Чтение онлайн

Петляя коридорами, Герант уверенно шел вперед. Это место он совершенно точно знал как свои пять пальцев и, обернувшись, сказал, что стоит проверить апартаменты Госпожи. Он все еще где-то в глубине души верил, что все это случайность, но мне казалось, что именно там все и выяснится. И ничего хорошего мы определенно не узнаем.

Поворот. Еще один.

Герант замер как вкопанный, всматриваясь в густой мрак впереди. У двери в конце коридора не горели свечи, а едкий запах свежей крови ударил в нос даже на таком расстоянии. На обшитых деревом стенах были видны темные разводы.

Огонек у двери горел зеленым.

— Будь готов, — тихо сказал Герант.

— Я всегда готов.

Вольный как-то нервно хмыкнул и шагнул вперед.

Я не мог представить, что увижу за дверью. И, если честно, совершенно не хотел представлять. Окружающая тишина пугала меня до дрожи, наталкивала на самые мрачные мысли, и я никак не мог избавиться от чувства, что что-то темное, отвратительное и злое проникло в наше единственное убежище.

Мы привели это за собой: у меня не было сомнений, что кто-то пришел сюда в поисках конкретных беглецов, и именно мы поставили под угрозу дом Госпожи. И от одной этой мысли становилось невыносимо тошно и горько, накатило чувство бессильной ярости.

Девчонки у Госпожи боевые, да и она сама себя в обиду не даст, но понимание этого никак не могло заглушить чувство вины.

Подойдя к двери, я коснулся панели электронного замка и шагнул назад, чтобы поднять дробовик. Кто бы там не прятался — если он решит напасть, то получит заряд красного сцила в морду незамедлительно. Дверь отъехала в сторону, открывая темное нутро кабинета. В дальнем углу одиноко трепыхалась свеча, а в нос ударил тяжелый кровавый дух, от которого к горлу подкатила вязкая горькая волна тошноты.

Что-то щелкнуло за спиной, и мимо пролетела крохотная светящаяся сфера. Упав на пол, она поднялась в воздух на пару дюймов и вспыхнула теплым оранжевым светом, выхватывая из густых теней изломанное тело и темные пятна на светлом ворсе ковра.

Марта. Одна из приближенных Госпожи.

Заглянув внутрь, я больше никого не увидел. Присев на корточки, я перевернул женщину и содрогнулся всем телом, увидев, что большая часть лица просто снесена прицельным выстрелом. Марта боролась до последнего, правая рука была неестественно вывернута и сломана чуть выше запястья. Верхняя челюсть застыла в промежуточном состоянии между человеческой и вампирской. Женщина хотела убить врага и выпить его досуха, но кто-то оказался быстрее.

— Им есть где спрятаться? — голос Фэда за спиной звучал глухо и напряженно.

— Это место настоящий лабиринт, — я поднялся и осмотрел комнату еще раз. Ничего. Кто бы тут не подкараулил вампиршу, он ничего не искал, пришел исключительно ради убийства. — Будем надеяться, что Госпожа успела увести девушек, но они дамочки боевые. Кто-то мог остаться и принять бой, как Марта.

— Хочется верить, что им повезет больше.

— Есть идеи? — вернувшись в коридор, мы двинулись к лифту, спрятанному в узком коридоре справа. Его не видно, если стоять слишком далеко от двери.

— О нападавших? Никаких, — Фэд двигался так тихо, что я мог ориентироваться только на звук его голоса. — Если только никто из твоих подружек — или сама Госпожа — не сдали нас Совету.

Я мотнул головой и свернул к лифту. Панель вызова была активна, и я позволил себе облегченно вздохнуть.

— Они бы на это не пошли. Госпожа слишком дорожила нашим соглашением, каждая девушка для нее — как родная дочь. Она не стала бы рисковать их безопасностью ради какого-то сомнительного вознаграждения.

Замерев у двери, я нервно постукивал пальцами по бедру, молился о том, чтобы лифт приехал быстрее, и надеялся, что с Ши ничего не случится, пока мы не стоим над душой у «Цикуты». Там, конечно, остался Бардо и, судя по общению с кораблем, друг задел все-таки его какие-то глубоко запрятанные струнки.

Над головой пискнул сигнал о прибытии лифтовой платформы.

Двери разъехались в стороны, и я едва успел увернуться от летящего мне в лицо тонкого стилета. Из густого мрака кабины выскочила совсем еще молодая девчонка, имени которой я не знал. Шелковые ленты, типичного для девочек Госпожи наряда, растеклись по полу, как ядовитые ручейки. Девчонка припала к земле, встав на четвереньки, ее шея неестественно изогнулась, и на меня уставились совершенно черные глаза, без единого намека на белки.

Из напряженного горла вырвалось сдавленное животное рычание.

Фэд вскинул пистолет, но я успел оттолкнуть его в сторону, и выстрел прошел над головой белокурого «зверька» и врезался в стену, оставив на деревянной панели угольную борозду.

— Не стреляй! — рявкнул я.

Девка взвизгнула и ломанулась вперед, метя острыми когтями мне в горло, но магистр перехватил ее буквально в воздухе и впечатал в пол. От протяжного звериного воя заложило уши, и я, выхватив из-за пояса инъектор с успокоительным, вонзил иглу в грудь девчонки.

Та дернулась и затихла, глаза закатились, но не закрылись до конца, отчего черная пелена, затянувшая радужки и белки, была отчетливо видна.

— Ты обалдел?! — магистр обжег меня таким взглядом, что внутренности должны были превратиться в пепел и высыпаться нахрен.

— Посмотри лучше! — зажав лицо девчонки руками, я повернул его так, чтобы свет свечей падал на глаза. — Ее одурманили, Фэд! Она не понимает, что делает.

— Одурманили… — магистр раздосадованно цыкнул и убрал пистолет за пояс. — Все это дурно пахнет.

— Есть соображения?

— С дурманом у меня была связана только одна бывшая. И я ее пристрелил, если ты помнишь.

Магистр подхватил девчонку на руки и вернулся к кабинету. Положил ее внутри у стены и вышел, заперев за собой дверь.

— Проспит она долго, так что пусть здесь полежит, — посмотрев на меня, Фэд только раздраженно отмахнулся. — Мне стоило проверить, действительно ли она мертва. Но, возможно, это все просто совпадение.

— Совпадение? Они с нами не случаются, — хмыкнул я.

— Так и есть, — Фэд помрачнел, нахмурился и о чем-то задумался на добрые несколько секунд. — Идем, — бросил он через плечо. — Не будем заставлять врага ждать.

***

Покои Госпожи находились двумя уровнями выше. Здесь и коридоры были шире, и света было не в пример больше, чем в темных и полных теней проходах нижних этажей. Первое, что мы услышали, как только двери разъехались в стороны, — крики и отборную брань. Госпожа Лир, со свойственной ей прямотой, обещала кому-то болезненную смерть и что-то рычала о кишках, развешанных в ее личной коллекции.