Чтение онлайн

— В смысле? — Приятель обалдел от такого поворота. — Я всё сделал так, как мы договаривались. Я не виноват, что Викул оказался психом.

— В этом — нет, — согласился я. — Но ты изучаешь психологию. Ты мог просчитать наперёд его поведение. А соответственно, скоординировать слухи и где-то смягчить последствия.

— Блин, вот тут извини, не подумал, — повинился он.

— И речь как раз об этом. Я хочу, чтобы вы поняли правильно: это не обвинения и не упрёки. В чём-то даже хорошо, что мы ошиблись именно сейчас. Последствия не столь плачевны. Но это нам урок на будущее. Нужно просчитывать всё, изучать объект полностью, а удары наносить точно. Сань, это относится к тебе. Твоя схема со слухами сработала слишком хорошо, но это была кувалда. А нам требовался скальпель.

— Я понял.

— А какие претензии ко мне? — Дашка сложила руки на груди.

— Ты — наш мозг. — Я повернулся к подруге. — Ты систематизировала весь план, разложила его по полочкам. И точно так же упустила то, что в наших действиях отсутствовала характеристика на Викула.

— Ты тоже её пропустил, — сделала выпад подруга.

— Пропустил, — кивнул я. — И поплатился. Меня посадили под домашний арест.

— Мы в курсе, — кивнул Санёк. — На год.

— Именно. И теперь я пропущу соревнования. Плюс ко всему посыпался весь наш план. Так что да, я признаю свой косяк и уже пересмотрел и проанализировал ошибки. Мы понадеялись на то, что знаем своего врага, что, прожив с ним бок о бок полгода, изучили все его привычки. И это так, но… Мы не учли их при планировании.

— Я сделала пометку, — добавила Дашка. — Характеристика цели обязательна.

— Молодец, — похвалил подругу я. — А теперь к делу. С Викулом покончено, но остались ещё двое: Бирин с Сысоем. Я хочу, чтобы они тоже ответили за то, что сделали.

— А не опасно сейчас? — осторожно заметил Санёк. — Весь интернат на ушах стоит. Пожалуй, сейчас шуму даже больше, чем после смерти Джонсона.

— А мы аккуратно. — Я хищно оскалился. — Нам нужен всего один из них.

— Предлагаю Бирина, — выдвинула кандидата Дашка.

— Почему? — Я посмотрел на неё.

Прежде чем ответить, она подвесила в воздухе две голограммы. Никто со стороны их увидеть не мог, потому как они проецировались только на наши визоры. Точно так же мы видели учителей, которых генерировал ИИ в зависимости от наших данных в базе интерната.

— Вот смотри, — продолжила Дашка. — Я учла твои замечания и предлагаю начать действовать, исходя из психологических портретов обоих кандидатов. Бирин — более сильный, в нём есть задатки лидера. Стучать он не пойдёт, так как имеет принципы и внутренний кодекс. Сысоев же, напротив, труслив, не имеет собственного мнения, ведом. Своё место в банде занимал только благодаря природной физической силе. Если сломать Бирина, Сысоев окончательно замкнётся и превратится в тень. Но если начать с него, есть вероятность, что Бирин попытается отомстить за друга. Да, она мала, но всё-таки не равна нулю. Плюс Сысоев, скорее всего, сдаст тебя, если на него как следует надавят. По-моему, всё очевидно.

— Спасибо, — поблагодарил подругу я и даже обнял её, заставив покраснеть. — Вот этого я и хотел. Мы учли прошлые ошибки и двигаемся дальше. Сань, на этот раз мы обойдёмся без слухов, так что извини.

— Да я ничего, всё нормально. Если нужно, могу составить более точные психологические портреты обоих.

— Они есть в базе данных интерната, — отмела помощь Дашка. — Эти как раз оттуда.

— Это сухие выжимки. — Я покачал головой. — Сань, работай. Только тихо, постарайся не светиться.

— Сделаю! — Приятель расцвёл.

— Дальше, — продолжил я. — Даш, ты так и не закончила с визором. Мне нужна твоя прошивка с ночным зрением. План оставляем прежним, но переносим его на наше поле. По субботам у нас обязательный банный день. Я хочу, чтобы всё было готово к пятнице. Действуем, как планировали для чемпионата. По сигналу ты погасишь свет в душевой и задержишь пуск аварийного освещения. Думаю, сорока секунд мне хватит, но это мы ещё просчитаем.

— Будешь его ломать? — предположил Сашка.

— Да. И сделаю это при всех.

— А что, мне нравится, — согласился с планом Санёк.

— Я тоже согласна, тем более что у нас для этого есть практически всё, — поддержала Дашка. — Сегодня постараюсь доработать скрипт. Ночью скину, проверишь. К пятнице точно успеем.

— Всё, погнали на ужин, — кивнул я. — От этого «Регенирона» жрать охота постоянно.

— Есть такое дело, — ощерился Санёк.

Мы направились в столовую. Народа здесь уже было не протолкнуться. Малышня, как всегда, с шумом и визгами толкалась возле стойки с десертами. Старшаки смотрели на них со снисхождением и улыбками. Воспитанники постепенно прибывали, и после выходных казалось, что просторное помещение столовой внезапно стало тесным. Многие сдавали сюда своих чад на всю рабочую неделю, чтобы спокойно пахать сверхурочно, не переживая о том, кто заберёт ребёнка из школы. По большей части у нас учились дети из не самых благополучных семей. Иногда я задумывался над тем, каким боком сюда угодил Джонсон. Ведь его папаша находился почти в самом верху пищевой цепочки. Нет, не для корпорации, естественно, а всего лишь в рамках данной планеты. Но тем не менее.

Похоже, этот придурок достал не только нас, но и своего папашу, раз тот упёк его в интернат. Впрочем, теперь это уже неважно.

Я наложил себе еды, стараясь набрать как можно больше белковой пищи. Подхватил поднос и осмотрел зал в поисках стола со своими друзьями. Однако глаз зацепился за другой столик, за которым сидел Бирин с Сысоем. Вокруг них образовался вакуум, но их это, похоже, нисколько не смущало.

Что-то в их рожах меня задело. Выглядели они слишком спокойными, немного даже безразличными к тому, что творилось вокруг. Будто это их не касалось. Может, они вдруг решили, что, покончив с Викульцевым, я забуду о них?

И я решил напомнить им о том, что всё ещё не закончилось.

Я внаглую подошёл к их столу. Бросил поднос рядом с Сысоем так, что тот вздрогнул. Вот только смотрел я в глаза именно Бирину, напрочь игнорируя второго.

— Приятного аппетита, — спокойным, ледяным тоном произнёс я. — Хотя, смотрю, вам и без него неплохо жрётся.

— Тебе чего надо? — спросил Бирин, не отводя от меня глаз.

— Хруста ваших костей. Думаете, я о вас забыл? Нет. — Я покачал головой. — Ты, Бирин, держал моего друга за глотку, пока Викульцев ломал ему руку. Ты мог отказаться, как это сделал Архип, мог остановить его, мог отпустить… но ты держал моего друга и смотрел.

Бирин бледнел буквально на глазах. Он так и держал ложку у рта, не осмеливаясь донести её до конца, и на неё предательски передавалась мелкая дрожь его руки. Он попытался открыть рот, чтобы что-то сказать, но я не дал ему и шанса на оправдания.

— Викульцев уже поплатился, и ты это видел. Весь интернат это видел. Теперь твоя очередь. Нет, я не стану бить тебя здесь и сейчас. Возможно, завтра или послезавтра, а может, даже на следующей неделе — пока не решил. Я просто хочу, чтобы ты знал, чтобы ты запомнил мои слова: я приду за тобой, обязательно приду. Кушай кашку…

С этими словами я подтолкнул к нему тарелку, из которой он ел. Так же спокойно, без суеты, поднялся из-за стола, подхватил поднос и, отыскав взглядом своих друзей, направился к ним.

Столовая погрузилась в гробовую тишину. Все до единого слышали то, что я сейчас сказал, все видели то, что произошло. На их глазах только что рухнул привычный порядок. Старшие, школьные хулиганы, которых боялись, больше не являлись авторитетами. Отныне они причислены к жертвам, и вся школа будет с нетерпением наблюдать за ними, ожидая развязки. И я обязательно её устрою.