Чтение онлайн

Канан Макийя, ученый, занимающийся изучением баасистского Ирака, предсказал мрачный сценарий развития государства в постбаасистский период, описав его в 1993 г. в книге «Жестокость и молчание» (Cruelty and Silence)3. «Когда Саддам уйдет и жизни людей и тех, кто им дорог, будут поставлены на карту, главной движущей силой в иракской политике станут опасения суннитов относительно того, что могут сделать с ними во имя ислама шииты. Чем больше иракские шииты будут осознавать себя таковыми, тем выше будет готовность иракского суннитского меньшинства сражаться до победного конца, чтобы не дать установить в Ираке нечто, хотя бы отдаленно напоминающее Исламскую республику. В таком государстве они видят — и неважно, правы они или ошибаются — свой конец».

Таким образом, аз-Заркави предложил иракским суннитам выбор: «Мое варварство или их варварство». А чтобы сделать свою позицию более убедительной, он должен был устранить одно из самых серьезных препятствий, мешающих АКИ добиться широкого общественного признания, — восприятие ее как иностранной джихадистской армии. Для этого ему нужно было «иракизировать» свою группировку. В январе 2006 г. аз-Заркави объявил о создании Меджлис шура аль-муджахидин фи аль-Ирак (Совета моджахедов Ирака). Первоначально в это объединение входили шесть салафитских группировок, пять из которых состояли из иракцев, а АКИ имела нечто вроде статуса участника со стороны, хотя и с правом управления деятельностью Совета. К этой новой маркетинговой, или «брендинговой», стратегии такфиризма привела шовинистическая и авторитарная политика новоизбранного иракского правительства.

На фоне сегодняшнего активного интереса мирового сообщества к ИГИЛ и кампании, проводимой против него Соединенными Штатами, легко забыть, что десять лет назад американские военные видели столь же пугающую угрозу в склонном к демагогии шиитском священнослужителе Муктаде ас-Садре. Сын известного лидера шиитов Мухаммеда Садека ас-Садра, убитого саддамовским «Мухабаратом» в 1999 г., младший ас-Садр в соответствии с правилами должен был занять низшую ступень в среде шиитских религиозных лидеров. Он установил контроль над обедневшим и перенаселенным гетто на северо-востоке Багдада, прежде называвшимся Саддам-сити, а после вторжения переименованным в Садр-сити. Почти сразу после падения режима ас-Садр создал «Джаиш аль-Махди» («Армию Махди»), видя в ней иракский аналог «Хезболлы» («Партии Аллаха»), руководимой Ираном военизированной ливанской организации, которая уже давно стерла границу между террористической группировкой (каковой ее считают в США) и признанной международным сообществом, легитимной политической партией, занимающей ряд постов в кабинете министров Ливана и обладающей несомненным, хотя и не явным влиянием в структуре якобы независимых спецслужб и вооруженных сил4. «Хезболла» представляла собой идеальный образец для формирования подобного террористического «глубоко законспирированного государства» в Ираке.

Как все военачальники, ас-Садр стремился к тому, чтобы править в своих владениях единолично. Поскольку американцы его почти не трогали, он сумел с помощью иранцев значительно усилить свое влияние. Теория заговора Вашингтона и Тегерана против Ирака, в которую безоговорочно верили сунниты, вызывала лишь злобу и изумление у американских военных, которые не понаслышке знали, насколько коварен Иран и как он ненавидит Америку. Сражение при Ан-Наджафе в августе 2004 г. по сути представляло собой битву между Соединенными Штатами и элитой иранской внешней разведки, подразделением «Эль-Кудс» Корпуса стражей исламской революции, которое, однако, воевало чужими руками5. Его действия на иракской стороне координировал Шейх Ансари, который, по сведениям американской разведки, был откомандирован в Ан-Наджаф, в «Армию Махди», для помощи в проведении боевых операций. Ансари являлся тайным агентом подразделения «Эль-Кудс 1000», которое занималось сбором и обработкой разведданных по Ираку6.

Установление иранской гегемонии в Ираке началось еще задолго до смены режима. Разрушительная, длившаяся восемь лет война с Ираком привела к тому, что в Исламской республике нашли приют сотни тысяч иракских шиитов, бежавших от Саддама. После падения режима многие из этих изгнанников вернулись на Родину, где нарождающаяся демократия дала шиитам избирательные права и представительство в парламенте, а также обеспечила возможность внедрить в политический и военный аппарат инфраструктуру, тайно созданную за годы баасистского правления.

ВСИРИ (Верховный совет исламской революции в Ираке) фактически представлял собой организацию, созданную иранской разведкой и Мухаммедом Бакром аль-Хакимом7. Военное крыло ВСИРИ — ненавистный аз-Заркави корпус «Бадр» — действовало в Ираке как пятая колонна8. «Муллы вели антиправительственную деятельность против Саддама задолго до того, как мы вошли в эту страну, и мы столкнулись с этим еще прежде, чем попали туда», — рассказывает полковник Джим Хикки, бывший командир отдельной бригады 4-й пехотной дивизии, захватившей Саддама в декабре 2003 г. В этой операции Хикки сыграл ключевую роль9.

Когда американцы вступили в Ирак, руководство развязанной Тегераном саботажно-террористической кампанией было возложено на командующего спецподразделением «Эль-Кудс» в составе Корпуса стражей исламской революции, бригадного генерала Касема Сулеймани, непосредственно подчинявшегося верховному правителю Ирана аятолле Али Хаменеи. Один из бывших сотрудников ЦРУ не так давно характеризовал Сулеймани, которого с тех пор успели произвести в генерал-майоры, как «одного из самых влиятельных военных на нынешнем Ближнем Востоке»10.

Дэвиду Петрэусу, когда он стал командующим американскими силами в Ираке, довелось узнать Сулеймани довольно хорошо. По его словам, этот иранец — настоящее «зло», и Петрэусу пришлось подумать над тем, стоит ли, «учитывая возможную реакцию американских общественных и правительственных структур на подобное откровение», посвящать президента Буша в то, что «Иран по сути дела ведет в Ираке войну с Соединенными Штатами». По мнению Петрэуса, Иран «вышел за допустимые пределы влияния на ситуацию в Ираке и чужими руками воевал против нас, отвлекая таким образом наше внимание, чтобы самому пытаться создать оружие массового поражения и организовать (Армию Махди) таким образом, чтобы она могла действовать в Ираке так, как действует в Ливане „Хезболла“» 11.

В 2007 г. пятеро американских военнослужащих в Кербеле попали в засаду и были убиты боевиками «Асаиб Ахль аль-Хакк» («Лиги праведников») — группировки, отколовшейся от «Армии Махди», которую ас-Садр создал при помощи Ирана. Мало того, что сотрудник подразделения «Эль-Кудс», обосновавшийся в иранском консульстве в Кербеле, ушел со своего поста как раз накануне этого убийства, так еще и один из лидеров «Асаиб Ахль аль-Хакк», Каис аль-Хазали, признал, что организатором этой операции был Иран12.

Помощником Сулеймани в организации кровавых операций против американцев был Абу Махди аль-Мухандис, проживавший прежде в Иране гражданин Ирака, связанный со взрывом бомбы в посольстве США в Кувейте в 1983 г. Аль-Мухандис, служивший в свое время в корпусе «Бадр», стал агентом подразделения «Эль-Кудс» еще до своего избрания в иракский парламент. Он также создал и другое подразделение, «спецгруппу» — американский эвфемизм для обозначения вооруженных формирований, отколовшихся от организации ас-Садра, — называемое «Катаиб Хезболла», целью которого также стали вооруженные силы США.

В 1990-е гг. Сулеймани пресекал поставки наркотиков из Афганистана в Иран, а в последовавшее десятилетие занимался импортом из Ирака. Аль-Мухандис был назначен контролировать нелегальную торговлю одним из самых смертоносных видов оружия из всех, использовавшихся во время войны в Ираке — придорожными самодельными взрывными устройствами с эффектом ударного ядра (Explosively formed penetrator — EFP)13. Они способны пробить сталь и броню, включая и танковую14. Американские военные подсчитали, что 18 % боевых потерь Коалиции в последнем квартале 2006 г. были вызваны этими устройствами. Они производились в Иране и контрабандным путем переправлялись через границу иранскими агентами, работавшими совместно с корпусом «Бадр», после чего использовались в Ираке формированиями шиитских боевиков, называвших их «персидскими бомбами». В июле 2007 г. армия США в Ираке понесла две трети своих потерь от рук тех самых шиитских боевиков. После этого Петрэус в послании министру обороны США Роберту Гейтсу назвал «Армию Махди» «более значительным, чем АКИ, препятствием на пути к установлению долговременной безопасной обстановки в Ираке». По этой причине многие армейские чины выступали за то, чтобы бомбить заводы по производству EFP в Иране, невзирая на дипломатические последствия. И что бы ни говорил Петрэус президенту США, в Ираке Америка действительно воевала с Ираном.