тайне до окончания сражения, что способствовало его исходу в пользу Фридриха II.

В 1762 г. (10 февраля 1763 г. – Ред.) был подписан мирный договор между Англией и Францией, после которого Австрия и Пруссия остались единственными воюющими сторонами. После различных дипломатических маневров между ними 15 февраля 1763 г. был подписан мир.

Фридрих к этому времени правил уже двадцать три года, в течение которых он либо вел нескончаемые войны, либо готовился к ним и заслужил репутацию полководца, которого превзошли немногие. Он правил после этого почти ровно столько же в мирное время, и за этот период он заслужил репутацию государственного деятеля, поистине равную своей репутации полководца. Подобно Цезарю до него и Вашингтону после него он посвятил те же энергию, дальновидность, патриотизм и мудрое управление делам мира точно так же, как до этого посвящал их делам военным.

Не будет неуместным здесь отметить, что в то время, как многие люди без военной подготовки были хорошими государственными деятелями, равно как ими были и многие военачальники, ни один государственный деятель без военной подготовки никогда еще не становился хорошим полководцем, хотя многие думали, что являются таковыми, и, как следствие, принесли много вреда. Еще можно заметить, что величайшие государственные деятели были величайшими полководцами, а величайшие полководцы – такими же государственными деятелями. Возможно, это предположение будет несколько смелым, хотя сам я считаю его правильным: люди, сделавшие максимум для обеспечения в мире хорошей формы правления, были одновременно и полководцами, и государственными деятелями, подобно тем, чьими именами названы главы этой книги.

Джордж Вашингтон, проявивший себя как опытный и отважный боец за семь лет войны с французами и индейцами, был назначен главнокомандующим армией Объединенных колоний 15 июня 1775 г. В это время английские войска оккупировали Бостон, произошли бои в Конкорде и Лексингтоне (19 апреля 1775 г., боестолкновения колонистов и англичан, которых колонисты обстреливали, используя местность. Англичане потеряли ок. 300 человек, колонисты ок. 100 человек. – Ред.). 17 июня произошел кровавый бой у Банкер-Хилл (в районе Бостона, где 1500 американских повстанцев выдержали 3 штурма 2500 человек английских регулярных войск, и отступили, только израсходовав боеприпасы. Повстанцы потеряли ок. 500 человек убитыми и ранеными, англичане свыше 1000 человек. – Ред.).

Вашингтон прибыл в Кембридж, расположенный недалеко от Бостона, 3 июля и принял командование. У него на службе было около 17 200 солдат, единственной военной подготовкой которых было умение стрелять, а условия призыва которых истекали через шесть месяцев. Вашингтон организовал эту разношерстную публику, почти в любой момент ожидая атаки англичан под командованием генерала Хоу, который должен был напасть на него, но не сделал этого. Наконец, 4 марта, после того как он сформировал новую армию, привез через снега тяжелую пушку из Тикондероги, несколько каперов захватили значительное количество пороха, а его укрепления были в достаточной степени закончены, чтобы стать пунктами сбора в случае поражения, он предпринял наступление. Он сделал это, захватив и укрепив Дорчестерские высоты на земле штата Массачусетс приблизительно в двух милях (3 км) к югу от Бостона, откуда он мог держать под обстрелом пушек весь Бостон и пролив к югу от него. Генерал Хоу, командовавший тогда английскими войсками, должен был бы помешать этому, но не помешал. После того как высоты были укреплены, Хоу попытался взять их. Не добившись успеха, он ушел из Бостона и привел свою армию численностью около 11 000 солдат и моряков в Галифакс. Позади он оставил огромные запасы продовольствия и военные склады, даже не попытавшись уничтожить их. Вашингтон немедленно занял Бостон, но через три недели выступил в Нью-Йорк, куда он уже отправил значительную часть своей армии.

Теперь парламент Англии осознал необходимость отправки более многочисленного войска в Америку и снарядил дополнительно 12 000 моряков и 55 000 солдат. Многие из них были наемниками: около 60 % из них были наняты в Гессене (Германия), поэтому наемников называли гессенцами.

Англичане понимали стратегическую ценность Нью-Йорка: широкая река Гудзон отделяла Новую Англию от Нью-Йорка и остальной части страны, и поэтому они решили захватить этот город и Гудзон. Они не следовали этому плану так точно, как должны были бы, и позволяли себе отвлекаться на второстепенные дела, особенно в Южной Каролине, и в результате, как обычно, ничего важного не добились и помешали главным военным действиям. Вашингтон тоже понимал стратегическое значение Нью-Йорка и попытался его оборонять. Он разместил ряд небольших артиллерийских батарей на возвышенных точках на Норт– и Ист-Ривер, но из-за малочисленности своей армии сосредоточил оборону на укрепленном лагере на высотах Бруклина.