Чтение онлайн

— С меня достаточно! — с грохотом отодвинув стул, отец вскакивает из-за стола.

— Фрэнк… — пытается успокоить его мама, но уже через секунду слышится дребезжание стекол, когда он резко закрывает за собой дверь в сад.

Черт! Закрыв глаза, я выдыхаю. С такой скоростью еще не один день не превращался в кучу дерьма.

— Есть еще вопросы? — устало спрашиваю я. И при виде поднятой руки брата, шиплю на него: — Заткнись!

— Господи, женщина. — говорит он, притворяясь обиженным — Ты сердишься на меня за то, что сама увлечена «Пятьюдесятью оттенками…»?

Я больно пинаю его ногу под столом.

После этого мне больше нечего сказать.

Глава 25

Пейдж

Я лежу в своей детской спальне, в полной темноте и без сна. На полу у кровати на надувных матрасах спят дочери, и я тщетно пытаюсь заснуть под их мерное сопение, перемежающееся очаровательным похрапыванием. Здесь только мы. Логан внизу, в гостевой спальне, а Эллиот, за последнюю неделю привыкший спать с моими родителями, напрочь отказался покидать их постель. В других обстоятельствах я бы не позволила ему это, но сегодняшний день вымотал меня настолько, что к ночи я просто валилась с ног. В конце концов, в этой его дурной привычке есть и моя вина. Слишком уж часто я позволяла ему спать вместе с собой. Когда посреди ночи он пробирается в мою комнату и пристраивается у меня под боком, я разрешаю ему остаться. И не потому, что мне лень тащить его обратно в кроватку или я слишком устала… Как бы не хотелось этого признавать, но, когда он вот так прижимается ко мне своим маленьким тельцем, я успокаиваюсь, проблемы отходят на второй план и поутру я просыпаюсь отдохнувшей и полной сил.

Потому что я ненавижу спать одна.

Это был утомительный день. Едва вернувшись с Джеем и детьми из парка, Логан сразу отвел меня в сторону для разговора. Очевидно, он заподозрил неладное, но я отмахнулась от него и соврала, что все в порядке. Я видела, что он мне не поверил, но, к счастью, не стал допытываться.

Однако все оставшееся время напряжение, повисшее между нами и моими родителями можно было резать ножом. Мама, казалось, старалась вести себя как обычно, но то и дело находила повод, чтобы прикоснуться ко мне. Ни минуты не проходило, чтобы она не дотронулась до моей руки, легонько не приобняла, или — Бога ради! — не провела по моей щеке ладонью. Что до Логана, за весь вечер она не обменялась с ним и парой слов. И это было так не похоже на нее. Ведь до нашего расставания они могли без устали дискутировать на излюбленную ими обоими тему — судопроизводство.

Что касается отца… Остаток дня он делал вид, что занят и умело избегал меня. За ужином он угрюмо помалкивал, старательно избегая встречаться со мной взглядом. Логан, почувствовав гнетущую атмосферу за столом, предпочел делать вид, что не замечает его. К тому времени, когда отец соизволил вернуться в дом, заявив, что слишком устал от работы на заднем дворе, я уже растеряла остатки сочувствия и терпения.

Пора бы уже ему уяснить, что я уже не девочка и имею право заниматься сексом.

Вздохнув, я переворачиваюсь на другой бок и подтягиваю одеяло. Мне этого оказывается недостаточно, так что вдобавок пихаю кулаком подушку. Лежа на спине, вспоминаю, как проснулась сегодняшним утром от прикосновений Логана и это заставляет меня вернуться к событиям предыдущей ночи. Воспоминания фрагментарны, но так отчетливы. Я помню прикосновения его губ на мне… везде… Его приятную тяжесть, и то, как он, толкаясь, заполнял меня. Это похоже на сон, который заставляет дышать тяжелее и судорожно сжимать бедра, когда возбуждение охватывает меня.

Я знаю, что Логан внизу в гостевой спальне и это манит меня, как магнит. Я не могу больше терпеть. Он мне нужен. Я хочу его и знаю, что могу заполучить. Да, я не должна идти на поводу у своих желаний, но мне плевать. Предостережение Бет сейчас напоминает выцветшую на солнце фотографию, которую уже не спасти.

Отбросив в сторону одеяло, я соскакиваю с кровати и направляюсь к двери. Когда она с тихим скрипом открывается, я бросаю взгляд на спящих дочерей. Удостоверившись, что они не проснулись, я выскальзываю наружу, тихо затворив за собой дверь.

Спускаясь на цыпочках по лестнице, чувствую себя подростком, и это странно, потому что я всегда была примерной дочерью, образцом для подражания. Я все время боялась допустить ошибку, доставить беспокойство или разочаровать своих родителей. Логан был точен, когда в ту ночь на яхте, во время рождественской вечеринки назвал меня хорошей девочкой. Я никогда не совершала сумасшедших или бунтарских поступков. Ни малюсенькой татуировки, ни простого пирсинга в пупке.

Так уж и быть, пусть Мия и права насчет моих случайных беременностей, но для меня она все равно останется мелкой паразиткой.

Чтобы попасть в гостевую спальню, надо пересечь кухню, и свернуть в небольшой коридор под лестницей. Я вижу полоску света, пробивающуюся из-под двери, тихонько стучу и, не дожидаясь ответа, поворачиваю ручку и проскальзываю внутрь.

Логан в серой футболке и черные боксерах, сидит на кровати. В одной его руке ноутбук, будто он собирался отставить его в сторону, чтобы пойти открыть дверь. Едва я появляюсь на пороге, его удивленный взгляд темнеет от желания.

Дверь за мной захлопывается с мягким щелчком, и не отрывая от Логана глаз, я забираюсь на кровать и ползу к нему, отпихивая в сторону сбившееся покрывало. Прищурив глаза, он расплывается в улыбке.

— Привет, — тихо говорит он. — Ты не поверишь, но я только что думал о тебе.

— Наверное, я умею читать твои мысли. — опираясь на его плечи, я сажусь, оседлав его бедра. — Или, может, тоже думала о тебе.

Его руки тянутся к моей заднице, обтянутой коротенькими пижамными шортами, и он прижимается ко мне своим пахом.

— Я сидел здесь и размышлял, — ласково бормочет он, — Как долго мне придется ждать, чтобы снова раздеть тебя.

Заметив выпуклость в его шортах, я наклоняюсь и шепчу ему на ухо:

— А я решила не ждать. Мы же женаты и не нарушаем закон.

Тихий смех превращается в стон, как только я прижимаюсь губами к его шее. В ответ он еще крепче сжимает объятья и уже в следующее мгновение его ладони оказываются под моей майкой. А я зарываюсь лицом в его разгоряченную и вкусно пахнущую кожу, вдыхаю его аромат и наслаждаюсь им. Пробую, посасываю и нежно покусываю.

— О, Боже, детка, — он пытается перевести дух, а затем хватает меня за руки и отталкивает, чтобы взглянуть в глаза. Я вижу в его взгляде целую гамму эмоций. — У меня сейчас серьезное дежавю.

Что? Мне требуется всего секунда, чтобы понять, о чем он говорит.

Он имеет в виду нашу сексуальную жизнь после того, как все покатилось кувырком, и он переселился в гостевую спальню, пока окончательно не съехал. Это была наша эра холодной войны, демонстративного безразличия и едва терпимого отношения друг к другу. Но порой у меня словно заканчивались силы, и я приходила к нему посреди ночи, потому что мне необходимо было выплеснуть наружу те эмоции, которые я копила долгое время. А еще меня приводила в ужас одна только мысль, что в какой-то момент между нами не останется даже секса.

— Ты ошибаешься, — отвечаю ему, обхватив его голову руками.

— Уверена в этом? — спрашивает он очень серьезно.

Я вздыхаю с болью и сожалением.

— Тогда все происходило равнодушно и второпях. Мы просто удовлетворяли потребность. Словно собирали скучный пазл, а когда заканчивали, то даже поговорить было не о чем. И я молча возвращалась в свою комнату.

Он крепко сжимает челюсти, и я вспоминаю, что всего пару дней назад он, упомянув о том времени наших отношений, говорил, что у него все отлично получалось.