Чтение онлайн

"Бывают же такие… Посмотрите на него — просто царь всея деревня. Самоуверенный, наглый, ещё один кандидат в павлино-нарциссные ряды".

Кипя от возмущения и жалея сорвавшийся отдых у воды, Есения закончила паковать пляжные принадлежности и, уже не оглядываясь, но чувствуя спиной настойчивый взгляд, отправилась домой.

*

Марк.

Ну и девица. Это же надо — ни кожи ни рожи, а гонору сколько! Фырчит, храбрится, а от самой страхом несёт за километр. И в пацана вцепилась, защищать собралась. Смешная. Волчонок тоже хорош — скалиться вздумал. Почуял альфу, паршивец. Что, вообще, за бред здесь происходит? Ничего не узнал, только настроение себе испортил. Нужно послать ребят аккуратно собрать информацию про эту парочку. Не дело это, когда не пойми кто живёт на территории стаи. Ещё и папаша заявится, начнёт права качать.

Марк добрался до дома и вызвал к себе бету.

— Серж, кто из ребят у нас пообщительнее? Пошли к соседям этой… — Марк заглянул в папку с одиноким листом бумаги, — Есении, пусть расспросят. Бабка явно рассказывала что-то. Только осторожно, пусть влюблённым прикинется, что ли. Так и так, понравилась девушка, не знаете, замужем или у меня есть шанс?

Альфа хмыкнул, потешаясь над собственными словами. Сложно представить кого-то влюблённым в боевую бешеную моль.

— Всё уже сделано, альфа. Матвей час назад отправился на задание, как закончит — сообщит.

— Молодец, Бусыгин. Я только подумал, а ты уже сделал.

— Это и в моих интересах. Марго пригласила эту дамочку с сыном к нам в гости.

— И что, приходила? — заинтересовался Марк.

— Нет пока. Но, зная мою, это вопрос времени. Всё равно затащит в дом.

Альфа кивнул, соглашаясь, и друзья занялись текущими делами стаи. С запросами на вступление провозились дольше запланированного, почти до обеда, и, когда помощница по хозяйству позвала за стол, с докладом явился вернувшийся с задания Матвей.

— Что удалось выяснить? — Марк хотел закончить уже с этим делом и насладиться слабо прожаренным мясом, чей аромат давно дразнил, растекаясь из кухни по всему дому.

— Информации одновременно много и недостаточно, — Матвей, молодой волк-одиночка, примкнувший к стае четыре месяца назад, развёл руками в стороны. — Вся деревня гудит новостями, обсуждает никому неизвестного то ли мужа, то ли просто биологического отца Вани. Ближайшая соседка уверяет, что папа ребёнка избивал и его и Есению, Тамара Ильинична из продуктового клянётся, что "девка родила от собственного отчима", некий Пётр, правда я бы его слова вообще в расчёт не брал ввиду хронического алкоголизма, полагает, что миром правят пришельцы и они же как-то замешаны в появлении у Есении ребёнка. Но, в общем и целом, все опрошенные уверенны, что в прошлом у этой скромной девчули есть большая и некрасивая тайна.

— Да, уж. Получается никто даже имени отца мальчика не знает?

— Никто. Соседка предположила, что Есению, как бы мягче выразиться, против воли сделали мамой.

— Изнасиловали, что ли?

Матвей кивнул.

— Я её видел, кстати, издалека, через забор. Нянчится с мелким, кормит, книжки читает. И, может, мне конечно показалось, но, похоже, у пацана какая-то проблема с ногами. Он не ходит.

Марк резко вскинул голову и в упор посмотрел на Матвея.

— Ты уверен? Волчата, рождённые от желанной пары, зачатые в любви и согласии, всегда рождаются здоровыми и крепкими.

— Да знаю я это прекрасно. Потому и говорю, что не совсем уверен. Поближе бы посмотреть на мальчишку.

Серж и Матвей давно ушли, домработница накрыла стол и оставила альфу в одиночестве. Мясо остыло и уже не пахло так притягательно, овощной салат пустил сок, а Марк сидел и смотрел в окно, совершенно потеряв аппетит. Он же видел сегодня мальчика, но совершенно не обратил внимания на его ноги. Сколько на вид пацану? Год-два? Мелкий совсем, но детвора вовсю бегает в этом возрасте. Особенно волчата. Они такие активные и боевые в этом возрасте, что глаз с них спускать нельзя. А пацан лежал, девка ему как раз массаж делала, кажется, как раз ног. Значит, он и правда болеет, а это очень плохо и может означать только одно — его мать против воли взял оборотень.

Марк вздохнул и устало потёр переносицу. Насилие в среде оборотней, к сожалению, распространённое явление. Звери часто берут верх над человеческой сущностью и получается то, что получается… Кто-то смотрит снисходительно на такие вещи, кто-то резко против, как Марк. Он никогда не понимал применения силы в столь деликатном и обоюдно-приятном деле. Да и зачем? Всегда можно добиться желаемого другими способами, а если и нет — ничего страшного, свободных девушек полно.

Природа, кстати позаботилась, как могла, чтобы сократить количество противоправных действий. Если инцидент носит, скажем так, разовый характер, то жертва не забеременеет. Но бывает, что волк выбирает себе пару против её воли и просто не выпускает из спальни, пока не добьётся своего. Ведь смысл создания семьи какой? Правильно — рождение потомства. Но, если женщина так и не принимает волка, продолжает его отвергать, беременность либо не наступает, либо заканчивается выкидышем или рождением больного ребёнка. Природа так становится на сторону женщины и как бы говорит зверю — успокойся уже, тут ты не получишь желанного потомства. Нельзя заставить себя любить насильно. Нужно договариваться по-хорошему, или отпускать пару, если ничего не получается.

Так что же получается — эту хрупкую человеческую девушку удерживали насильно и принуждали родить ребёнка?

От этой мысли Марку стало неприятно, и он брезгливо поморщился. Ещё никогда ему не было так стыдно за свой род. Возможно, именно по причине страшных событий в прошлом, девушка так отреагировала на него утром. Испугалась, убежала чуть не на другой конец пляжа.

Сейчас она уже не казалась ему наглой или глупой. Скорее запутавшейся, усталой и немного напуганной.

— Есь, глянь-ка, что наш сорванец делает!

Восторженный возглас бабушки отвлёк Есению от прополки грядки с клубникой, и девушка разогнулась, потирая натруженную с непривычки поясницу.

Перед началом прополочно-поливных работ, Ивэна усадили на сложенный вдвое плед возле низкого декоративного забора, отделяющего поросший мягкой травой двор от огорода. Некоторое время мальчик мирно играл с машинками, но это занятие ему быстро наскучило и он решил заняться физическими упражнениями. Крепко ухватился руками за перекладину забора; одну ногу согнул в колене и упёрся им в землю; другую неловко, ребром, поставил на стопу и пытался встать. Сопел от напряжения, раскачивался, перехватывался удобнее руками и старательно раз за разом отрывал попу от земли, но неизменно падал назад.

— Да ты ж мой умничка! — Есения сняла рабочие перчатки и, ободряюще улыбаясь, направилась к малышу.

Поправила ему подвёрнутую стопу и показала удобное положение рук. Ивэн ещё раз напрягся, перехватил перекладину, качнулся и, вдруг, встал на ноги. В его глазах отразилось такое неподдельное изумление пополам с восторгом, что Есения не удержалась и рассмеялась, а Людмила Степановна захлопала в ладоши. Есения подняла мальчика на руки и закружила, но Ивэн сразу запротестовал и потребовал вернуть себя на место, чтобы тут же приступить к тренировкам.

— Ты смотри, Есь, как массаж-то помог! — восхищённая Людмила Степановна цокнула языком.

— Это всё твоя волшебная баня, Ба, — вернула комплимент Есения.

Вчера бабуля устраивала банный день. Старенькую, но добротную баню, построенную дедом Мишей ещё на заре семейной жизни, вчера протопили от души.

Долго парились, растянувшись на осиновых, тёмных от времени и влаги, полках; купали Ивэна в густом настое череды, приговаривая положенное "Как с гуся вода, с Ванюши худоба", а после, распахнув настежь слегка просевшую дверь предбанника, отдыхали, неторопливо, со вкусом отпаиваясь липовым чаем с мёдом. Тогда же Есения и основательно промассировала распаренного и разомлевшего Ивэна. Разогретые мышцы легко разминались и тянулись, а сонный мальчик буквально мурлыкал в умелых руках медсестры.