Чтение онлайн

Он понимающе кивнул.

Я повернулся и пошел обратно к лагуне. За мной шла моя рабыня Дженис. Пигмеи, к моему удивлению, гуськом двинулись следом. У самой воды я подобрал юбку и бусы девушки — она сбросила их, собираясь купаться. Я надел бусы ей на шею и тщательно обернул ее бедра алой тканью, не забыв одернуть одеяние ниже пупка. Я глянул на лес, затем на закатное солнце и, решив, что охотиться уже поздно, направился в сторону лагеря. Пигмеи, как ни странно, снова последовали за мной.

— Кису! — крикнул я. — Айари! Тенде! Элис!

Впервые за время нашего путешествия я встревожился не на шутку. На маленькой стоянке виднелись явные следы борьбы, на траве алели пятна крови.

— Их забрали люди мамба, — сказал предводитель пигмеев, — те, которые оттачивают себе зубы.

На речных диалектах мамбой называют вовсе не ядовитую змею, а хищных тарларионов. Значит, люди мамба — это все равно что люди-тарларионы. Ясно, откуда произошло такое прозвище. Как и тарларионы, они питаются человеческим мясом.

— Откуда ты знаешь, что это были люди мамба? — спросил я.

— Они прошли через лес пешком, — сказал предводитель пигмеев. — Явно хотели захватить вас врасплох.

— И все-таки откуда ты знаешь, что это были именно они?

— Мы видели их, — сказал один из пигмеев.

— Это наша земля, — добавил другой. — Мы знаем все, что здесь творится.

— Вы видели, как они напали на моих друзей?

— Мы не хотели подходить близко, — объяснил один из них.

— Мы боялись, — подтвердил другой. — Мы — маленький народ, а они большие, и их много.

— Но мы видели, как твоих людей уводили отсюда, — сказал третий.

— Значит, они живы! — воскликнул я.

— Да.

— Но почему вы не рассказали мне об этом раньше?

— Мы думали, ты знаешь. Мы думали, ты убежал и спасся.

— Нет. Я просто охотился.

— Если хочешь, мы поделимся с тобой мясом, — предложил пигмей. — У нас сегодня была удачная охота.

— Нет. Я должен спасти товарищей.

— Но людей мамба очень много! И они вооружены ножами и копьями!

— Все равно я попробую.

Человечки переглянулись и обменялись несколькими фразами на незнакомом мне языке, совершенно не похожем на наречия ушинди и укунгу.

Закончив совещаться, пигмеи обернулись ко мне.

— Услуга за услугу, — предложил их предводитель — Помоги нам избавиться от талун, а мы поможем тебе выручить твоих друзей.

— Вам придется проявить отвагу, — сказал я.

— Мы умеем быть отважными, когда необходимо.

— Вы прекрасно владеете копьями и сетями, — сказал я. — Это нам и нужно.

Укрепленный лагерь талун состоял из нескольких тростниковых хижин. Ярко светили три луны.

Я неслышно прокрался в лагерь и пополз вглубь. Слух мой был обострен до предела. За плотно запертой дверью одной из хижин я различил звяканье цепей.

В центре лагеря располагалась хижина выше и солиднее прочих. Дверь ее была слегка приоткрыта. Я бесшумно скользнул внутрь. Лунный свет просачивался сквозь тростниковые стены и крышу.

Девушка в короткой одежде из шкур спала, раскинувшись на плетеной циновке; светлые волосы ее разметались. Оружие было сложено у стены. Я невольно залюбовался не знавшими клейма округлыми бедрами.

Это была та самая красотка, которая пыталась заманить нас в ловушку, извиваясь в цепях у столба. Я не сомневался, что она — предводительница талун. Именно она отдала приказ преследовать нас. К тому же у нее была отдельная хижина.

Девушка беспокойно заворочалась во сне и закинула руку за голову. Бедра ее ритмично приподнимались. Она тихо застонала, мучимая желанием, — сильная самка безумно жаждала мужского прикосновения. Я улыбнулся. Днем такие женщины, как правило, суровы и безжалостны. Мужчин они ненавидят, не догадываясь об истинных причинах своей враждебности. Можно представить, в какую ярость они придут, если кто-то рискнет объяснить им, что они — всего-навсего женщины, тоскующие по властной руке господина! К сожалению, мужчины тоже не понимают этого. Чем сильнее мужчина угождает такой женщине, тем больше она на него злится; чем явственнее он пресмыкается перед ней, тем откровеннее она его презирает. Почему люди так слепы? Ведь она только и ждет, чтобы он швырнул ее к своим ногам и беспощадно подчинил своей воле. Она хочет быть женщиной, только и всего. Но как ей стать настоящей женщиной, если мужчина не желает быть мужчиной? Разве не жестоко со стороны мужчин отказывать женщинам в их самом сокровенном желании? Неужели они не видят, как прекрасны женщины в своей слабости и покорности?

Я с трудом подавил жалость к светловолосой красавице. Сейчас она — враг.

Девушка снова заметалась. Я выждал, пока она ляжет ровно и вытянет руки вдоль тела. Она застонала, стиснув маленькие кулачки.

Великолепно будет смотреться у невольничьего шеста.

Я стремительно навалился на нее и прижал руки к полу. В такой ситуации первый порыв девушки — закричать, уж в этом-то можно не сомневаться. Как только она раскрыла рот, я затолкал туда заранее скрученную валиком тряпку. Затем перевернул девчонку на живот, быстро связал ей руки за спиной и снова положил навзничь. В широко открытых глазах застыл ужас. Я ножом разрезал на ней одежду:

— Это тебе больше не понадобится.

Я внимательно осмотрел ее с головы да ног. Да, за такое тело можно получить хорошие деньги.

Она отчаянно замотала головой и при этом невольно прижалась ко мне, дрожа от нетерпения.

— Отлично, — похвалил я.

Глаза ее вспыхнули негодованием.

— Твои глаза говорят: «Нет», — усмехнулся я, — но тело кричит: «Да!»

Бедра блондинки снова начали двигаться, голова безвольно откинулась, в глазах заблестели слезы. Внезапно она потянулась ко мне и прижалась щекой к плечу. Я грубо толкнул ее на циновку.

— Ты — всего лишь приманка.

Я связал ей лодыжки, взвалил на плечи и вышел из хижины.

Лагерь я покинул не в обход, а через ворота, чтобы оставить четкий след.

— Вон они! — кричала длинноногая темноволосая девушка. — Попались!

Я пустился наутек через заросли, волоча за волосы связанную предводительницу талун.

Талуны, размахивая оружием, бросились в погоню. Однако очень скоро их воинственные крики сменились воплями изумления, гнева и ужаса.