Чтение онлайн

Следующий, с кем я знакомлюсь, – Кришен. Он управляет портфелем медицинских акций. У меня заняло год, чтобы понять, что во многих отношениях Кришен – это альтер эго Раджа. Радж родом со Шри-Ланки, а Кришен вырос в Мумбае, Индия. Тонкий, с приятными чертами лица и с кожей цвета корицы, он прекрасно умеет себя держать. Кажется, Кришен нравится всем, особенно инвесторам. Про его навыки привлечения капитала говорят, что Кришен принадлежит к тому типу людей, которые, войдя в комнату с третьеклассниками, выйдут из нее с их деньгами на обед. Он пожимает мою руку и с безупречной улыбкой говорит, что они рады принять меня в свою команду. Пока все идет хорошо. Все вполне вежливы и, похоже, рады, что я к ним присоединился.

Затем меня еще раз представляют Гэри в отделе торговых операций. Ему около сорока, его каштановые волосы уже начинают седеть, на нем тенниска и выцветшие, чересчур обтягивающие джинсы. Его главная отличительная черта – манера говорить в нос. Он улыбается и встает, чтобы пожать мне руку. «Добро пожаловать в компанию, – говорит он. Затем осматривает меня с ног до головы и самодовольно ухмыляется. – Сто пятьдесят кусков, так?»

«Да, именно столько», – говорю я.

Именно Розенбах проводил со мной собеседование, и один из вопросов был о том, сколько я зарабатываю в «Морган Стенли». Я назвал ему цифру в сто пятьдесят тысяч. Я тогда зарабатывал всего около тридцати пяти тысяч, потому что покинул свою группу в отделе услуг частным клиентам и снова был «плавающим» работником.

Он усмехается и говорит мне, что я вру, но что он восхищается моей смелостью. Он или знает правду, или блефует. В любом случае от его слов я чувствую себя смущенно. Затем он начинает описывать мои обязанности, говоря те слова, которые я буду бесконечно слышать в первые полгода работы в «Галеон»: никогда не позволяй телефону издать больше одного звонка. Получи отчет. Внеси информацию о сделке в систему. Ответь на телефон. Получи отчет. Внеси информацию о сделке в систему. И снова, снова, снова. Суммируй все операции в конце дня. Убедись в правильности направления сделки (покупка/продажа), количества акций, цены, размера комиссии и торгового счета. Утром удостоверься, что нет расхождений. Ошибок допускать нельзя. Наконец, закончив, он смотрит мне прямо в глаза: «Каждый день ожидай, что тебя уволят, – говорит он. – Если тебя не уволили, значит, у тебя был хороший день».

Ужас начинается каждое утро еще в душе. Устрашающие мысли следуют одна за другой, как удары в солнечное сплетение. Все ли я правильно занес вчера в систему? Сделал ли я все, что велел Гэри прошлым вечером? Каждое утро я иду на работу с комком в животе. Каждый день – одно и то же.

Я первым пришел в офис. Единственное освещение – от мониторов компьютеров, которые не выключили вчера, и теперь на них плавают картинки в режиме энергосохранения. Я включаю свет. Мой новый офис огромен, как дилерский центр. На этаже множество маленьких кабинетов для аналитиков. Половина помещений пуста, но, подозреваю, мы собираемся расширяться. (После моего первого лета там мы переехали на этаж ниже, где гораздо больше места. По мере того как растут наши активы, все остальное тоже растет.) Отдел торговых операций находится дальше всех наших кабинетов, кроме кабинета Раджа. Он устроен как буква Т. Длинный стол стоит вдоль задней стены, где сидят Гэри и Керин. Перпендикулярно ему размещается еще один более широкий стол, и на каждой стороне сидят по три трейдера. Мое место посередине.

Я усаживаюсь и начинаю проверять наши продажи с предыдущего дня. Мне нужно убедиться, что не было сделано ошибок. У меня плохое предчувствие, но со мной так каждый день. Это все равно что таскать с собой шар для боулинга весом в пять с половиной килограммов. Мама всегда говорила мне, что позволительно делать ошибки, но она никогда не работала в хедж-фонде. И хотя я уже в стрессе, это время – самая спокойная часть дня. Нет хаоса. И нет начальства.

И все равно я нервничаю. Помимо проверки ошибок, я также должен заказать завтрак для боссов и всех трейдеров и разложить его на столах к тому моменту, когда все придут на работу. Они, похоже, считают, что если я не смогу идеально заказать и подать еду, то как я смогу делать миллионные заказы на продажу и покупку? Если я заказываю для кого-то неправильный завтрак, это вызывает больше гнева, чем потеря денег. Чего они не понимают – это того, что я могу заказать хрустящий бекон, но сам я его не готовлю. Я, можно сказать, подружился с девушкой-испанкой из магазина. Периодически просто захожу, чтобы сказать привет. «C'omo est'as, mi nombre es Turney, me gusta esquiar». [40] Она смеется над моей дикцией. Но не думаю, что она полностью понимает серьезность ситуации, в которой я нахожусь. Бекон не всегда приготовлен должным образом.

Спустя двадцать минут коллеги потихоньку начинают прибывать. Входят они через дверь, всегда в одном и том же порядке, сначала трейдеры. Керин приходит первой. Каждый день одно и то же: она несет чашку кофе, непрочитанную газету и думает о какой-то личной проблеме с прошлого вечера, например о трубе, которую прорвало в ее квартире, или о пришельце, который пытался ее похитить. Я не смог бы выдумать и половины тех историй, которые происходят с ней, и все они, кроме случая с пришельцем, похожи на правду. У нее сумасшедшая жизнь. Тодд-о приходит следующим. Я понятия не имею, почему они так его называют – его фамилия Харрисон. Красивый, с темными волосами и глазами, он на 100 % выглядит как трейдер по опционам высшего разряда, на чье звание претендует. «Галеон» переманил его из «Морган Стенли». Он сидит слева от меня, и его первые слова всегда одни и те же: «Вот блин!» Я знаю, что последует за ними. Каждая его история начинается одинаково. В ней обязательно будут лимузин, телочка, которая впилась в Тодда-о своими когтями, и животный секс в его квартире. Надеюсь, что хотя бы в половине случаев, о которых он рассказывает, он и правда занимается сексом. Но я не знаю, почему он старается впечатлить меня.

Затем приходит Дейв Слейн, мой защитник. Он приходит сразу после тренажерного зала. Если бы я не знал этого, то предположил бы, что у него под его футболкой специально подложенные подплечники. Он уже знает все, что происходит на рынке, до того, как приходит в офис. Я чувствую себя в безопасности, когда Дейв сидит справа от меня. Я знаю, что меня в любую минуту могут уволить, но в нем я вижу своего потенциального защитника. Когда Гэри задает мне вопрос, на который я не знаю ответа, Дейв обычно шепотом подсказывает мне его.

И еще у нас есть Руби, который выглядит как лысый Брюс Уиллис. Его настоящее имя Крейг. Он носит облегающие джинсы от модных дизайнеров и рубашки с открытым воротом. Если бы у «Аберкромби и Фитч» [41] была коллекция для сорокалетних, Руби стал бы их самым рьяным покупателем. Что интересно, я не знаю, почему Руби здесь и чем он вообще занимается. Он сидит в отделе торговых операций, но, насколько я знаю, не работает в нашей фирме. Руби – нечто среднее между сбежавшим подростком, подобранным на автобусной остановке, и ребенком, которого курирует фонд «Свежий воздух». [42] Раньше он был вышибалой в каком-то клубе типа «Одеон», или «Разбитые сердца», или в одном из заведений поколения 1980-х годов в духе фильма «Яркие огни, большой город». [43] По тому, как он осматривает людей, которые входят в офис, иногда кажется, что он все еще считает себя вышибалой или телохранителем. Руби в отличной форме. Он, как Дейв и Гэри, одержим тренажерным залом. Но за все время работы в «Галеон» я так и не смог его разгадать.

Предпоследним приходит Гэри. Радж, главный босс, конечно, приходит последним. Но его прибытие, несмотря на его неуклюжее тело и загорелую кожу, блекнет по сравнению с тем, как приходит Гэри. Радж выглядит лучезарно, будто королева красоты по прилете домой – кажется, что его дорога усыпана лепестками роз. Когда входит Гэри, офис наполняется чувством страха. На нем тенниска Гринвичского загородного клуба и джинсы. Первое, что он делает, – уменьшает температуру воздуха на кондиционере. Он любит, когда в помещении на несколько градусов ниже комфортной температуры. Никогда не знаешь, что услышишь от него. Сегодня он говорит Керин «Доброе утро» и спрашивает, почему она не позвонила ему, чтобы сообщить, на каком уровне торгуется AMD. [44] Винтики начинают вращаться в его голове еще до того, как он открывает глаза утром. Я не видел упоминание об AMD на ленте информации о сделках, поэтому не знал, что об этой компании появились какие-то новости. Я опускаю голову и надеюсь, что он меня не заметит. И молюсь, что правильно выполнил его заказ на завтрак.

Но сегодня день будет особенным. Чашка с фруктами и йогурт Гэри устроили, но на моем терминале «Голдман Сакс» показывает, что мы купили 100 000 акций компании «АйБиЭм» вчера. Я зарегистрировал продажу. Это проблема. Это огромная проблема. Я немедленно нажимаю кнопку «Голдман» и уточняю подробности у нашего трейдера по продажам Джона. Он подтверждает, что это была покупка.

«Ты уверен?»

«Да», – говорит он. Он торговал с Гэри. И есть два варианта, почему это произошло: Гэри случайно сказал мне, что это была продажа, когда на самом деле это была покупка, или же он сказал мне, что это была покупка, а я случайно вбил продажу. В любом случае виноват буду я. Ухудшает ситуацию то, что Гэри, Дейв и Радж опирались на неправильную информацию, принимая решения о покупке/продаже. Мы начали день, имея 100 тысяч акций компании «АйБиЭм». Если бы я внес информацию о тех 100 тысячах, которые, как говорит Гэри, он купил, у нас бы было 200 тысяч акций в «длинной» позиции. [45] Вместо этого в нашем портфолио написано, что мы «флэт». [46] Акции «АйБиЭм» торгуются на уровне 130 долларов за штуку. Моя ошибка, если я ее действительно совершил, грозит фирме потерей двадцати шести миллионов долларов. Вероятнее всего, «АйБиЭм» не уйдет в ноль, но крупная флуктуация [47] на рынке может обернуться для «Галеон» серьезными убытками.

Мой стол находится в нескольких метрах от стола Гэри, но я принял решение встать и подойти к нему. Всем остальным не обязательно слышать то, что я хочу ему сказать. Гэри на телефоне, делая три вещи одновременно, но я его перебиваю. Он видит выражение ужаса на моем лице и понимает, что что-то не так. Он кладет телефонную трубку себе на плечо и смотрит на меня с презрением.

«Что ты испортил на этот раз?» – Гэри никогда не упустит возможности унизить меня. Он – девятилетний мальчишка, а я – паук, чьи лапки он с удовольствием отрывает одну за одной.