Чтение онлайн

А потом пришла боль. Такой муки Торино еще не испытывал.

Вместе с болью промелькнула тень сомнения: как Бог допустил такое? Господь обязан вмешаться, чтобы он завершил священную миссию.

Тело гидры дрожало и пульсировало, пока щупальца медленно и неумолимо раздирали человека на части. Торино чувствовал, как рвутся мышцы. Почему?! Он все делал правильно. Все его поступки были направлены только на благо церкви. Иезуит услышал, как треснул левый локоть и порвались плечевые связки. И еще он услышал собственный крик: «За что, Господи?!»

Перед ним заплясали другие щупальца. В отличие от тех, что разрывали на куски тело, у этих были заостренные концы с острыми зубами и злыми красными глазами. Под пристальным взглядом нимф черви рассматривали иезуита: ангелы и демоны объединились ради пытки. Впрочем, как ни ужасны были черви, Торино был почти рад — ведь они несли избавление. Но почему он умирает здесь, в этом месте? У него еще много дел. Почему Господь его покинул?

Первый удар был так быстр, что Торино едва заметил силуэт червя, который проделал круглую дыру в его животе, а потом метнулся обратно, вытаскивая оттуда кишки. Торино опустил глаза, увидел вывалившиеся внутренности и завопил от отчаяния. Второй червь вгрызся ему в левое бедро. Даже когда третий оторвал все пальцы на левой руке, Торино не мог поверить, что Бог не придет ему на помощь.

Лишь в последние мгновения, когда щупальца оторвали от тела правую руку, а черви вонзили зубы прямо ему в лицо, мольбы о спасении сменились воплями проклятого.

Росс слышал крики Торино из тоннеля, однако смерть врага не доставила ему радости. Когда звуки стихли и кровь иезуита окрасила воду ручья, он чувствовал только страх — и еще стыд. Он пришел сюда с единственной целью — спасти жизнь Лорен, и в своем эгоизме ни разу не подумал о саде, о том, что тот должен выжить. Он вторгся в колыбель жизни, неся с собой смерть и разрушение. Он не только привел сюда Торино, но еще и не смог помешать его приспешникам уничтожить сад, убить нимф и повредить монолит.

Когда к нему подступили разъяренные нимфы и гидра, Росс понял, что он такой же чужак, как и Торино, — незваный вредоносный гость. Однажды нимфы спасли его от его собственных соплеменников; теперь им следует его наказать. Щупальца подобрались ближе, и он поборол в себе стремление вырваться. Вместо этого Росс невольно сжал в руках тяжелое распятие. Латинский крест длиной три дюйма с двухдюймовой перекладиной был шероховатым на ощупь. По центру в мягком металле шли буквы AMDG, что, как объясняла сестра Шанталь, было девизом ордена иезуитов, к которому принадлежал Орландо Фалькон: «Ad majorem dei gloriam» — «К вящей славе Божьей». Теперь он понимал, что и отец Орландо, и сестра Шанталь жили и умерли в соответствии с этим изречением: ставя веру в Бога выше учения церкви. Росс, невзирая на собственные убеждения, склонил голову перед чистотой их веры.

Что-то коснулось его кожи, и он поднял голову: к руке протянулись два щупальца. Росса охватил ужас. Тут появилась нимфа с красными цветами в волосах и потянулась к кресту. Он снял его с шеи и отдал. Нимфа разглядывала распятие, а остальные собрались вокруг и прикасались к нему с каким-то особым почтением. Росс вспомнил, как сестра Шанталь при помощи креста успокаивала нимф, когда они с ней впервые вошли в пещеру.

Некоторое время существа стояли кружком, поглаживая крест. Затем нимфа с красными цветами вернула его Россу. Прежде чем он надел распятие обратно на шею, нимфа сильно толкнула его в живот, принуждая отступить назад. Еще толчок, и еще шаг назад. Щупальца гидры не отставали, но, оглянувшись, Росс увидел, что нимфы позади него расступились, открывая проход. Он пятился, сжимая в одной руке распятие, а в другой — рюкзак Торино, пока не выбрался из кровавого тоннеля.

Нимфа продолжала толкать его дальше, пока Росс не уперся спиной в завал, отгородивший сад от пещеры. Похоже, в пещере его больше терпеть не будут и нужно выбираться наружу, даже если сад еще не остыл. Росс протиснулся в узкий лаз, через который они с Базином попали внутрь. И не останавливался, пока не вышел в сад.

Оказавшись снаружи, он увидел и услышал, как сдвинулись камни. Проход закрылся, в запретные пещеры больше не попасть. Земля под ногами была горячей, и Росс закашлялся в дыму. Он словно угодил в огромный мусоросжигатель: мрачную гранитную воронку, вся жизнь в которой уничтожена. От сада ничего не осталось. Пропали трава и деревья, землю покрывал толстый слой сажи и пепла. Все было черным. Даже небо затянуло мутной пеленой, почти не пропускавшей солнечный свет. В черном озере не осталось и следа былого сияния.

Пустыня потрясла Росса, но он утешил себя тем, что хотя бы не дал Торино ускользнуть с обломком монолита. Если бы не он, иезуит вернулся бы, уничтожил гидру и захватил Источник, пустив его силу на прославление своей церкви.

Рассматривая камни, которыми был завален вход в запретные пещеры, Росс заметил тоненькую струйку светящейся воды, которая сочилась оттуда в пересохшее русло волшебного ручья. Он вспомнил, как зарастает лесом место пожара… Если Источник невредим, сад возродится. Жизнь прорвется через преграды.

Если Источник невредим.

Рассматривая выжженную долину и думая о Торино, который пытался присвоить сад, Росс неожиданно нашел способ, как в дальнейшем защитить его от любых посягательств — церкви, нефтяных компаний, да и вообще всей цивилизации.

В рюкзаке что-то затрещало, донесся приглушенный голос Зеб:

— Росс!

Он вытащил рацию.

— Зеб, я в саду. А ты где? С Найджелом все в порядке?

— Мы в коридоре, что ведет из сада в серные пещеры. Тут малость жарковато, но опасности нет. Что с Марко и генералом?

— Оба мертвы.

— А Источник?

— На месте. Гидра и большая часть нимф тоже. Они злятся, но живы и здоровы.

Росс посмотрел на дальний берег опустевшего черного озера. Из пещер появились Зеб и Хэкетт. Он помахал им и пошел навстречу, пробираясь по толстому слою пепла. Встретившись, все трое обнялись.

— Все пропало, — произнес Хэкетт. — Не могу поверить. Абсолютно все пропало.

Росс порадовался. Он не сомневался, что Зеб, убежденный борец за защиту дикой природы, поддержит его план, однако требовалось еще и безоговорочное согласие Хэкетта. Сад и его гибель потрясли англичанина, но отправлялся-то тот с ними в поисках богатства и славы, которые, к слову, ему удалось найти…

— Найджел, как далеко ты готов зайти, чтобы защитить это место и не допустить такого впредь? — спросил Росс, внимательно следя за Хэкеттом.

Тот нахмурился:

— Что ты задумал?

Росс изложил свой план. Зеб кивнула и сжала ладонь Хэкетта.

— Ну, Найджел, что скажешь?

Англичанин долго рассматривал руку Зеб, лежащую в его ладони. Затем посмотрел на Росса:

— Ладно.

Росс прищурился.

— Найджел, ты понимаешь, что это означает? Под защитой окажется как это место, так и затерянный город, но — и это важное «но» — ты никогда не сможешь никому рассказать о колыбели южноамериканских цивилизаций. Ты так и не обретешь славу.

Хэкетт хорошо понимал последствия.

— Раз ты смирился с тем, что никто не узнает о твоем открытии в области геологии, то и я промолчу о своей археологической находке. — Он улыбнулся. — Все равно открыли их не мы. Это место обнаружил отец Орландо, а затерянный город — сестра Шанталь. Мы за ними просто присматриваем. Охраняем.

— А что по поводу золота?

— Нелегко придется, но у меня есть связи, — сказал Хэкетт.

— Тогда давайте вернемся в цивилизованный мир и возьмемся за дело. — Зеб указала рукой на вход в серные пещеры. — Мы успели спасти рюкзаки с припасами.