Чтение онлайн

В груди от этих слов стало горячо, а сердце забилось учащённо. Не сказать, что окончание фразы понравилось, но моя решимость прибрать к рукам этого несмышлённого дракончика, подогреваемая желанием быть счастливой рядом с ним, лишь усилилась. Больше всего я боялась найти сейчас выход из пещеры и больше никогда его не увидеть. И не такая уж я беспомощная, как ему кажется.

Спорить я с ним не собиралась, помедлила лишь немного, чтобы решить, как добиться нужного результата:

— Хорошо, ты прав, не буду ни себя, ни тебя мучить, но сними, пожалуйста, кольцо.

Альберт непонимающе взглянул на меня и переспросил:

— Кольцо?

— Конечно. Помнишь, мы заключили соглашение в день моего появления в этом мире? Ты надеваешь мне кольцо и перестаёшь слышать мои мысли… Снять его у меня до сих пор не выходит. А если мы не в отношениях, то отказываюсь его носить.

Пытаясь разгадать мой манёвр, Альберт недоверчиво пощурился несколько мгновений, а затем, рассудив, что это будет правильный поступок с его стороны, поднёс к моей руке свою лапу. Всё. Попался. Конец дракончику. Сбежать не удастся.

Скрывая победную улыбку, я одёрнула кисть и со всем смущением, на которое была способна в этот момент, выдала:

— Нет, ну, не когтями же! Я не настолько бестрашна.

Альберт бесстрастно кивнул, решительно закрыл глаза, и на выдохе его тело окутало пламя. Когда оно улеглось, то пещера, в которой мы находились, стала выглядеть куда больше, чем раньше. Я с трудом прятала так и норовящие разъехаться в довольной улыбке губы и с нежностью рассматривала сдержанного мужчину, стремящегося подавить все свои эмоции и желания.

С каждым его шагом мне навстречу, мир всё больше сужался…

Пока наконец он не исчез и не растворился вовсе…

Осталась я и мой дракон…

Сейчас или никогда…

Альберт сделал последний шаг и протянул ко мне руку, а мои мысли в панике бросились в разные стороны. Не то, чтобы я сомневалась в своих или его чувствах, но опасалась того, что грызущие его изнутри страхи отравят наше будущее.

— Прости, — прошептала одними губами, подалась вперёд и с размаху ткнулась в его широкую грудь. Зажмурилась и невольно замерла, волнуясь из-за того, как он отреагирует.

— И ты меня прости, — произнёс Альберт хрипло и виновато, сгрёб меня в объятия и прижал к себе, — но теперь отпустить не смогу.

Я почти не поняла ничего из того, что он говорил дальше, лишь ещё больше вжималась в него, теряясь в этих твёрдых и в то же самое время нежных объятиях, боясь, что он передумает и отстранится. Этот страх, переживания, внезапное облегчение настолько захватили меня, что я попросту расплакалась.

— Глупенькая, — он наклонился и обхватил моё лицо руками, то целуя глаза, то осторожно стирая слёзы пальцами, — клянусь, я сделаю всё, чтобы быть тебе опорой, никогда не воспользуюсь твоей уязвимостью, буду просто терпеливо оберегать тебя и никогда не обижу, только не плачь, пожалуйста.

— Назло всем инстинктам? — я улыбнулась сквозь слёзы.

— Назло всем инстинктам, — он вновь прижал меня к своей груди, положив щёку на макушку и успокаивая покачиванием из стороны в сторону, — а если вдруг придёт в голову что-то очень глупое, то буду вспоминать, как едва не потерял тебя. Поверь, это весьма отрезвит.

— Конечно отрезвит, иначе буду превращать тебя в мышонка.

— Настоящего дракона в настоящего мышонка? Интересно будет посмотреть… Думаешь, что магия вернётся?

— Да, мне дали обещание… со временем. И знай, я тебя жалела тогда.

— Безусловно. Ты у меня очень сильная и храбрая, — раздался искушающий хриплый шёпот, не лишённый обаятельной хитринки, у самого виска.

***

Адриан негодовал. Негодовал, но молчал. Хотя стоило отметить, что молчал и негодовал он старательно, чтобы лишних сомнений у несносной мелкой занозы не возникало.

Уже который час подряд он от руки, не прибегая к магии, записывал все свои прегрешения и проступки, список которых дотошно надиктовывала придирчивая и язвительная мелочь.

Сама она лучилась энергией и счастьем, болтала ногами и угощалась огромным разноцветным леденцом на палочке:

— Так, на этом закончили, — на этих словах девочка посерьёзнела. — Даю срок два месяца — по истечении всё должно быть исправлено. Не справишься и позавидуешь тем, кто по твоей прихоти отправился рабом в соседнюю Бессадию.

Богиня внезапно замолчала, словно узнала какую-то очень важную для неё новость. Она зажмурилась и улыбнулась так нежно, как могут делать только любящие родители:

— Истинная любовь? Да, мне нравится, хорошее название, — негромко хмыкнула она себе под нос, но мгновенно собралась. Взгляд вновь полоснул демона холодной сталью, а голос резкостью. — Теперь переходим к составлению списка приказов от имени императора, коим ты считаешься с сегодняшнего дня, а после к написанию трактата "О хорошем поведении демонов". Будешь им руководствоваться в дальнейшем, когда моя помощь больше не понадобится. Итак, приказ первый… очистить все колодцы.

— Колодцы? Кому они сдались? — не выдержал Адриан. — Воду выгодней добывать магией.

— Приказ о чистке колодцев станет самым важным приказом, отданным тобою. Ты оценишь. Приказ второй…

прошло несколько месяцев

— Мне кажется, что ты устала, — обеспокоенно сказал Альберт и нежно провёл пальцем по скуле.

— Да я, вроде бы, и не устала вовсе. Тут такая прекрасная атмосфера, все настолько искренне радуются за нас.

Уголки губ моего супруга дёрнулись, сначала выражая недоумение, а потом от сдерживаемого смеха. Как только ему удалось совладать с собственными эмоциями, он наклонился к самому уху и доверительно шепнул:

— Убегать с собственной свадьбы нехорошо, — и с большим нажимом продолжил, — но если невеста очень устала, то традиции допускают некоторые послабления.

Я уже было хотела уточнить, что это за послабления такие, а то и вовсе возразить, что устала разве что вот от этих деликатесов, зато с удовольствием попробую вон те пирожные… но потом всё же сообразила, о чём он.

— А? А-а-а! — протянула я, пошустрее придавая себе вид усталый и даже скорбный.

— Переигрываешь, — констатировал он, пытаясь изо всех сил спрятать улыбку. Получалось у него это так себе.