Испытание выживанием
Шрифт:
— О чем ты говоришь?
— Они убили их. Генерал и Полковники. Поставили всех четверых на колени и пустили им пули в затылки. Это показалось им правильным решением проблемы. Потому что они были напуганы. Они не знали, что делать со столь необычными людьми. Сама представь: инфицированы, но в то же время люди.
Я перестала дышать.
— Триггер больше остальных настаивал на спущенных курках, потому что его примитивный мозг никак не мог уложить в рамки одной картины столь противоречивые элементы: укушен, заражен, но человек. Их страх победил. Они убили таких, как ты и я.
Я продолжала молчать, легкие сперло от шока, и я не могла сделать ни вдоха.
— Ты сказал, вас было шесть.
— Да, и лишь двое уцелели, — кивнул Маргинал.
Маргинал и кто-то еще…
Сердце упало в пятки.
— Томас… — воздух выбило из легких, — это был ты. Ты вытащил Томаса.
— Когда я увидел, что заставил их сделать страх, я понял, что у таких, как ты и я, гораздо больше шансов выжить среди монстров, нежели среди людей.
— Почему же сам остался?
— Чтобы закончить то, что началось много лет назад.
Еще один сердечный приступ.
Вирусная атака на компьютерную систему, мертвые турели, взорванные цепи ручного закрытия ворот…
— Ворота… — выдохнула я, — это ты их открыл.
На его лице не дрогнул ни мускул.
— Что же ты наделал, Маргинал?
— Оглянись вокруг, камрад. Что ты видишь? Трусливых тварей, прячущихся по последним норам, неспособных состязаться с новым грандиозным видом, эволюционировавшим из слабости человеческого разума.
Чавкающие звуки позади него пели с ним в унисон.
— Они прекрасны. Они никогда не станут охотиться друг на друга, они всегда стоят плечом к плечу, как звенья одной цепи. Они мигрируют, объединенные смыслом и собственной сутью. Каждый из них стал частью единого организма, единого разума, который никогда не будет разорван на части ни религией, ни политикой, ни властью.
Меня все больше окатывало ледяной волной.
— Люди стали тем организмом, которым и стремились стать со всей своей жадностью и безразличием. Они разоряли планету, будто она была волшебным горшком, который варил кашу по приказу. Они только брали, брали и брали и ничего не отдавали взамен. Они истребляли саму жизнь на планете, гордо объявляя себя богами, которые имеют право, лишь потому что сильнее остальных животных видов. Они правили силой. Силой же и разрушили свой мир. Почему растаяли ледники, в которых дремал вирус? Из-за их неутолимой жажды власти, денег, удовольствия. Пожары сжирали сотни тысяч гектаров экосистем, потопы уносили жизни десятков тысяч людей, засуха губила миллионы. Но они так и не смогли сказать себе стоп.
Все то время, что Маргинал говорил, он не двигался, словно был бездушным роботом.
— Они лишили нас солнечного света. Это они засунули нас сюда, камрад. В это подземелье, из которого ты всю жизнь стремишься выбраться.
Я не смогла смолчать.
— Это мой дом! Я родилась здесь, как и остальные тысячи людей, и мы невиноваты в этом! Ни я, ни ты, ни наши друзья, ни эти бедные люди, что умерли сегодня из-за тебя! Ты направил свой гнев на невинных людей!
— Эволюция не имеет жалости.
— О чем ты, мать твою, говоришь?
— Им придется сделать выбор.
— Какой еще выбор? Умереть или превратиться в монстра?
— Нет. Умереть или стать лучше.
— Да чем же лучше? Ты посмотри на этих чудовищ!
Я указала на зараженных за спиной Маргинала, где по его словам «улучшенные версии людей» сдирали мясо с костей трупов и высушивали плоть досуха.
— Сыворотка Кейна поможет им не впасть в безумие.
Я опешила.
— Ты знаешь Кейна?
— Не лично. Я очень наблюдателен.
Мой мозг начинал закипать от мыслей, догадок, эмоций и потрясений. Это был самый дерьмовый день в моей жизни!
— Раз ты такой, мать твою, наблюдательный, ты знаешь, что сыворотка не решение проблемы. У нее временный эффект.
— Тем лучше. Зараженные люди никогда не забудут, в каких монстров могут превратиться, если не будут знать меры в своем потреблении. Им до конца жизней придется контролировать ненасытных монстров внутри себя.
— Это какая-то чушь, — я мотала головой.
А перед глазами-таки стояла картина того, как улучшенная форма людей разодрала маленького ребенка на части всего мгновение назад. О боже, я никогда не забуду его!
— Человек должен вымереть. Человек прежней формы должен быть истреблен, чтобы новый вид продолжил нашу историю.
— И ты решил убить всех здоровых людей, чтобы новая форма людей процветала? Ты же убил тысячи людей сегодня! Не все из них воскреснут!
— Я всего лишь помог естественному отбору.
Я продолжала мотать головой и развернулась, чтобы поскорее свалить от этого психа, от этой бойни, что он здесь учинил.
— Тебе их не спасти, камрад. Как ты вообще это видишь? Как человек уживется с зараженными на поверхности? Зараженные сильнее, быстрее, выносливее! Они стали стихией, неподвластной нам, как цунами, и простому человеку в цунами не выжить. А вот ты можешь.
Я остановилась.
— Не поспоришь ведь: обычный человек не выживет в новых условиях. Или ты будешь вечно прятать их под землей и охранять, как музейный экспонат? Ты можешь ходить на поверхности без защитного костюма! Ты сильнее, твои раны заживают быстрее, ты живешь дольше, ты познала безумие, в конце концов!
Я замерла, вспоминая ту черную дыру, куда меня постепенно засасывал вирус. Маргинал был прав, я была по другую сторону человечности и я всеми силами буду бороться за то, чтобы больше не очутиться в том чистилище.
— У человечества просто нет шансов рядом с такими как мы. Они по-прежнему глупы, они по-прежнему дерутся за власть. Триггер приказал расстрелять невиновных, был готов пустить в расход твоих друзей, а сегодня Триггер практически убил тебя. Вот за кого ты борешься.
— Триггер просто трусливый, тупой сукин сын! Он не определяет все человечество! И бороться я буду не за него, а за моих друзей! Отважных смелых ребят, которые в настоящий момент отдают собственные жизни ради других! Вот за кого я борюсь!
— За бессмысленно копошащихся тараканов? Мясо спасает мясо.
И он снова поразил меня своим цинизмом.
— Не таким я знала тебя, Маргинал.
— Я всего лишь хочу избавить тебя от бессмысленного противостояния. Новый вид поглотит человечество, он поглотит все!
Я развернулась и захромала прочь.
— Каждому придется сделать выбор, — звучал голос Маргинала в моем наушнике. — Ты не спасешь их, ты всего лишь оттянешь время, будешь тянуть пластырь, вместо того чтобы сдернуть его одним резким движением. Твои попытки бессмысленны. Ты не в силах …