Чтение онлайн

– Мои люди повсюду, Юстин. В каждом доме, на каждой улице. В порту и на главной площади. Уже на пути в Свесу и Тинат. На пути в Рокрэйн, который мы захватим так же легко, как и Эверок.

Юстин не мог ничего ответить. Незнакомый рыцарь – помощник Ренриса – запихнул ему в рот вонючую тряпку. Он держал Юстина за волосы и заставлял смотреть на умирающий город.

– И знаешь, что это? Это кара Сэтила. Это изгнание грешных душ. Это возмездие, Юстин.

Ренрис восхищенно смотрел на огонь, охвативший город. Главу клана «Или» пленила жажда мести. И, словно властитель самой смерти, он готовил план, о котором Юстин мог лишь догадываться. Безумец верил в то, что очищает мир и что сам олхи даровал ему это право. Выбрал преемником и возложил на его плечи эту миссию, а может, и вовсе сам переродился в теле Ренриса.

– От запаха жареного мяса просыпается аппетит. Правда ведь? – Он посмотрел на рыцаря, державшего Юстина. – Проводи моего гостя в обеденный зал, Тимс. Нас ждет вкусное жаркое.

Обеденный зал стал похож на камеру пыток, впрочем, как и весь дворец. Теперь он был опустевшим и мрачным. Без слуг, без радостных голосов, которые раньше так раздражали Гнев с Тщеславием. Без солнца, играющего с увядающими цветами. Вместо разбросанных ветром лепестков на полу лежали трупы горничных, кухарок и лакеев. Их кровь залилась в стыки каменных плит и высохла, а тела уже начали медленно гнить. Тимс толкал Юстина в спину, и тот, не успевая обходить багровые лужи, наступал прямо в них. Под ногами хрустело стекло из выбитых окон и осколки бутылок, которые наемники Ренриса нашли в королевских погребах. Пахло холодным металлом и кислым вином. И мясом, лежащим на тарелках, фарфоровых и удивительно белых, на фоне грязи, что захватила дворец.

Тимс силой усадил Юстина за стол. Вокруг стояли наемники из клана и следили за гостем.

«Тупоголовые», – подумал Юстин и понадеялся, что Тщеславие оценит это, но оно молчало. Так же как и Тимс, державший Юстина за плечо.

– Мои ребята совсем не умеют готовить. – Ренрис сел во главе стола. – Так уж заведено, что они убийцы, насильники и воры. Ну, только вот бестолковый Руп в прошлом шил платья.

Тучный наемник с отрезанным ухом широко улыбнулся.

– Но поваров среди них нет. Поэтому что смогли, то и сделали. Будь снисходителен к ним, Юстин. Они очень старались и хотели бы услышать похвалу.

Тимс вырвал изо рта Юстина тряпку, кандалы же с рук снимать не стал. Сплюнув на пол и размяв челюсть, Юстин наконец смог заговорить:

– К чему все это, Ренрис?

– М! – положив кусок мяса в рот, воскликнул тот. – Незримый, Руп, да ты просто мастер на все руки!

– Рад стараться, хозяин, – ковыряя под ногтями клинком, засмущался Руп.

– Только вот наш гость ничего не ест. Не нравится, Юстин?

– Не нравится, Юстин? – повторив за хозяином, Руп нахмурился и грозно шагнул вперед.

Тимс толкнул Юстина в плечо и вложил в руку вилку.

– Ешь. – Руп приставил клинок к его горлу. – Живо.

Юстин нехотя насадил на вилку кусок мяса и, оторвав часть зубами, проглотил ее.

– Не забывай, что это наш гость, Руп. Будь с ним вежлив.

Послушав хозяина, Руп натянуто улыбнулся и вернулся к стене, у которой до этого стоял.

– Чего ты хочешь, Ренрис? – Юстин повторил свой вопрос.

– Хочу власти. Хочу добраться до Рокрэйна, а потом и до Арасы. Хочу убить королей, предателей олхи, и исцелить мир от грешников.

– Я слышал это сотни раз… – кинув вилку на тарелку, скучающе сказал Юстин. – Придумай что поинтереснее.

Наемники насторожились и, оскалившись, приготовили ножи. Они ловили взглядами каждое движение Ренриса в ожидании, когда тот разрешит своим верным псам наброситься на добычу.

– Где летопись, Юстин? – Его лицо стало серьезным.

– Вот, другое дело, Ренрис, – откинулся на спинку стула бывший король. – Но я не дам тебе ответ, потому что не знаю его.

– Врешь. – Ренрис встал из-за стола, громко отодвинув стул.

– Зачем мне это? Тем более Руп такой милашка, я бы не смог ему солгать… Это выше моих сил.

– Смеешься.

– Думаю, на этом наш прекрасный обед подошел к концу? – Юстин тоже отодвинулся от стола и кинул взгляд на рыцаря. – Тимс, сопроводите меня обратно в темницу. Я соскучился по обществу крыс, которое куда приятнее вашего. – Юстин посмотрел на тучного наемника. – Руп, без обид.

Тимс схватил Юстина и повернул лицом к Ренрису, который в ту же секунду набросился на него.

– Где летопись?!

– Откуда мне знать?

– Где. Она. Незримый тебя ослепи.

Ренрис сжал кулак и замахнулся, готовясь ударить Юстина по лицу.

– О! Вспомнил! – улыбнулся Юстин. – Посмотри у себя в заднице, Ренрис.

И лицо обжег удар. Нос хрустнул, и звук этот эхом пронесся в ушах.

– Не шути со мной. Говори: где она?!

– Не жди от меня помощи, лучше сразу убей. Поверь, это решит все мои проблемы. Я только за. – Юстин откинул голову и посмотрел на Рупа. – Руп, поможешь? Я предпочитаю быструю смерть, но…

Еще один удар, но уже в скулу. И еще. И еще. Юстин не успевал отдышаться, не успевал прийти в себя, пока Ренрис без устали избивал его. Тимс держал Юстина, не давая ему упасть. Вдохнуть не удавалось, а из сломанного носа хлестала кровь, заливая рот. Теряя сознание, Юстин обмяк на руках Тимса, но, кажется, еще долго чувствовал, как Ренрис избивает его, лежащего на холодном полу.

Юстин проснулся на коленях Лирасы. Ее лицо кружилось перед глазами, нежные руки бережно вытирали кровь и гладили его волосы. Лираса напевала себе под нос.

– Вы проснулись и вновь оказались между моих ног, – ее голос вонзился в ухо будто лезвие, оглушая и причиняя боль. Но сил закрыть уши ладонями не было. Руки не слушались, как и все тело. – Выглядите ужасно, – хихикнула Лираса.

Юстин, проморгавшись, осмотрел ее: на шее виднелись следы от удушения, на щеке – свежий синяк, на треснувшей губе запеклась кровь.

– А себя-то видела? – говорить было почти пыткой.

Челюсть болела вместе с кровоточащими деснами.

– Зато я сплю на шелковой простыни, а не на сене в темнице. Надо же мне чем-то платить за это.

Лираса промокнула холодной мокрой тряпкой разбитую бровь и подула на нее, когда услышала, как Юстин зашипел от боли. Она была нежной, не такой, какой он ее видел в последнее время.

– Ты не заслуживаешь этого, – сказал он.

– Заслуживаю, красавчик. Вся моя жизнь – это пытка. И ей нет конца. Я родилась в борделе среди шелков, среди них и умру.

– Все женщины, которых я встречал, обладали властью и невероятной силой.

Юстин попытался встать, но тело свело – и он беспомощно упал на подстилку из сена. Грудь давило, и легкие были готовы разорваться от каждого вдоха. Любое движение причиняло боль, и тело Юстина горело так же неистово, как дома на улицах Эверока.