Чтение онлайн

От таких мыслей её срочно требовалось отвлечь, к тому же, и правда прошло уже слишком много времени:

— Попробуй брату позвонить, вдруг он уже прилетел, — сказал я, заглядывая Еве в глаза. Она была грустной, но, вспомнив, для чего мы вообще здесь находимся, быстро достала телефон и набрала номер брата.

Я не думал, что он и правда уже прилетел, мне просто казалось необходимым заставить Еву не думать о том, что лезло ей в голову, но, судя по тому, что она отвечала, он уже был в аэропорту.

Как только Ева убрала в карман телефон, она сразу же соскочила с места и сказала:

— Пошли давай, он там наверное с ног валится после перелёта, — в её голове слышались обеспокоенные нотки, и я улыбнулся. Определённо, брат, несмотря на своё долгое отсутствие, был ей близок.

Ходили по залу мы недолго. В какой-то момент Ева сорвалась с места и с разбегу напрыгнула на высоченного парня, который даже меня был, наверное, немного повыше. Она пронзительно запищала, обнамая его за шею, а он, кинув камуфляжную сумку на пол, обнял её в ответ.

— Ну, всё, придушишь же, сестрёнка.

Ева выпустила его из плена, а он вопросительно посмотрел на меня, когда она подошла ко мне ближе.

— Привет, — усмехнулся я, а Ева скорчила виноватую мордашку и сказала:

— Знаешь, Игорь, мне кое-что тебе нужно рассказать…

Брат Евы сидел за столиком в кафетерии, в котором мы осели сразу же после того, как она заявила о необходимости поговорить, и пытался прийти в себя от того самого “кое-чего”, что она ему рассказала. В общем-то, сказала она ему только одно: его племянникам уже больше двух недель от роду.

— А это, — кивнул он на меня, — я так понимаю, папаша?

Я думал, Ева опять начнёт впадать в апатию, но она сказала только лишь:

— Отец Ани и Андрея погиб, даже не зная, что я беременна. А Кирилл — его брат. Близнец, если что.

Игорь кивнул и больше ничего не говорил, только лишь поглощая кофе.

— А ещё, как ты понимаешь, они — альфы, — ну, да, раз я их дядя, и я альфа, что он уже заметил, то дети, скорее всего, тоже, — И папе это не понравилось.

Игорь… заржал. Я не мог понять, что смешного только что сказано было, пока он не объяснил:

— А я ещё ему позвонил даже недавно, думаю, чё это он перестал мне пытаться палки в колёса вставлять по службе, — он раздражённо дёрнул губой. — Сказал мне, что раз я отказался от своей семьи, то даже такого внимания не стою. Видимо, на два фронта разрываться не камильфо.

Ева тоже усмехнулась, видимо, эпопея с родителями у них длится уже давно.

— Значит, говоришь, Аня и Андрей, — тут же переключил тему парень. — Вези, давай, показывай племянников, а то хреновый из меня дядя получается.

Я усмехнулся, вышел из-за стола, Ева следом за мной.

Когда мы сели в машину, Игорь, не стесняясь, присвистнул:

— Тачка серьёзная, конечно, — ухмыльнулся он. — Да и вообще… Богатые и благородные альфы?

Своим высказыванием он меня немного выбесил, но я ничего не сказал. К счастью, парень тут же осознал, что сказал:

— Меня заносит порой… Можно даже бить при этом, но не сильно. Отойду от войнушек, как новый буду, честно.

Я понимал, что так-то он не куличи лепил по контракту, и поэтому задушил на корню раздражение. Зато позволил себе ответную шпильку:

— Богатые. И благородные. И альфы, да.

Ева закатила глаза и сказала брату:

— Ты только при Марии Александровне за языком следи, а то она нашего папу сегодня утром с крыльца без напряга скинула, знаешь ли.

Этот факт пришёлся Игорю по душе. Он, округлив глаза, спросил:

— Чё, реально? А чё не сфоткала?

Я представил себе, во что бы превратилось пришествие Евиного отца, будь с нами Игорь: папаша года толкает речь, а этот снимает всё исподтишка на камеру и ржёт. Стало забавно: судя по всему, к выходкам родителя он просто привык.

— Телефон в доме забыла, — как ни в чём не бывало ответила Ева.

— Жаль, — наигранно расстроился её брат. Но тут же он стал серьёзным: — У меня парни знакомые отслеживали папины заскоки, когда он ещё пытался меня чуть ли не по военной статье подставить, я позвоню, скажу, чтобы они внимание уделили ему. Да и вообще, надо посмотреть, с кем он там успел подружиться, кому может лапши на уши навешать. Сильно буянить будет, то воплощу одну радикальную идейку. Я-то потерплю, Евка тоже, но к детям полезет… он что говорил-то сегодня?

Я усмехнулся, ответил за Еву:

— Что, несмотря на то, что дети — альфы, он готов отказаться от некоторых своих принципов, и воспитать их, как положено, вдали от их неправильных родственников.

— Пиздит, как дышит, — резко отозвался Игорь.

А Ева ему поддакнула:

— Ага.

— А мама у вас такая же радикальная? — спросил я о том, что меня с самого утра волновало.

Ответил мне, бывший уже, военный в своём, видимо, привычном стиле:

— Не-а, мама у нас дура. Точнее, овца. Простите уж, — он развёл руками одновременно с тем, как почти такой же жест сделала Ева. Брат и сестра, понятно, хотя так и не подумаешь. — Она воспитана так, что мужик всегда прав. В рот отцу заглядывает и на Еву вечно бурчала, что та слово поперёк смеет вставить. А меня боится, походу.

Я понимал, что там, где он привёл лет десять, по моим подсчётам, скорее всего, не церемонились в словах, да и сам когда-то выражал свои мысли примерно так же, но сейчас я едва ли не в ступор впал от его речей.

— Но мама нас так-то любит… немного, — грустно усмехнулась Ева. — От этого, правда, только хуже.

А ещё я удивлялся, как с такими ебанутыми, иначе и не скажешь, родителями эти двое выросли такими вменяемыми. Какие только чудеса не случаются, правда что.

— Весело, короче, — подвёл итог я. — Давайте лучше подумает о том, что мама наготовила по-любому много чего, после чего думать о грустном не получится даже.

— О, с блюдами Марии Александровны можно вообще способность мыслить потерять, — сказала Ева, улыбаясь, а я изо всех сил старался смотреть на дорогу, а не на неё. Всё-таки, Вселенная та ещё глумливая сука…

— Если меня ещё накормят, то я точно стану добрый и почти вменяемый, — мечтательно вздохнул Игорь. — Капец как жрать хочется, эх.

— Через час приедем, — на этот раз я ехал самой короткой дорогой, которая только была, да и со скоростью не скромничал, — А мама готовить начала сразу же, как Ева сказала, что ты приедешь, так что, как приедем, по-любому сразу за стол.