Истинная красота
Шрифт:
Проходит несколько минут, прежде чем она снова подает голос:
— И каков план? И что я скажу людям о том, кто ты?
— Ты скажешь им правду, только умолчишь о том, что я агент ФБР.
Она пытается прояснить ситуацию.
— Как я могу рассказать им правду, если не могу поведать, что ты агент ФБР?
— Расскажешь им все остальное. — Притягиваю ее ближе, приближая рот к ее уху. — Скажешь, что я снова появился в твоей жизни и никуда не уйду.
— И с каких пор это правда? — Она хочет казаться дерзкой, но ее тон мягкий и неуверенный.
— С тех пор, как я вернулся. И все, включая твоих родителей, узнают об этом.
Она замирает.
— Не надо, Райдер. Я сказала, что помогу тебе, но не позволю использовать меня в качестве орудия мести отцу.
Эмили пытается вырваться из моих рук, но я держу ее крепче.
— Это не имеет никакого отношения к желанию разозлить твоего отца. Дело в том, что мне необходимо забрать то, что у меня отняли, и это, Эмили, ты. Ты моя, и всегда была моей, и я не позволю никому, включая тебя, помешать мне вернуть тебя.
Она продолжает молчать, и я знаю, что это потому, что она сомневается в каждом слове, которое я только что сказал. Отведя ее волосы в сторону, я целую ее обнаженное плечо и наблюдаю, как нежная кожа покрывается мурашками.
— Скажи это, детка, — шепчу я, целуя еще раз, но на этот раз в стройную шею. — Скажи мне, что ты моя. — Ее дыхание становится прерывистым. В тот момент, когда я думаю, что достучался до нее, и все измениться в мою пользу, я слышу, как открывается входная дверь.
— Эмили? — я сразу же узнаю голос мексиканки.
Блядь, совсем неподходящий момент.
Эмили тут же поднимается.
— Роза, я на кухне.
Роза вбегает в комнату и обнимает Эмили.
— Ох, милая, ты в порядке? — спрашивает она, ее голос хриплый от беспокойства, она точно знает о вчерашнем.
— Да, со мной все нормально.
Она обхватывает лицо Эмили и осматривает его, прежде чем повернуться ко мне. Видит мои перевязанные ребра, и если бы взгляд мог убивать, я бы уже оказался глубоко под землей.
— Ты! — она осуждающе выплевывает мое имя, а затем хватает с раковины полотенце и начинает шлепать меня им. — Я сказала тебе не вмешивать в это мою девочку!
Эмили ахает, а потом пытается дотянуться до полотенца, пока я блокирую легкие удары по лицу.
— Нет, Роза, остановись! Райдер не виноват.
— Ага, как же! — парирует она, продолжая бить меня. Наконец я хватаюсь за полотенце, но она ударяет еще раз. Она хлопает меня по руке ладонью, и клянусь, на мне остаётся красный след. Господи, ну и злюка.
— Роза, правда же, Райдер здесь ни при чем. Он спас мне жизнь.
— Он во всем виноват! — утверждает она, указывая на меня пальцем. — Ты не послушал меня! А я говорила, что это случится!
Эмили в замешательстве смотрит то на меня, то на Розу.
— В смысле, ты сказала ему, что это случится? О чем ты говоришь? — И тут она все понимает. — Это то, о чем вы двое спорили на днях? Она знает, кто ты на самом деле? Есть что-то, о чем мне не лгали? — обиженно спрашивает она.
— Нет, она не знает. Это не то, о чем ты думаешь, Эм. Это… — Я замолкаю, когда снова раздается звук открывающейся двери. Господи, здесь что, никто не умеет стучать?
— Эмили! Где ты? Нам срочно надо поговорить! — Резкий командный женский голос заставляет меня напрячься.
Эмили нервно смотрит на меня.
— Это мои родители, — произносит она, прежде чем побежать в гостиную.
Роза следует за ней, выглядя охрененно испуганной. А я решаю остаться на месте, и посмотреть, что им надо.
— Ты собиралась рассказать нам, что вчера вечером была на месте преступления? — притворно обеспокоено спрашивает ее мать, но она больше похожа на стерву, чем на волнующуюся родительницу.
— Откуда вы узнали?
— После того, как утром ты рассказала СиСи, она поведала своему отцу, и Пол сразу же позвонил твоему отцу. Он полагал, тот имеет право знать.
Готов поспорить, козел уже был в курсе.
— Я собиралась вам рассказать. Это было вчера вечером, я в порядке. Я...
— Мы бы не волновались, если бы ты была в порядке.
Моя кровь кипит, и не только из-за комментария козла, а из-за голоса ее отца, услышанного столько лет спустя.
Слышу вздох Эмили.
— Да, Полагаю, не стали бы.
— Ой, да прекрати жалеть себя, Эмили!
Да пошло оно все! Слыша слова ее матери, я не могу больше сдерживаться.
— Собирай вещи, ты немедленно возвращаешься домой! — заявляет ее отец.
— Хрена с два. — Все смотрят на меня, когда я вхожу в комнату. Эмили с трепетом, ее мать шокировано, но затем осуждающе, когда оглядывает меня с головы до ног и видит, что я по пояс обнажен. Должен признать, я чувствую себя неловко без рубашки, но ее отсутствие меня не останавливает.
Игнорируя всех в комнате, я фокусируюсь лишь на одном человеке, которого так долго ненавидел, того, кто забрал единственного, кого я любил.
— Мистер Джеймсон, вот мы и встретились снова, — спокойно здоровается он, но нельзя не заметить ярость в его глазах.
— К сожалению, да. — Я подхожу к Эмили и притягиваю ее к себе. — Ты в порядке, детка?
— Да, — тихо отвечает она.
Мать Эмили фыркает.
— Это семейное дело, вы с Розой должны уйти.
— Нет, они не уйдут, — зло отрезает Эмили. — Роза член нашей семьи, и...
— Все хорошо, мисс Эмили. Мне все равно надо идти. Я просто хотела зайти и убедиться, что с тобой все в порядке. Позвони мне позже, дорогая. — Она подходит и быстро целует ее, затем настороженно смотрит на отца Эмили, пока идет к двери. — Увидимся в четверг на ужине, сэр.
Он кивает, а мать Эмили следит, как Роза выходит за дверь.
— Это просто нелепо, эта женщина обращается с тобой как с ребёнком.
— Совсем нет, и ты не имел права выпроваживать ее из моего дома.
— Это не твой дом, — парирует ее отец. — Он принадлежит моему деловому партнеру, и его оплачиваю я.
— Только потому что ты навязал мне это. Мне не нужны были твои деньги тогда, не нужны и сейчас. Я могу жить в другом месте и платить за жильё сама.
— Перестань быть такой неблагодарной! — огрызается мать. — Мы не собирались позволять тебе слоняться по трущобам, но, похоже, ты все равно это сделала. — Она усмехается и неодобрительно смотрит в мою сторону.