Чтение онлайн

Я не буду ни перечислять примеры нашего унижения и угнетения, ни лишний раз осуждать наших недоброжелателей и угнетателей. Это было бы примером напрасных слов: ведь они не изменят своего отношения к нам от того, что мы их осудим. Если мы хотим восстановить наше собственное достоинство и достоинство ислама, нашей религии, именно мы должны принимать решения, именно мы должны действовать.

Начнем с того, что правительства всех мусульманских стран должны сплотить свои ряды и занять общую позицию если не по всем вопросам, то, по крайней мере, по некоторым основным, например — по вопросу Палестины. Мы все — мусульмане. Мы все подвергаемся угнетению. Нас всех унижают. Но мы — те, которых Аллах возвысил над нашими братьями по вере и вручил нам бразды правления над нашими странами, — на самом деле никогда не пытались действовать совместно для того, чтобы проявить на нашем уровне братство и единство, выполнив тем самым то, чего от нас требует ислам.

Но разделены не только наши правительства, разделена и мусульманская умма, и она продолжает разделяться снова и снова. На протяжении последних 1400 лет интерпретаторы ислама, ученые, улемы вновь и вновь толковали единую исламскую религию, принесенную Пророком Мухаммадом (да благословит его Аллах и приветствует), настолько по-разному, что сейчас мы имеем тысячу религий, которые зачастую столь противоречивы, что мы часто сражаемся из-за этого и убиваем друг друга.

Мы позволили нашей единой умме разделиться на многочисленные секты, мазхабы и тарикаты, каждый из которых больше радеет о праве считаться истинным приверженцем ислама, чем вся наша умма как целое. Мы не замечаем того, что наших недоброжелателей и врагов не волнует вопрос о том, являемся ли мы истинными мусульманами или нет. Для них все мы — мусульмане, последователи религии и Пророка (СААС), который, как они заявляют, проповедует терроризм, и все мы — их заклятые враги. Они будут нападать на нас, убивать нас, вторгаться на наши земли, свергать наши правительства, независимо от того, являемся ли мы суннитами или шиитами, алавитами или друзами или кем бы то ни было еще. А мы помогаем им, нападая друг на друга и ослабляя друг друга, иногда — исполняя их приказания, действуя как их доверенные лица при нападении на наших братьев-мусульман. Мы пытаемся свергнуть наши правительства путем насилия, и при этом нам удается ослабить и разорить наши страны.

Мы полностью игнорируем и продолжаем игнорировать требование ислама объединиться и быть братьями друг другу — мы, правительства исламских стран и исламская умма.

Но этим не исчерпывается все то, что мы игнорируем в учении ислама. Нас благословили наставлением «читать», то есть приобретать знания. Ранние мусульмане воплощали это наставление в жизнь, переводя и изучая работы древнегреческих и других доисламских ученых. И эти мусульманские ученые своими исследованиями вносили вклад в сокровищницу знаний.

Из среды ранних мусульман вышли великие математики и исследователи, ученые, врачи, астрономы и т.д. Они преуспели во всех областях знания своего времени, помимо изучения и практики своей собственной религии — ислама. В результате мусульмане смогли воспользоваться богатством своих земель и извлечь выгоду из внешней торговли, укрепить свою обороноспособность, защитить свои народы и предоставить им возможность следовать исламскому образу жизни (ад-дин), как предписано исламом. В то время как средневековые европейцы были по-прежнему суеверными и отсталыми, просвещенные мусульмане уже построили великую мусульманскую цивилизацию, уважаемую и могущественную, более чем способную конкурировать с остальной частью мира и защищать свою умму от иностранной агрессии. Европейцы были вынуждены кланяться мусульманским ученым, чтобы получить свое собственное научное наследие.

Мусульман возглавляли великие лидеры, такие, как Абдул Рахман III [255] , аль-Мансур [256] , Салах ад-Дин Айуби и другие, которые были во главе войск на полях сражений, защищая мусульманские земли и умму.

Но на половине пути развития исламской цивилизации появились новые толкователи ислама, которые стали учить тому, что приобретение мусульманами знаний означало лишь изучение исламской теологии. Изучение естественных наук, медицины и т.д. не поощрялось.

В интеллектуальном смысле в мусульманском обществе начался регресс. Из-за этого интеллектуального регресса мусульманская цивилизация начала шататься и клониться к упадку. Если бы не вмешательство воинов Оттоманской империи, мусульманская цивилизация исчезла бы с падением Гренады в 1492 году.

Ранние успехи Оттоманской империи, однако, не сопровождались интеллектуальным возрождением. Вместо этого мусульмане все более и более вовлекались в споры по незначительным вопросам, таким как: «соответствуют ли исламу узкие брюки и кепки с козырьком», «следует ли разрешить печатные машинки» и «можно ли использовать электричество при освещении мечетей». Мусульмане проспали промышленную революцию. И регресс продолжался до тех пор, пока британцы и французы не спровоцировали восстание против турецкого правления, свергнув Оттоманскую империю — последнюю мусульманскую сверхдержаву — и заменив ее европейскими колониями, а не теми независимыми государствами, о которых шла речь в их обещаниях. Лишь после Второй мировой войны эти колонии обрели независимость.

Помимо новых национальных государств мы также приняли западную демократическую систему. Это также разделило нас, поскольку образованные нами политические партии и группировки, некоторые из которых использовали исламские лозунги в своих целях, отвергали право других партий называться исламскими и отказывались признавать результаты демократических выборов, если им не удавалось прийти к власти. Они прибегали к насилию, таким образом дестабилизируя и ослабляя мусульманские страны.

Из-за всех этих событий, происходивших на протяжении столетий, умма и мусульманская цивилизация настолько ослабли, что наступило время, когда не осталось ни единой мусульманской страны, не колонизированной европейцами и не находящейся под их господством. Однако последовавшее за этим периодом приобретение независимости не способствовало усилению мусульман. Государства были слабыми и страдали от плохого управления, постоянно находясь в состоянии смуты. Европейцы могли делать с мусульманскими территориями все, что им заблагорассудится. Неудивительно, что они отрезали часть мусульманской земли, чтобы создать на нем государство Израиль для решения еврейского вопроса. Разделенные, мусульмане не смогли предпринять никаких эффективных мер, чтобы предотвратить Бальфур и сионистские преступления.

Некоторые хотят заставить нас поверить в то, что, несмотря на все это, наша жизнь лучше жизни наших недоброжелателей. Некоторые верят, что нищета соответствует исламу, страдания и подверженность угнетению — тоже. Этот мир не для нас. Нам — радости на небесах и в загробной жизни. Все, что мы должны делать, — это выполнять определенные ритуалы, носить определенную одежду и иметь определенный внешний вид. Наша слабость, отсталость и неспособность помочь нашим братьям и сестрам, находящимся под гнетом, являются частью воли Аллаха, это — те страдания, которые мы должны перенести для того, чтобы заслужить Рай. Мы должны принять то, что выпало на нашу долю. Нам нет необходимости что-либо делать. Мы не можем сделать ничего против воли Аллаха.

Но правда ли то, что все это — воля Аллаха и мы не должны ничего делать? Аллах учит нас в суре Ар-Ра'д (11 аят): «Поистине, Аллах не меняет положения людей, пока они сами не изменят себя».

Ранние мусульмане были угнетены так же, как и мы в настоящее время. Но после их искренних и решительных усилий помочь самим себе в соответствии с учением ислама Аллах помог им разгромить своих врагов и создать великую и могучую мусульманскую цивилизацию. А что сделали мы, особенно — учитывая те ресурсы, которыми Он нас наделил?

Наша сила — в нашей численности. Нас 1,3 миллиарда. У нас богатейшие запасы нефти во всем мире. У нас огромное богатство. Мы не настолько невежественные, как арабы периода джахилии, принявшие ислам. Мы знакомы с тем, как функционируют мировая экономика и финансовая система. Под нашей властью находятся 50 из 180 стран мира. Наши голоса могут создавать или рушить международные организации. Однако мы выглядим более беспомощными, чем были малочисленные обратившиеся в ислам арабы периода джахилии, принявшие Пророка в качестве своего лидера. Почему? Это — проявление воли Аллаха или же следствие неправильной интерпретации нашей религии, неспособности следовать правильным учениям нашей религии, а также совершения неправильных поступков?

Наша религия дарует нам наставление защищать свою умму. К сожалению, мы ставим акцент не на обороноспособности, а на оружии времен Пророка. Это оружие и лошади не могут больше нас защитить. Нам нужны огнестрельное оружие и ракеты, бомбы и военные самолеты, танки и военные корабли для обороны. Но в связи с тем, что мы неодобрительно отнеслись к изучению естественных наук и математики, как вещей, не приносящих никакой пользы в загробной жизни, сегодня мы не располагаем способностью самостоятельно производить оружие, столь необходимое для защиты. Нам приходится покупать оружие у наших недоброжелателей и врагов. Вот что произошло в результате поверхностной интерпретации Корана и неправильной расстановки акцентов, при которой внимание уделялось не сути Корана и Сунны Пророка, а форме, манерам и средствам, использовавшимся в 1-м веке по Хиджре. То же произошло и с другими наставлениями ислама. Нас больше интересует буква, а не дух учения Аллаха, и мы придерживаемся лишь буквального толкования традиции Пророка.