Чтение онлайн

Невыносимо…

— Магистр, пожалуйста…

— По имени, Флоренс, — его голос просел и охрип, отчего я только задрожала сильнее.

Чуть повернув голову, я поймала его затуманенный взгляд.

— Фэд…

Пальцы надавили сильнее, задвигались резко и жестко, а острые зубы сомкнулись у основания шеи, вышибая из меня весь дух. Содрогаясь и крича, я раскрылась навстречу сокрушительному удовольствию и только через несколько долгих секунд — или минут? — снова смогла видеть и слышать.

— Мне стоило быть нежнее, — вдруг сказал он, целуя меня в затылок. — Первый опыт все-таки.

— Откуда вы знаете?! — я повернулась так резко, что мы чуть не столкнулись лбами.

— Флоренс, мне много годиков, я такие вещи сразу понимаю.

От его усмешки я покраснела еще сильнее, хотя казалось бы — куда сильнее?

— Но я все равно ничего не пообещаю!

Ухмылка магистра стала шире.

— Это мы еще посмотрим.

— Надеюсь, ты знаешь, как активировать врата, — проворчал я, нависнув над приборной панелью. Бардо только усмехнулся. Он точно знал, что делает, но я не мог избавиться от грызущего меня беспокойства. От странной всепоглощающей уверенности, что что-то обязательно пойдет не так.

Все вообще шло не так в последнее время — глупо ждать, что боги смилостивятся в этот раз!

— Прекрати паниковать. — Ши подошла так тихо, что я невольно вздрогнул, когда ее ладонь погладила меня по спине. — Я прямо вижу, как крутятся шестеренки в твоей голове, вольный. И слышу скрип с другого конца мостика.

— Он не может! — хохотнул друг. — Герант рожден для того, чтобы нервничать и волноваться. Ты подожди: когда вы детей заведете — его паранойя вырастет до запредельных показателей.

Я невольно закашлялся и почувствовал, как ноготки Ши впиваются в мое плечо. Для Бардо эта тема была самой обычной — в конце концов, он отец двух очаровательных сорванцов. Да и спасенная с той хищной планеты девочка наверняка в его семье приживется. Друг души не чаял в детях, а Аврора в полной мере разделяла его чувства.

Вот только как Ши на все это отреагирует — я не знал.

Ее бесконечные мысли о «полукровности» никуда не делись. Просто притупились немного, поблекли и отступили на задний план. Пока что у Колючки не было времени задумываться о будущем и о том, что нас ждет на Заграйте — если мы вообще туда вернемся. Она хотела работать в гильдии, устроить свою жизнь, стать независимой, разобраться со слугами Севера: помочь им обжиться на новом месте, ведь на Бурю изначально не было никакой надежды.

Слишком много дел впереди.

Я знал, что вне пары двоедушники не могли иметь детей, но всегда перестраховывался. Регулярно посещал медицинский центр на Заграйте, где проходил процедуру «временной стерилизации», рассчитанной на три месяца. И скоро срок истекал — близость с Ши в ближайшее время могла принести неожиданный результат.

Откуда только мысли такие? Ши наверняка не захочет пока думать о детях! Она такая молодая, полная амбиций.

Это все Бардо со своими странными заявлениями, все в голове спутал!

— Что, выбил я тебя из колеи? — друг сверкнул широкой белозубой улыбкой и хитро подмигнул.

Долбаный телепат!

— Не напрягайся, Герант, — примирительно проговорил он. — Лучше посмотри: мы приближаемся к тайнику. Скоро снова увидим странных птичек, скажем им: «Привет», выпьем чай и поболтаем о древней погибшей цивилизации у походного костра.

«Цикута» набрала нужную скорость, и мы с легкостью прошили защитное поле, вернувшись в странный город, разрушенный колоссальным черным деревом. Оставалось только забрать Ключ и пройти через врата.

— Вообще, мне дико любопытно, как выглядит этот «пожиратель планет», — сказал я и покосился на Ши.

Колючка поежилась и невольно сжала рукоятку клинка.

— Поверь, нет там ничего интересного. Тем более если «Цикута» все поняла правильно, то скоро мы лично с этой тварью столкнемся.

— Чувствую неуверенность, — голос «Цикуты» сочился недовольством. — Я, между прочим, никогда не ошибаюсь! Мои вычисления безупречны, данные навигационной системы — новейшие, а мозг, как я уже говорила…

— Да-да, величайшее творение во всей галактике, — передразнил ее Бардо.

— Помолчи! Я тебя еще не простила за «шлюховозку».

— Можно подумать, я сказал неправду.

Их шутливая перепалка не могла отвлечь меня от открывшегося вида. Этот мир вызывал у меня нервную дрожь, и я никак не мог представить, как моя девочка справилась со всем, да еще и давала отпор чокнутому сынишке своего погибшего хозяина.

Девушка стояла рядом и старалась ничем не выдать своего беспокойства, но я-то точно знал, как она волнуется и переживает. Внутри нее натягивались крохотные струнки — они дрожали и резонировали от накатившего страха, отвращения и затаенного любопытства. Ни один человек вот уже сотни лет не проходил через врата. Их вообще считали нерабочими.

Артефактами далекого прошлого, реликвиями, которым самое место в музее.

Теперь же они представлялись мне реальной угрозой. Провалом в неизвестность, где могла поджидать самая разная жуть: опасная, голодная, обозленная или — что еще хуже — поехавшая крышей и готовая поглощать целые миры — только бы набить необъятное брюхо.

Как ни странно, птиц мы не заметили. Они либо попрятались в норах, либо устали выискивать добычу и забились в бесконечные лабиринты под деревом. Правда, от этой тишины было еще больше не по себе. Ведь все это могло оказаться очередной ловушкой.

— Приземляемся, — сказал Бардо. — Заберете Ключ, и «Цикута» сможет настроить врата.

***

Стоя на площади перед колоссальной каменной аркой, я испытывал настоящее, неподдельное благоговение. Я чувствовал себя маленьким, ничтожным перед лицом небывалого открытия. И когда проем арки затянется темным маревом и мы влетим в неизвестность, то вся привычная жизнь останется за спиной, покажется совершенно незначительной.

Ведь мы могли умереть. Я столько раз себе это говорил, что даже привык. Это задание могло стать последним, этот полет мог стать последним, эта планета… И я повторял себе это каждый раз. Перед каждым новым заданием, новым полетом или планетой.