Чтение онлайн

— Я в деле! — пообещал Артём. — И нужно что-то делать с лекарствами. Уверен, скоро «Диадема» создаст искусственный дефицит, чтобы взвинтить цены до небес. Тогда мы точно останемся один на один с проблемами пациентов.

Казалось, нас никто не заставлял тратить свои деньги, искать лекарства в лавках травника и закупать продукты. Но отделение стало родным домом для многих из нас, и мы делали всё возможное, чтобы сохранить его и максимально облегчить жизнь пациентам.

В следующие недели ситуация в стране заметно изменилась. Все рассчитывали, что цесаревич Алексей останется за рубежом до самого совершеннолетия, но наследник престола побоялся растерять союзников, а потому прибыл в страну буквально через месяц после смерти императора.

Алексей Михайлович объявил своего дядю в узурпации власти и выразил ему недоверие, а регентом выбрал мать, Екатерину Станиславовну.

На удивление армия и полиция поддержали молодого наследника, а по стране прокатилась волна задержаний сторонников Василия. Многие попали в опалу незаслуженно, но остановить жернова репрессий было не так-то и просто.

Несмотря на стабилизацию ситуации с наследованием трона, в стране продолжались беспорядки. К нам всё-таки пришла одна партия лекарств, но потом снова началась долгая пауза. Зарплаты тоже задерживали, и это сильно ударило по настрою персонала.

— Какой мне смысл работать, если деньги всё равно не платят? — возмущалась Михайловна. — Я тогда пойду и посижу дома на пенсии. Лучше внуками займусь, чем тут с пациентами ругаться и их родственниками.

Радимова постоянно заваливали вопросами оплаты труда, будто он платил со своего кармана. Отчаявшись, Егор Алексеевич собрал персонал, чтобы выплатить по десять тысяч каждому в качестве финансовой поддержки.

— Для поддержания штанов хватит, — улыбался Тарасов, пряча в карман заветные купюры.

А я не позволил себе получать эту помощь. Очевидно, что заведующий платил со своего кармана, потому как брать у кого-то из спонсоров такие большие деньги он бы не решился.

Светлым пятном в это время стал переезд Жилиных в наш дом. Паша с Таней получили квартиру в нашем подъезде, только на первом этаже.

— Просто подарок судьбы, — улыбался Пашка. — Трёхкомнатная квартира со всеми удобствами. Когда родится ребёнок, будет де развернуться. Жаль только, что ведомственная, но со временем и на свою заработаем.

Только мы отпраздновали новоселье, Таня легла в больницу, чтобы поддержать малыша, а Паша заглянул к нам в гости.

— Костя, у тебя есть что перекусить? Таня в больнице, а дома шаром покати.

— А самому приготовить? — улыбнулся я.

— Так ведь за продуктами нужно в магазин идти, а в такое время они все закрытые. Это только в центр ехать, в круглосуточный.

— Заходи, Паша, сейчас что-нибудь приготовим, — высунулась из-за моего плеча Лера.

Через час мы сидели за столом на крошечной кухне и стучали ложками по горшочкам с тушёной картошкой, мясом и овощами.

— Повезло тебе, Костя! — выпалил друг. — Лерка готовит так, что можно только мечтать.

— Вообще в такое время есть вредно, — заметил я.

— Угу. И жить вообще вредно, а то ведь можно и умереть. А что поделать? — пробормотал Жилин, доедая последние ложки угощения.

Подкармливать Жилина стало у нас обычаем. Особенно после дневных смен, когда Паша сразу после работы ехал к Тане в больницу, а обратно возвращался с пакетами продуктов, с которыми ничего толком не мог сделать. То, что он не умеет готовить, я понял уже на второй раз.

— Мы ведь с Танюхой как встречаться начали? — принялся рассказывать Пашка. — Получили ведомственные квартиры в одном доме, только в разных подъездах. Вот я к ней и стал бегать на ужин. А потом как-то задержался, и понеслось. Вот уже два года вместе. Что любопытно, в академии особо не общались. А тут одни в большом и незнакомом городе. Вот и сблизились.

— А, вы же все привольские, — вспомнил Лера.

— Это да! Только я из Светлореченска, просто у нас в городе академии целителей не было, поэтому и приехал учиться в Привольск.

В одну из ноябрьских ночей я проснулся от стука в дверь. Интересно, и почему гостю не воспользоваться звонком? Пашка вообще с ума сошёл, если решил наведаться в два часа ночи.

Я осторожно высвободился из объятий Леры, но девушка уже проснулась.

— Кто это может быть? — насторожилась Ильменская.

— Откуда мне знать? — сонно потянулся я, нащупал ногой тапки и направился к двери. — Может, у Пашки что-то случилось? Таню должны были выписать на днях.

— Костя, не открывай, — попросила девушка.

— А если что-то важное? Мы ведь даже не знаем кто там.

— Кто в своём уме придёт посреди ночи?

— Вот сейчас и узнаем.

У меня был непростой глазок, который подсвечивал всю лестничную площадку даже если в подъезде не было света — спасибо Блинову за чудесный артефакт. Хоть он и стряс с меня кучу денег, вещь однозначно полезная. Прислонившись к глазку, я увидел Тарасова. Серьёзно? Что он здесь делает в такое время, и почему не позвонил по телефону? Мужчина потерял терпение и постучал снова. Я даже использовал защитный артефакт Горюнова, чтобы развеять предполагаемое видение. Вдруг это одарённый духовник использовал ментальную атаку, чтобы вынудить меня открыть дверь и самому впустить налётчиков в дом, минуя защитные артефакты? Но облик Тарасова не спешил рассеиваться. Видение Жизни показывало, что старший целитель один на площадке.

— Ох, и крепко ты спишь! — проворчал Николай Юрьевич, когда я всё-таки открыл дверь.

— Гости по ночам не ходят. Тем более в такое время. Могли бы позвонить заранее.

— Не мог. Телефоны могут прослушивать, а я не хочу выдать себя, — заявил Тарасов. — Костя, нужна твоя помощь!

— В отделении?

— Нет, у меня дома. Катьку я побоялся просить, она ведь старшая целительница, а на тебя никто не подумает. Ты и Мокроусов — единственные из младших целителей, кто справится с поставленной задачей, но Артём отказался, поэтому надежда только на тебя.

— А если и я откажусь?

— Ты оставишь человека умирать?

— Для начала, я даже не знаю в какую историю вы хотите меня впутать.

— Идём, узнаешь по дороге, — бросил Тарасов. — Золотые горы обещать не могу, но спасение жизни хорошего человека — достойная причина, чтобы отправиться неизвестно куда.

— Хорошо, сейчас буду.

Я быстренько переоделся, пообещал Лере, что скоро вернусь, и последовал за Тарасовым.

Как оказалось, Николай Юрьевич с женой жил в доме на окраине Градовца. Назвать этот домишко особняком язык не поворачивался, но для небольшой семьи этого было вполне достаточно.