Истинная моего брата
Шрифт:
О, чёрт, когда я успела стать такой развратной? Нет, скромницей я никогда и не была, но чтобы сразу такое вытворять с мужчиной, в первый же раз… Да и не в первый!..
Я отринула подальше все посторонние мысли и плавно развела ноги в стороны. При этом я не отводила глаз от лица Кирилла, а он от моей промежности. И это даже завораживало, потому что эмоции, которые отражались на его лице, были просто непередаваемы. Я никогда в жизни до этого момента не чувствовала себя до такой степени привлекательной.
Нет, не то слово.
Я никогда в жизни не чувствовала себя такой великолепной. Не чувствовала себя искусством. Пусть и таким пошлым.
На лёгкое прикосновение пальцев к разгорячённой плоти, моё тело отреагировало электрическим разрядом, прокатившимся по каждой клеточке меня. Я шумно выдохнула, на грани стона, но не позволила себе закрыть глаза, продолжая наблюдать за оборотнем.
Дальше я стала касаться себя смелее, пальцем массировала клитор, затем двумя пальцами даже потрахала себя в дырочку, отчего тело выгнулось, и я на несколько секунд потеряла Кирилла из поля своего зрения.
Этих секунд ему вполне хватило на то, чтобы оказаться возле кровати, нависнуть надо мной, грубо отвести мою руку в сторону и резко войти, сразу же срываясь на ещё более сумасшедший ритм, чем в прошлый раз.
Волной оргазма меня смысло едва ли не при первом проникновении, затем я будто бы провалилась в водоворот ощущений и пришла в себя только в тот момент, когда альфа покинул моё тело, переворачивая меня на живот и заставляя встать на колени, локтями упираясь перед собой.
В такой позе ощущения были совсем иными, но дело было не только в этом. Теперь Кирилл двигался совсем иначе: он медленно, но глубоко входил в меня, затем резко выходил… и так по кругу. У меня от удовольствия начинала кружиться голова, но мой мучитель не давал мне кочить в очередной раз, покидая моё тело в ожидании того, когда оргазм отступит, и лишь после этого продолжал сладкую пытку.
И вот, меня вновь начало накрывать, но в этот раз Кирилл лишь немного ускорился, проникая в меня особенно глубоко, задевая всевозможные точки удовольствия, какие у меня только были, и вознося меня на вершину экстаза.
Пока я кончала, Кирилл не шевелился, лишь крепко прижимал меня к себе, после чего покинул моё обмякшее тело, изливаясь на мои ягодицы.
Я ощущала себя где-то вне пространства и времени, мне не хотелось даже идти в душ, я уже засыпала едва ли не в той позе, в которой оставил меня альфа. Но он всё-таки выдернул из-под меня покрывало с одеялом, прижал меня к себе и накрыл сверху одеялом.
Это было последним, что я запомнила в этот сумасшедший день.
Глава 16. Кирилл.
Вечер закончился просто невероятно, а вот утро началось так себе.
Во-первых, началось оно рано. Во-вторых, со звонка телефона, причём не моего, а Евиного. Мы попытались его проигнорировать, Ева даже заползла с головой под одеяло, но звонящий был очень и очень настойчив, поэтому ей пришлось вставать и отправляться на поиски трезвонящего аппарата.
Я могу бы продолжить спать, но что-то мне не позволило пропустить то, как полностью обнажённая растрёпанная Ева шествует через всю комнату в коридор.
В кровати без Евы было совсем не то, поэтому я сел и, зевнув, клацнул зубами. Трель телефона прекратилась, судя по всему, Ева нашла его среди нашей разбросанной вчера одежды.
— Алло, чего тебе? — хриплым ото сна голосом спросила она.
Затем послышалась реплика её собеседника, которую я и не пытался услышать, а затем встревоженная девушка воскликнула:
— В каком смысле?!
Я напрягся, не понимая, что такое происходит. И тут Ева выдала совершенно неожиданно:
— Блять, — меня будто бы током дёрнуло. Обычно она не материлась, а опыт общения с людьми и нелюдьми подсказывал мне, что такие приличные дамы, как она, матерятся лишь тогда, когда приходит полный пиздец. — Поняла, через час буду дома… Да, я не дома. Ой, заткни свою пасть!.. Всё, не мешай.
Когда, судя по всему, Ева окончательно договорила, я уже выходил из комнаты, кое-как натянув первые попавшиеся домашние штаны. Она судорожно собирала с пола свои вещи, выглядя при этом донельзя встревоженной. Хотя, это слово не может передать всю ту панику, что отражалась на её лице. Руки её мелко подрагивали, а в глазах вот-вот готовы были появиться слёзы, но она явно сдерживала себя усилием воли.
Я подошёл к ней, схватил за запястья крепко, но аккуратно и, глядя в глаза, спросил:
— Что случилось?
— Пусти, — одновременно со мной проговорила она, попытавшись вырваться из моей хватки, но я ей этого, конечно же не позволил.
— Что случилось, Ева? — настойчивее задал я свой вопрос, не отводя от неё взгляда. Она перестала сопротивляться, будто бы сдулась и ответила тихо:
— Папаша придумал гадость.
Прода от 19.06.2020
Я промолчал, ожидая, когда она продолжит.
— Игорь позвонил, ему буквально чудом успели сообщить… Просил не спрашивать, кто и каким образом, но, короче говоря, к нам едут органы опеки. Они будут давить и искать любые косяки, врать в протоколах, чтобы хотя бы временно изъять детей, — она явно цитировала брата, который цитировал ещё кого-то.
Пиздец.
— Они приедут не раньше десяти утра, а, скорее всего, даже позже, но надо поторопиться, я сейчас такси вызову… — продолжала лепетать Ева, а в моём сонном мозгу наконец сложились все пазлы. Значит, у этого козла есть связи. Забавно…
Но у меня их точно не меньше.
— Так, отставить такси, — спокойно сказал я, — Сейчас ты идёшь в душ, потом на кухню и делаешь пару бутербродов, пока в душ иду я. Затем мы перекусываем, я звоню отцу, всё ему объясняю, весь дом будет вылизан, гарантирую. Потом едем домой, я останусь там же, потому как юрист, пусть и в семейном кодексе плавающий, в этой ситуации точно не помешает. Истерику даже не начинай, никто детей им не отдаст. Надо будет, всем головы пооткусываю и прикопаю на заднем дворе, потом скажу, что так и было, м Ева тускло улыбнулась, но всё-таки подчинилась и отправилась в душ.
Оттуда она вышла минуты через полторы, уже одетая, так как успела найти все свои вещи, уцелевшие, к счастью… Ну, футболка с джинсами, по крайней мере.
Когда из душа вышел я, меня ждали четыре бутерброда, Ева доедала третий, явно психуя в ожидании. Я быстро, запивая их водой, съел бутерброды, метнулся в комнату, найдя приличные брюки с рубашкой, потому как если Ева переоденется дома, меня там ждут только видавшие виды треники и футболки, в которых в приличном обществе лучше не появляться.