Чтение онлайн

Звук автомобильной сигнализации, щелчок открытой двери и мое тело, наконец, сгрузили на заднее сиденье неизвестной мне машины.

Я хотела воспротивиться, мало ли куда парень решил меня увезти. Уж ясно, что не в общежитие, которое находилось в двух минутах ходьбы отсюда. Но вылезти из машины самостоятельно оказалось непросто.

Сил во мне почти не осталось.

— Куда мы? — просипела я.

Рейн устроился за рулем и взглянул на меня через зеркало заднего вида. Черные глаза прожгли меня внимательным взглядом. На мои колени вдруг упала упаковка влажных салфеток, которую я машинально сжала в руках:

— Вытрись, сейчас мне весь салон кровью зальёшь.

До этого я даже не замечала, что у меня кровоточила губа и текла кровь из носа.

Я зашипела, стоило мне только коснуться грязными пальцами ранки на нижней губе. Прикусила, видать, пока терпела крепкие удары старшекурсницы.

Салфетки пришлись очень кстати.

Серые пейзажи города, размытые начавшимся дождем, мелькали в окне мчавшегося вперёд автомобиля.

Кристиан Рейн оказался лихим водителем, обгоняя и подрезая машины, попадающиеся на нашем пути. То и дело сзади звучали возмущённые клаксоны других автомобилей, но Рейну не было до этого дела. Машина неслась все быстрее.

Я не задавала лишних вопросов. Впрочем, у меня и не было желания что-то спрашивать. Хотелось лишь лечь и не чувствовать сковавшую все мое тело боль.

Умереть проще, чем терпеть подобное. Приходилось дышать мелкими урывками, лишь бы не тревожить отбитые рёбра и несчастный живот. Думать о том, что сейчас творится с моим лицом и волосами и вовсе не хотелось.

Стоило мне только взглянуть на рукава своего пальто, я поняла, что вся ткань была в грязи и мокрых разводах. А Рейн ещё там что-то про кровь говорил. Уже после одного моего присутствия в машине нужно будет химчистку заказывать.

Борясь с дурнотой, я не заметила, как мы приехали. Местом, куда мы так мчали, оказалась знакомая современная высотка, огороженная забором и постом охраны. Дом Мартина.

Дверь с моей стороны открылась и Кристиан в очередной раз за этот день взял меня на руки. Находиться в его объятиях мне было неловко и больно. Это вызывало совсем не те ощущения, что были с Мартином…

Мартин…

Я так и не успела ничего ответить ему. А где теперь мой телефон, я вообще понятия не имела. Наверное, до сих пор лежит в луже в темном сквере, как и другие мои вещи. И как теперь связаться с ним?

И зачем Рейн привёз меня именно сюда?

Охранники на посту не задавали лишних вопросов. Лишь посмотрели допуск Рейна на территорию и пропустили машину на парковку. А потом парень и вовсе не заморачивался со мной. Донес мою обессиленную тушу до квартиры Солмнхелла и даже открыл дверь неизвестно откуда взявшимися ключами.

Запах моего оборотня тут же вдарил в нос, стоило мне оказаться внутри, даря неожиданное успокоение и чувство правильности происходящего.

Именно здесь я должна быть.

Зачем я упиралась? Сейчас сама не понимала. Почему не хотела оставаться у Альфы с самого начала? Гордость и смущение говорили тогда во мне. Я не хотела спешить, не хотела влезать в чужую до недавнего времени территорию, несмотря на то, что Мартин буквально уговаривал меня остаться здесь до его приезда. А теперь я жалела, что не согласилась. Тогда всего этого, наверное, и не случилось бы…

Совершенно не церемонясь, Рейн опустил меня на знакомый диван в гостиной и опустился передо мной на корточки:

— Сколько пальцев показываю? — перед моим лицом замаячило три пальца.

— Три…

Оборотень тихо вздохнул.

— Значит, сотрясения нет, вроде. Хоть что-то. Голова кружится? — спросил парень.

— Немного…

— Погоди. Здесь где-то должна быть аптечка.

Рейн скрылся в недрах квартиры. А я осталась в комнате одна, уткнувшись взглядом в замыленное дождем панорамное окно. Лишь бы не отрубиться…

Наконец, вернулся Кристиан. И не с пустыми руками.

— Держи, — мне протянули стакан с обычной водой и серебристый блистер с неизвестными мне таблетками, — Это обезболивающее. Регенерация скоро начнёт действовать, но это не значит, что нужно терпеть боль.

Я не ожидала такой заботы от, по сути, незнакомого мне оборотня. Даже несмотря на то, что он являлся другом и братом Мартина. И вообще. Как он оказался в том сквере?

Я подняла взгляд на парня, но тот уже уткнулся в своей телефон. Пришлось запить таблетку и свои появившиеся вопросы водой.

Меня напрягало столь близкое присутствие Рейна рядом со мной. Но могла ли я сказать сейчас что-то нелицеприятное, когда он стал сегодня, по сути, моим спасителем? Пришлось снова прикусить язык.

Обезболивающее оказалось быстродействующим. Мое тело безвольно обмякло, перестав содрогаться от невыносимой боли.

— Ты пишешь Мартину? — наконец, нарушила тишину между нами, когда парень так и не оторвался от своего телефона.

Он качнул головой.

— Нет смысла тревожить его. Он специально попросил присмотреть за тобой в его отсутствие, но я не думал, что с тобой действительно что-то может случиться. Но ты меня удивила.

Я себя тоже. Я сделала очередной глоток, хотя не чувствовала жажды.

— Тебе нужно раздеться.

— Чего? — я недоуменно уставилась на парня.

— Я хочу осмотреть тебя.

— Не надо, — для убедительности я даже покачала головой, — Ты не врач.

— И что? — оборотень пожал плечами, сканируя меня взглядом, — Синяки тебе мазью намазать вполне способен.

— У меня есть регенерация. И я тоже в состоянии намазать себе синяки. Не утруждайся.

Рейн еще мгновение рассматривал меня, но настаивать больше не стал. И слава богу. Не надо мне его помощи. Но вот снять хотя бы верхнюю одежду все же стоило. Я до сих пор сидела в грязном пальто и ботинках, оставляя за собой некрасивые следы.

Стиснув зубы, я осторожно стянула с себя пальто и обувь. Таблетки хоть и подействовали, однако не снимали все неприятные ощущения в теле. Приходилось действовать предельно аккуратно.

— Тебе нужно поспать, — вновь напомнил о себе Альфа, все также находясь вместе со мной в гостиной, — Регенерация пройдёт легче.

— Спасибо за совет, — постаралась абстрагироваться от пристального внимания парня.

Неспешным шагом, отказавшись от чужой помощи, хотя она была бы очень кстати, я прошла в спальню Мартина. Мне просто совершенно не хотелось оказываться сейчас на чужих руках.