Чтение онлайн

Угрюмость совсем не шла лицу Оливера, была чужеродной, но именно с ней он поднял ручку чемодана и поплёлся за бегунами. Элис несколько раз оборачивалась назад, чтобы посмотреть на него, и, когда всё же делала это, замечала в парне волнение и глубокое размышление. Как только тёмно-карие глаза встречались с Истом, эвфрем улыбался.

После нескольких домов, прерывая свои разношёрстные речи, парни начали зевать. Это отвлекало Элис от тревоги. Искоса глядя на насупившиеся брови Аарона, она, еле передвигая ногами, шла за ним, без устали задавая огромное количество вопросов. На них отвечали оба нехотя, Оливер боязливо, хотя с каждым разом всё меньше и меньше, а Аарон – резко. Со временем Коулман уговорил лучшего друга отпустить Элис и чуть сбавить темп. Тогда чемодан был передан старшему, а Оливер пошёл рядом с Истом. Оба глядели вслед старшему бегуну.

– Я вам не доверяю, – заметила Элис, когда они прошли уже около сотни метров. Ей ничего не оставалось кроме того, как бухтеть, потому что бежать не было ни сил, ни адреналина, который она уже истратила в забеге с Кёрби.

– Сейчас ты не тащишься за ним, а идёшь в спокойном темпе, – всё, что говорил Оливер, звучало мелодично и мягко.

– И на том спасибо.

Они шли ещё пять минут, и это время оказалось, на удивление Элис, самым сумасшедшим в её жизни. Она узнала, что Кёрби и Коулман – учащиеся, а именно будущие выпускники высшей Мариэльской школы Верэбриума, страны, которая находится на Исорропиусе. Мир, в котором она жила, оказался ложью. Как бы она не расспрашивала о Нэр-Маре, ребята отвечали довольно уклончиво. Было видно, как сильно хотел поговорить Оливер и как пихал его Аарон. Однако, когда речь заходила о даре и способностях, оба объясняли всё, чем только могла заинтересоваться Элис.

Их дом, а именно так называют группу людей, которые обладают одной и той же магией, называется эвфремы. Для глаз всех, кроме угрей и других эвфремов, они были невидимы. Оливер не без удовольствия поведал об особом таланте своего дома.

– Особый? А все остальные – среднестатистические?.. – Аарон, шедший впереди, усмехнулся, после чего мысленно отругал себя за непредусмотрительность.

– Мы находим затерянное, потаённое. Я же нашёл вас с Аароном, хотя понятия не имел, в какую сторону вы побежали. Наш поисковый отряд занимается тем, что находит по Нэр-Мару людей, кому снизошёл дар, – он также и упомянул о планшете, главной функцией которого была карта страны. Координаты высылаются Комиссионным центром – организацией, которая контролирует поисковой отряд. В школе так же есть устройство, которое засекает магию на Нэр-Маре, но с обширным и оттого неудобным диапазоном.

– Откуда у меня способности?..

– На твоём этапе развития магия – это не способности, а дар. Способности следует тренировать, развивать. Нужно учиться, чтобы с гордостью назвать дар способностями. Это главное дарование нам от прэмов. Их ещё называют перводуховными и прародителями. Они – первые волшебники. Они открыли магию и передали нам свои дары. Это их наследие и наставление нам, – хотя они обсуждали магию очень тихо, постоянно слышали от старшего товарища недовольный ропот и шиканье. – Магию ищут в генеалогических деревьях. По статистике Верэбриума, примерно за каждые пять-шесть поколений в семье найдётся один, у кого не будет способностей. Таким образом, они переносятся в Нэр-Мар как для собственной, так и для общественной безопасности. В год на Верэбриуме появляется два или три подростка без магии, не больше. На территории Нэр-Мара в год появляется максимум двое с магией – и то это огромная редкость. Магов с Нэр-Мара возвращают на Верэбриум вместе с родителями-немагами. Как полагаешь, всё крайне конфиденциально. Дар у детей Верэбриума появляется до четырнадцати лет. Самый поздний зафиксированный срок появления магии у нэрмарцев – пятнадцать лет. Видимо, ты рекорд! Исследователи истории магии заключили, что четырнадцать лет – возраст, когда личность подростка более активно развивается. А также четырнадцать лет – средний возраст, при котором появился дар у прэмов. Нам перешел их дух – каждый из нас обладает чертами характера, мировоззрением, привычками, интересами, коими обладал и перводуховный. У твоей семьи есть генеалогическое древо?

Элис усмехнулась, но на вопрос не ответила. В её взгляде Коулман прекрасно различил тоску, ненависть, исступлённость, смешанные в самом ужаснейшем сочетании на планете. Она вспоминала об умершем отце.

Кёрби задорно заглянул в подъезд и, оперев чемодан к стене, с распростёртыми объятиями вошёл внутрь. Там ожидала девушка.

Глава третья. Портальщица

Укутанная в клетчатый плед, хватаясь за длинный ворс по краям, возле горячей батареи на раскладном стуле с подстилкой сидела девушка. Её длинные волосы словно пасмурная осень: от каштановых до светло-русых прядей листвы и белокурых, как просветы солнца на небе. Они убраны в хвост, поверх – белоснежная, пушистая шапка. Одета она была в белый полушубок. Светло-голубые глаза подчёркнуты тушью. Это показалось странным для Истом: «На дворе ночь. Обязательно нужно было краситься?!» Вот такой подарок достался ей от природы, мамы и бывших друзей – ворчливость.

Девушка нежно поцеловала молодого человека в щёку и мельком заметила порванную куртку, её подарок с прошлого года на Новую Жизнь1.

– Что с курткой?

– Я упал просто. Рита – Элис, Элис – Рита Мёрфи, – он показал поочерёдно. Истом кивнула в знак приветствия.

– Давайте домой, я спать хочу. Мы же можем идти? – полная надежд она обратилась к Оливеру.

– Планшет сломан. Где он, кстати?

– Кажется, я оставил его во дворе.

– Нужно было его забрать! – Мёрфи устало закатила глаза.

Ответственность Риты была самым главным её качеством. Не положительным, не отрицательным, а реальным, которым она жила и руководствовалась при свершении любого действия. Хоть лидером поискового отряда был Оливер, за всё ответственность, даже ту, которая ей не принадлежала, Рита возлагала лишь на себя.

– Он сломан. Я пытался его включить – ничего, – вступился за друга Коулман.

– Кажется, когда я упал, он вообще пополам треснул.

– Я сказала, что его надо забрать. Никаких споров. Долго идти за ним?

– Минут пять бегом, – ответил Аарон и, помолчав секунды две, заметил на лице своей девушки недовольные ямочки на уголках губ. Она ждала, пока кто-то из парней пойдёт за планшетом. Кёрби, поняв это, закивал головой и смиренно отправился на поиски. Мёрфи свернула плед и подстилку, сложила стул и положила вещи к чемодану Элис. Сидеть ей наскучило, а новенькая не могла не вызвать интерес.

– Мне доложили, что перед появлением дара у Элис сверкала яркая жёлтая молния. Это правда? Не будучи гением, я предположу, что ты угорь, верно?

– Рита… – Оливер грустно-угрюмо наклонил голову набок, в ответ его одноклассница лишь пожала плечами.

– А что? Я не против угрей, не имею предрассудков.

Мёрфи расставила руки на пояс. В глазах – неподдельный интерес и уверенность. Улыбка показалась Истом какой-то диковатой, словно её рассматривали перед тем, как отужинать.

– Проявление магии были?

– Я ударила Аарона током и он упал. Тогда, наверно, он и потерял планшет.

– И ты лишила его способностей? – взгляд перешёл на Оливера, тот кивнул. Рита удовлетворенно вздохнула, с вдумчивой усмешкой убрав руки за спину и сжав их в замок. Подбородок горделиво вздёрнулся. – Твоя фамилия?

– Истом.

– Родители?

– Лира Истом. Отец умер около полугода назад.

Коулман хотел высказать слова соболезнования и приостановить неугомонную Риту, но та грустно закивала, таким образом и выразив своё сопереживание. Однако незамедлительно продолжила добывать информацию.

– Ну, мирьера2 Истом. Поздновато у тебя дар проявился. С семьёй не говорили?

– Нет.

– Лет тебе сколько?

– Шестнадцать.

– Шестнадцать, – повторила Мёрфи, вновь кивнув головой. Элис показалось, что девушка мысленно пишет рапорт и усидчиво задаёт самые нужные вопросы. Осознав, что это лишь детали, Рита задорно улыбнулась и повернулась к Оливу. – Значит, в любой системе есть изъяны, верно?

– Сложно назвать это системой.

– И то верно. Поисками магов с Нэр-Мара занимаются совсем немного лет. До этого маги-нэрмары просто пропадали без вести. Статистике нужно хотя бы десять для адекватного формирования.

– А как удалось скрыть то, что на Исорропиусе существуют другие страны кроме Нэр-Мара? Верэбриум, да ведь? Как удалось скрыть, что существует магия?

– Нэр-Мар существует не первую сотню лет и был создан как территория, куда ссылались не строго осуждённые немаги после подавленных восстаний. Около тридцати лет назад людей, до четырнадцати лет не открывших на Верэбриуме свой дар, убивали, около двадцати пяти лет назад их садили в тюрьму и около семнадцати лет назад их стали переселять в Нэр-Мар. Они не знали ничего, кроме того, что за территорией Нэр-Мара им не выжить.