Чтение онлайн

Что делать? Не ждать, пока тебя начнет успокаивать умирающий человек, Ольга Вересьева. Не прятаться за стены и за спины. Этот мир продиктовал свое решение, осталось уточнить расклад:

— Позвать Ыгх?

— Позови, — он впервые обратился ко мне на «ты». И следующий вопрос тоже угадал совершенно точно: — Виола тоже должна будет присутствовать.

— Еще что-нибудь?

— Оля… как можно скорее.

Найти бы сейчас Эдмуса, да и задать вопрос: а зачем я вообще сегодня сюда пришла? Чтобы услышать эти слова? Кивнуть в ответ на них головой, а потом пойти и забиться в уголок, потому что я никуда сейчас не пойду, и никого звать не буду, и никакой Ыгх…

Я кивнула, поднялась, вытирая слезы дошла до двери, вышла в коридор и обнаружила, что будить никого не понадобится. Вся Дружина была в сборе, все с одинаковыми вопросительными физиономиями, сна — ни в одном глазу, ни единого проблеска надежды в глазах — даже у Йехара.

Доброго утра или ночи я не пожелала никому. Я уже вообще настроилась отделаться парой нейтральных фраз, когда заговорил Веслав:

— Он сказал?

— Что?

— Насчет Ыгх. Просил ее вызвать?

Отрицать было глупо, я кивнула, и тут же увидели, как мимолетными кивками обменялись два названных брата. Понятно. Веслав не просто так помянул нашу жабу, а чтобы навести Тео на нужную мысль.

Но сердиться на алхимика у меня уже не было сил. В конце концов, когда-то и ему нужно подумать о всеобщем благе, и спасибо еще, что у него нашлось на это мужество… или хватило подлости, тут как посмотреть.

— Кто будет принимающим?

— Виола.

Триаморфиня, которая тоже наверняка была в курсе, слегка вздрогнула и заметила:

— Может, лучше девочку? С ней у них совместимость получше.

— Оговаривалось, — буркнул Веслав. — Ребенок может такого и не выдержать.

— У меня же натура нестабильная. Неизвестно что получиться может, да и ладим мы с ним…

— Неизвестно что получится в любом случае, — поучительно вмешался Эдмус. — И потом, разве это вы с ним плохо ладите? Это ты с ним плохо ладишь, а он-то с тобой как раз прекрасно.

— И сквазано же тебе — ты его настквавник! — гневно оборвал голос с лягушачьим акцентом. Мгновенно стало ясно, что, вернее, кто скрывается в дорожной сумке Йехара и зачем он эту сумку вообще принес. — Ну, или хоть тот, кто ему нос расшибает, это тоже довольно близко… долго я буду сидеть в этих гнилых тряпках? Бедная я, несчастная, и квакого же я на такое согласилась?!

То есть, они это продумали уже давно, и если бы не сегодняшний случай, им пришлось бы изложить готовый план Теодору в лицо. Кажется, мне остается только смириться и благодарить, что выходит так, как выходит.

Хотя благодарить в данном случае довольно затруднительно.

— Выта-а-аскивайте меня! — между тем стонала Ыгх. — И квакой бы мне стать? Ай, ладно, чего размениваться, лицо свободно…

И преобразилась в Бо. Поправила кокетливо косичку, посмотрела на Виолу и сделала вопросительный жест в сторону двери. Виола мрачно взглянула на свою «вторую натуру», скривилась и шагнула к двери. Ыгх шагать не торопилась.

— Я тут еще… все с ним попрощались? — голос даже отдаленно не напоминал безмятежное эфирное щебетание нашей блондинки. — После того как мы туда войдем, прощаться будет поздно — так что все речи вроде того «мы были с тобой знакомы недолго, но успели к тебе привязаться, мы будем тебя помнить, и…»

Ее сарказм увял вместе с голосом, когда она увидела совсем рядом с собой бледное, светящееся в полутьме коридора нехорошими эмоциями лицо Виолы.

— Мы не прощались, — спокойно сказал Йехар. Прикрыл на мгновение глаза, словно настройку на кого-то подправил, и добавил: — он знает сам.

Ыгх после этого как-то неловко повела плечами и нырнула в комнату, Виола за ней, за ними Веслав, и вот тут я возмутилась:

— А тебе-то что там нужно?

Алхимик окинул меня обычным взглядом волкодава, перед которым качает права его собственная блоха, хмыкнул что-то неразборчивое и скрылся внутри. Я шагнула следом, Йехар хотел что-то сказать, но я только отмахнулась. Без меня в комнате создастся компания, которую точно нельзя назвать очень дружественной для Тео.

Кто-то — может быть, сама Виола — настроила лампы в комнате на более яркое освещение. Освещение заиграло на оскаленных в улыбке зубах архивариуса. Тео поводил глазами туда-сюда, сосчитал присутствующих и признался, не разжимая зубов:

— Вы быстро, — потом заметил уже в сторону Виолы и Ыгх в образе Бо. — Очень странно видеть вас вместе.

— Пошути мне еще, — неохотно буркнула Виола. Она, чтобы не расчувствоваться или не показаться слабой, соорудила на лице такое зверское выражение, как будто собиралась заняться пытками. — Я отключила то, что можно было отключить, — она колдовала над пультом управления системами жизнеобеспечения и реанимации. — Весл, твой выход.

Алхимик приблизился бесшумно и плавно, поднимая тонкий шприц.

— Мне придется снять действие всех моих эликсиров, — заговорил он почти извиняющимся тоном. — Не должно быть никаких побочных эффектов.

Тео чуть прикрыл глаза в знак согласия, нашел все-таки средство расцепить зубы и проговорил тихо:

— Если вы хотите о чем-то спросить — сделайте это сейчас. После я едва ли смогу говорить.

Практичное предложение, совсем не в его духе. Мне спрашивать уже не нужно было ничего, а Ыгх нахмурилась и уточнила:

— Ты понимаешь, что сейчас должно случиться?

— Да, — без малейшего удивления. — Вы заберете все, что есть… это… эту энергию, которую я получил, и передадите Виоле. Это как с Корой, только вы будете посредником.

— Понимаешь, что будет после?

— Я ведь видел, что случилось с Корой, — Веслав еще не отменял действия эликсиров, а говорить Тео становилось все труднее. — Я умру в любом случае, вы знаете это. Но будет огорчительно, если с моей смертью вы потеряете что-то… полезное.

Нужно бы узнать: это особый тип эгоизма — считать себя совершенно неполезным и ненужным? Как будто в случае просто его смерти нам бы было неогорчительно, чертов Книжник!

Больше вопросов не задал никто. Ыгх заняла характерную позицию — крепко сжала одной рукой ладонь Тео, второй — ладонь Виолы. Подняла вопросительный взгляд на Веслава.

Они едва ли отсчет не вели, вроде — «на старт, внимание, марш!» Ясно было, что боль после отмены действия эликсиров не позволит прожить Теодору долго. Действовать нужно было в ту же секунду.

В ту же секунду, как палец Веслава надавил на поршень шприца. Мгновенное действие алхимических снадобий устрашало: алхимик еще не убрал шприц, а паралич лицевых мышц Теодора пропал. Архивариус еще успел опровергнуть самого себя и прошептать: