Чтение онлайн

— Это ошибка, — повторил Сэм.

Но король его уже не слышал. Эмирей хотел было выйти из покоев, но остановился. Он грустно сказал:

— У меня нет отца, но ты, Сэм, всегда его мне заменял. Я думал, что ты обрадуешься, когда услышишь эту новость. Ведь я тебе, как сын. И твой сын женится, а в скором времени станет отцом! Но ты совсем не обрадовался за меня.

— Потому что я боюсь, — Сэм повернулся к королю, — боюсь за вашу жизнь, которая висит на волоске.

Эмирей ничего не ответил. Только тяжело вздохнул и вышел.

— За воротами столпились люди, — доложил прибежавший стражник. — Похоже, они чем-то недовольны.

Эмирей и без доклада стражника мог догадаться по гневным крикам, долетавшим до его слуха, что подданные, собравшиеся у дворцовых стен, находятся в негодовании.

— С момента оглашения вашего указа едва прошло две недели, — заметил Сэм, помрачнев, — а люди уже бунтуют. И это только начало. Все усложнится, если вы обручитесь. До того все серьезно, что вы можете потерять власть!

Эмирей молчал и, сосредоточенно нахмурившись, размышлял.

— Есть еще время все исправить, — осторожно добавил Сэм, надеясь вразумить подопечного.

Но у него ничего не получалось. Тем временем суматоха за стенами только усиливалась. К совещавшимся присоединилась Элиза. Она была встревожена не меньше Сэма и даже предложила отступить. Но Эмирей не захотел ее слушать.

— Пару дней назад я отправила своему знакомому письмо, — сказала Элиза и передала свиток королю. — Он давний друг моей семьи. Попросила его рассказать, как обстоят дела в Мирихе. И он пишет, что народ восстал против дошедшей до них вести о нашей помолвке. Они решительно протестуют, а некоторые обратились к Ареону с просьбой восстановить справедливость и не позволить мне очернить династию правителей Мириха. Все обвиняют меня в измене. И не только меня, но и вас, как видите. К тому же…

Элиза не смогла договорить.

— Что? — Эмирей от отчаяния не знал, куда деться.

— Ареон издал указ о моем аресте с последующим исполнением наказания за измену стране. А это казнь. Мы можем остановить эту волну протеста. Ни мой народ, ни ваш не поддерживает этот брак. А идти против них мы не можем.

— Прислушайтесь к ней, Ваше Величество, — попросил Сэм.

— Почему мы должны идти на поводу у всех? — Эмирей всплеснул руками. — Почему все должны диктовать мне то, что я должен делать, с кем должен связать свою жизнь и как.

Элиза вытерла слезы. Эмирей же продолжил, будучи не в силах остановиться:

— Если ребенок родится вне брака, церковь его не примет. Он будет лишен наследственного права занять престол после моей смерти. Он будет всю жизнь подвергаться порицанию общества. На него вечно будут смотреть, как на недостойного. Он не сможет обучаться в академии, лишится всяких прав, на которые могут рассчитывать даже дети обычных крестьян. Он никогда не получит какой-либо титул.

Эмирей посмотрел на Сэма, потом на Элизу. Он хотел хоть у кого-то отыскать поддержки.

— Я не обреку своего ребенка на такую жизнь, в течение которой все вокруг будут его презирать. Завтра мы обручимся во что бы то ни стало. И когда мой народ увидит, что протесты ничего не изменят, они смирятся с моим решением. А вы, Элиза, знайте. Когда власть во дворце Мириха перейдет к вам, никто больше не будет заикаться о вашей якобы измене. Потому что за вашей спиной будет не только королевский титул, полученный по праву рождению, но еще и я. А вместе со мной и моя страна.

Эмирей ушел, и принцесса с советником остались вдвоем.

— Я правда люблю свою страну, — призналась с комом в горле Элиза, — но она меня — нет.

— Все будет хорошо, — подбодрил Сэм бедную девушку.

— Мне так страшно. — Элиза теребила дрожащие руки. — Мне кажется, что должно случиться что-то плохое. — Рука Элизы опустилась к животу. — Я не смогу его защитить.

Она думала о ребенке, и ее страх был вызван беспокойством не о своей безопасности, а о жизни невинного дитя, которое еще не родилось.

— Элиза, — обратился к ней советник, — что бы ни случилось, я буду рядом. Я сделаю все, чтобы вы и ваш ребенок были в безопасности.

Элиза заплаканными глазами, в которых читалась благодарность, посмотрела на Сэма.

— Спасибо, — искренне сказала она и, легко поклонившись, ушла.

Анна знала, что произойдет дальше. Она как будто помнила те быстро пролетевшие перед глазами события. Как и обещал Эмирей, они с Элизой сели в экипаж и по более-менее безопасной дороге поехали к храм. Когда-то его родители связали свои судьбы именно в этом святилище.

В трясущемся экипаже Эмирей сказал:

— Я знаю, что сейчас все против нас. Но придет время, когда все изменится. Я убью Ареона, и власть в Мирихе перейдет к вам. Тогда мы создадим процветающий мир, где все будут жить в согласии. Наши страны не будут воевать, а мы будет жить счастливо. Я уверен когда-нибудь мы будем наблюдать, как наш маленький ребенок босыми ногами бежит по зелёному, усеянному ромашками полю. И все будет хорошо. Все будет спокойно и мирно. Не будет войны, кровопролития и недовольств.

Элиза прижалась к его груди.

— Я хочу, чтобы все было так. И чтобы война быстрее закончилась, — сказала Элиза и посмотрела на короля, — только не отпускайте меня.

— Никогда, — прошептал Эмирей, нежно поцеловав девушку в лоб.

Элиза взяла его руку в свою и крепко сжала. Ее лицо казалось умиротворенным, но глаза были беспокойны.

И вот настал важный момент. Они сняли обувь у входа в храм. Поклонились и помолились. Встали друг напротив друга. Такие молодые и влюбленные. Священник, что вел тихую церемонию без посторонних, зачитывал молитву. Элиза смотрела на любимого нежно, мечтательно. Эмирей же не мог отвести от нее взгляда. Она была красива. В простом белоснежном платье, с распущенными волнистыми волосами и сияющими глазами. Она была счастлива.

Священник спросил согласие Элизы связать себя узами барка с Эмиреем, и она ответила без раздумья:

— Да!

Затем он обратился к Эмирею. И тот с улыбкой ответил:

— Согласен!

Эмирей надел на палец Элизы серебренное кольцо с маленькими зелеными и голубыми камешками. Анна знала, что это кольцо принадлежало когда-то матери Эмирея. Королеве Лили. Знала, потому что просто помнила. И теперь он его дарит своей супруге. Обряд прошел быстро. А когда они вышли из храма, их ждал Сэм.