Истинная мама
Шрифт:
А ведь в доме сейчас ещё и эта несуразная закомплексованная Есения с пацаном. При мысли о своих гостях, Марк прибавил шаг — он не мог допустить, чтобы в доме альфы женщинам и детям угрожала опасность.
Интуиция Марка не подвела. При виде молодой здоровой волчицы, нависающей над беззащитной человеческой девушкой и больным ребёнком, Марка охватило нешуточное раздражение.
У каждого вменяемого оборотня автоматически включается режим защитника при виде более слабой особи, попавшей в беду. Строжин же был не простым волком, он являлся альфой по рождению и его инстинкт мгновенно обострился до предела. Выразилось это в нестерпимом желании немедленно выставить наглую, посмевшую проявить агрессию, волчицу из дома, и успокоить растерянную Есению и напуганного Ивэна.
Если бы Есения не спряталась у себя в комнате, Строжин бы непременно довёл дело до конца, но Лера, оставшись наедине с Марком, тут же сменила тактику и принялась ластиться к разозлённому мужчине, демонстрируя покорность и готовность извиниться любым способом.
— Марк, ну прости.. — Лера распахнула объятия, намереваясь обвить талию мужчины руками и прижаться к тренированному телу, но Марк не позволил этого сделать по двум причинам. Во-первых, сама мысль о близости с Лерой была неприятной, а, во-вторых, почему-то очень не хотелось, чтобы его пугливая гостья случайно увидела демонстрацию неуместной Лериной навязчивости.
***
Из комнаты Есения решилась выйти только спустя час. Если бы не беспокойство о бабушке, она бы с радостью пряталась за дубовой дверью до вечера, но это было бы слишком эгоистично.
Людмила Степановна продолжала спокойно посапывать, и Есения, покрутившись рядом и поняв, что делать ей, в общем-то, в комнате бабули нечего, вернулась к Ивэну в гостиную.
— Сделай мне кофе, — протяжный нагловатый голос застал Есению врасплох. Как они все тут так бесшумно передвигаются?
Ивэн отвлекся от книги с толстыми картонными страницами, поднял голову, посмотрел на усевшуюся в кресло и скучающе покачивающую туфелькой Леру, пренебрежительно фыркнул и вернулся к прерванному занятию.
— Ко! — с воодушевлением ткнул пальцем в изображение коровы.
— Правильно, корова! — согласилась Есения, гася улыбку на губах и ниже склоняясь к ярким страницам книги.
— Эй, ты! Как там тебя? Кофе мне принеси!
— Ко!
— Коза. Правильно. Ты умничка!
— Ко!
— Я что-то не поняла, ты меня игнорируешь, что ли? — Лера медленно поднялась со своего места и вальяжной походкой подошла к девушке.
— А это курица, правильно малыш, — машинально ответила Есения, поднимая глаза на Леру. — И она говорит: "Ко-ко-ко".
— Что?!
— Что — что?
— Ты как меня назвала?
— ???
— Ты сейчас сказала — курица.
— Так мы картинки в книжке смотрим, тут весь скотный двор перечислен. Закончим с домашними, перейдём к диким, да Ивэн? Будем рычать и каркать.
— Да! Каааа!
— Вот молодец какой! Прям вылитый ворон!
— Сумасшедший дом, — дернула плечом Лера. — Ты мне кофе делать будешь или нет?
— Если честно, я не умею. Я больше чай люблю. Да и на чужой кухне как-то неловко хозяйничать. Но вы же невеста Марка? Значит вам точно можно. Кухня там, — Есения махнула рукой в сторону пищеблока и вновь склонилась над книгой.
Лера покраснела от злости и сердито запыхтела, собираясь с силами для колкого ответа, но уже через секунду, вдруг, заулыбалась и заговорила нарочито-приветливым тоном:
— Спасибо, что подсказала. А то я в этом доме Марка ещё не была, всё только предстоит изучить. Ой, Марк, а мы как раз болтали с твоей гостьей. Хочешь кофе? — Лера быстро повернулась в сторону вошедшего в комнату Строжина, а Есения в очередной раз удивилась: как Лера умудрилась услышать его шаги? Или это у неё, у Есении, что-то со слухом?
Марк от кофе отказался, напомнив Лере, что предпочитает зелёный чай, и тогда Есения вызвалась помочь заварить благородный китайский напиток и накрыть на стол. Лере пришлось готовить себе кофе самой, и она долго возмущалась отсутствию прислуги на рабочем месте.
— Лена не обязана находиться у меня круглосуточно. Она приходит по необходимости, выполняет оговоренные обязанности и всё на этом. А чай я себе и сам в состоянии сделать.
Лера умолкла, но весь её недовольный вид кричал — не согласна.
Чай пили молча, но под неумолкающее карканье, мяуканье и кваканье Ивэна. В итоге, Лера, сославшись на невыносимую головную боль и наградив мальчика злым взглядом, удалилась к себе, а Марк предложил Есении и Ивэну выйти, подышать свежим воздухом и заодно проверить, не поспела ли вишня, растущая перед домом.
— А как же бабушка?
— Не беспокойтесь, я услышу когда она проснётся.
Есения не очень поняла, как такое возможно, но оснований не доверять хозяину дома у неё не было. Всё, что она на данный момент видела, характеризовало его, как надёжного, держащего своё слово, человека.
Потому, она заглянула к бабуле в пятый раз за час, и, взяв Ивэна на руки, вышла из дома.
Вчера она мчалась к Строжину, не замечая ничего вокруг, поэтому сейчас осматривалась по сторонам с одобрительным любопытством. Двором эту усадьбу можно было назвать с большой натяжкой. По самым скромным прикидкам земли тут соток тридцать, не меньше. Впрочем, кого в деревне удивишь большими наделами?
Но дело было не в метраже владений Марка, а в их качестве. Никаких тебе грядок и рядов с овощами, только аккуратный газон, да несколько фруктовых деревьев, явно оставшихся от прежних хозяев. Ещё на участке присутствовала новенькая вместительная баня и огромная, человек на пятьдесят стационарная беседка с мангалом и дровяной печкой, сложенной из огнеупорного кирпича. У Марка тут явно собираются большие компании.
— Ну как вам? — Марк остановился рядом, плечом к плечу с Есенией, и она сделала небольшой осторожный шаг в сторону, что не укрылось от мужчины.
— У вас очень просторно, Ивэну нравится, — Есения улыбнулась и быстро отвела взгляд, опуская сучившего ногами ребёнка на террасу, где он тут же ухватился цепкими ручонками за одну из балясин перил и, подтянувшись, встал.
— Настойчивый у вас парнишка, — заметил Марк, понаблюдав некоторое время за неловкими, но упорными попытками Ивэна сделать хоть один самостоятельный шаг.
— Да, он такой. Настоящий боец.
Есения присела на корточки в двух шагах от ребёнка и распахнула руки, подбадривая мальчика.
— Не бойся, я тебя поймаю.
Ивэн долго нерешительно раскачивался на непослушных ногах, переводя взгляд с улыбающейся девушки на свою руку, держащуюся за балясину, и оценивая огромное по его меркам расстояние до спасительных объятий. И, когда перед ним, вдруг появился указательный палец крупной мужской руки, недоверчиво посмотрел на его обладателя. Марк же невозмутимо стоял и ждал, спокойно смотря мальчику в глаза.