Чтение онлайн

Бриэлль бросается на меня, и я ухожу от удара, параллельно с тем рассекая её бедро. Она взвывает от боли и ярости, в её глазах полыхает жажда крови. Её меч загорается пламенем, и я тяжело сглатываю. Дрейк и Рук уже оправились. Это всё, что я могу сделать, чтобы не быть пронзённой тремя клинками сразу. Приседать, уворачиваться, уклоняться. Каждый взмах меча всё ближе и ближе к цели. Чьё-то лезвие задевает моё плечо, и я шиплю.

Сама я не справлюсь. Проиграю, и довольно быстро.

Пришло время для последнего козыря в рукаве, который позволит мне ускользнуть.

Быстрое движение руки — и тёмная пелена высоко в небе сужается. Тьма сгущается вокруг нас. Я рассчитываю последний удар, отскакивая в сторону, как раз когда всё погружается во тьму. Направляю меч в выбранную цель — единственного из троицы, не занявшего оборонительную позицию.

Мой клинок упирается в кожу и вонзается в тело. Крик мучительной боли разрывает полную тишину теневого покрывала.

Мои глаза сияют золотым. Я знаю, что Рук их видит, потому что он смотрит в ответ так, будто я сама смерть. Его глаза распахиваются, тускнея. Жизнь покидает его тело так быстро, что это удивляет даже меня. Двое других падают на колени, защищаясь. Я вижу их, но они не видят меня.

Жаль, что это ненадолго, и мне лучше успеть сбежать до того, как это случится. Честно говоря, я сама впечатлена тем, как долго продержалась против них троих.

Бездыханное тело падает на землю, а я бегу к огненной стене, собирая вокруг себя кратковременный щит из теней, чтобы прорваться через пламя и побежать дальше в лес. Мои руки и ноги горят от сильного жара. Щит не даёт мне сгореть полностью, но не защищает от всего.

Спать сегодня с ожогами будет неудобно, но это малая цена.

Я сворачиваю на повороте, пытаясь найти Рева и Тьядина. Куда же они подевались? На вершине холма в восточной стороне замечаю каменную арку среди деревьев. Замираю, глядя на очевидный — и совершенно случайный — проход. Мне кажется, или там сверкнула магия?

Может, это портал? Этот был бы намного очевиднее, чем предыдущий, но, может, мы и должны его обнаружить. Вдруг, если мы не пройдём под аркой, то будем вечно идти на юго-запад и ни за что не успеем выполнить задание вовремя?

Я оставляю размышления на потом, потому что всему своё время. Сначала нужно найти моих союзников, а затем уже думать о заданиях.

Надо ускориться. Нам будет тяжело пережить ещё одну схватку, даже с учётом того, что врагов стало одним меньше. Рев ещё не исцелился до конца, а Тьядин недостаточно силён, чтобы справиться с ними всеми.

Сейчас у нас два варианта: бежать или умереть.

Мы с Тьядином несёмся со всех ног по тропе, даже не оглядываясь, когда Кейлин останавливается, приготовившись к схватке. Не знаю, что она задумала, да и плевать, если честно.

Вот хочется ей снова рискнуть жизнью, чтобы спасти нас — так пусть рискует. Надеюсь, её убьют в процессе. Это существенно облегчило бы мне жизнь. Я уж как-нибудь смирюсь с упущенной возможностью самолично вонзить клинок в её сердце. Мне уже довелось испытать это чувство — спасибо сфере ужасов, — и я вполне могу обойтись без повторения в реальности.

«Назови меня по имени, перед тем как убьёшь».

Тьядин утягивает меня за булыжник — каменная стена вырастает вокруг нас, создавая укрытие, и мы прислушиваемся к звукам боя, начавшегося позади.

— Какого чёрта там происходит? — шепчет Тьядин. — Она же не может справиться с ними в одиночку… или может?

Сглатываю.

— Один раз у неё получилось.

Мой союзник качает головой.

— Тогда сработал эффект неожиданности, а ещё у неё было время сконцентрировать магию в одну большую теневую бомбу. Сильно сомневаюсь, что ей удастся повторить такое сейчас.

— А ты простишь мне, если я скажу, что меня устроит любой исход?

— Я могу тебя понять, но всё же нам будет проще выжить вместе с ней. На данный момент она сильнейшая из нас троих.

— Не очень приятный факт, — сглатываю. — Как она это делает? Ну, скрывает свою магию?

— А разве не очевидно? — Тьядин смахивает волосы с глаз.

Я поднимаю брови, ожидая пояснений.

— Боль.

Сужаю глаза.

— Она больна?

Что-то типа хронических болей? Но разве это не должно отнимать у неё силы?

— Боль бывает не только физической, — мрачно отвечает он. И правда, о которой я боялся даже подумать, вызывает неприятное чувство в груди. Образ пятнадцатилетней Кейлин встаёт перед глазами.

— Но она же… такая… — мозг подкидывает сразу несколько вариантов. Безразличная. Апатичная. Бессердечная. Но останавливаюсь на одном: — Хладнокровная.

Тьядин кивает.

— Чем больше времени я провожу с ней, тем больше укрепляюсь в мысли, что она просто очень хорошая актриса. Её все ненавидят, но она даже не пытается сопротивляться. Она принимает это. Возможно, потому что точно также ненавидит сама себя.

Морщусь. Чёрт. Я в принципе не должен испытывать сочувствие или сострадание к убийце моего брата. Она убила его, и ей на это плевать. Это правда, которую я храню в сердце за семью печатями. Это моя правда. То, что мной движет. То, что не позволяет сойти с ума.

Вот когда её сердце остановится, тогда я подумаю, а не копнуть ли глубже.

Предсмертный вопль эхом разносится по лесу, и я застываю. Это определённо был мужской голос.

— Кто это только что кричал? — шёпотом спрашивает Тьядин.

— Рук, — отвечаю, осознавая горькую правду. Та, что убила моего брата, теперь лишила жизни моего друга, и это всё моя вина. Да, я помню, что он пытался убить меня первым, но грудь пронзает такая острая и резкая боль, будто она меня убила, вырвав сердце голыми руками.

— Ну, это… хорошая новость, наверное, — в его голосе слышатся нотки сочувствия. Он отворачивается от меня, заглядывая в небольшую созданную им щель в каменной стене. — Она идёт сюда… Чёрт!

Он выскакивает из своей самодельной пещеры.

— Что такое? — я не решаюсь спросить громче, а он всё равно не услышит, уже помчавшись решать какую-то неизвестную мне проблему.

— Осторожно! — кричит он кому-то вдалеке.

Я смотрю, как в ста метрах от меня разворачивается сцена: Кейлин замирает на месте, находя взглядом Тьядина, а затем на кусок скалы, выросший рядом с ней, как раз когда в неё летит клинок Кари. Кейлин едва успевает заблокировать удар мечом, вскрикнув от неожиданности.