Чтение онлайн

В традиционной версии истории финикийцы живут, как отмечалось выше, возле Сирии и Ливана. Свои путешествия они совершают в Средиземном море, подтверждение тому памятники – финикийской письменности, обнаруженные на побережье этого моря. У Геродота часто финикийцы упоминаются вместе с Сидоном. Там, где сегодня нашли финикийские надписи, в текстах встречается название Сидон: «Я, Таббит, жрец Астарты, царь сидонян…» (Шифман И. Ш. «Финикийский язык»), – какие тут могут быть вопросы. А вопросы все же есть. Ведь все доказательство основано на том, что сочетание букв «sdn» – переводят, как Сидон. Но стоит заметить, что, например, название Судан состоит из этих же букв. Кроме того, и это главное, Сидон, который нам предлагают в качестве того самого, древнего Сидона, о котором пишет Геродот, может быть городом с таким же названием, но это не финикийский Сидон, а всего лишь его двойник. Нигде в этих самых «финикийских» текстах нет упоминания финикийцев. А анализ текстов Геродота, показывает, что у него нигде вообще не упоминается Средиземное море! Финикийцы у Геродота постоянно плавают по Эритрейскому морю, Южному, а вот перенесли эти плавания финикийцев в Средиземное море фальсификаторы от истории. Фактически найдя какие-то памятники письменности, историки объявили их «финикийскими», имея в виду финикийцев, которых упоминают многие древние авторы, но эти памятники на самом деле к финикийцам не имеют никакого отношения.

Но вернемся к Геродоту. Итак, в данном случае, под Красным (Эритрейским) морем подразумевается нынешнее Красное море, а вот Наше море — это Персидский залив. Но и тут есть подводный камень, такой же, как и в случае с Эритрейским морем. Естественно надо задать вопрос: «Не входят ли в это Наше море другие моря?» Естественно, чтобы ответить на этот вопрос надо проверить эту версию, в которой границы Нашего моря не ограничиваются Персидским заливом. Наша задача значительно усложняется. Кроме того, надо определиться с нахождением Эллады в древности. То, что греки в древности жили на востоке, этому факту есть очень много подтверждений. Здесь приведу только одну цитату из Аль-Маккаби:

«Хорошо известно, что греки были нацией, знаменитой знанием наук, также как талантом и способностью проникновения в тайны природы. До времен Александра они населяли Восток, однако когда персы захватили эти части света и подчинили все государства греков, они решили переселиться и перенести свои знания и науку в дальнюю землю».

В разделе «Древняя Греция» вопрос нахождения Греции в древности будет рассмотрен подробнее.

Финикияне «прибыли от так называемого Красного моря» к Нашему морю – в Персидский залив или к морю, прилегающему к Персидскому заливу, там и находилась Колхида, там же находилась и Греция.

Многие авторы пишут о том, что река Фасис впадает в Понт (это утверждение есть у многих авторов, в качестве примера приведу Помпония Мела и Плиния Старшего [6]). Пиндар утверждает, что по реке Фасис можно доплыть до Эритрейского моря. Можно сделать предположение, Понт и Эритрейское море это или одно и то же море, или Понт является частью Эритрейского моря (Эритрейское море – практически весь Индийский океан). Река протекает по Колхиде. Туда прибыли финикийцы из Красного моря (указать конкретное место в Красном море откуда прибыли финикийцы — не берусь, возможно, это место возле Египта, возможно, где-то ближе к нынешнему Сомали, а может быть, возле того же Персидского залива). Там, в районе Персидского залива, оттуда они совершали, как пишет Геродот «дальние морские путешествия». Все опять логично, если Эллада тут же рядом с Колхидой.

Страбон:

«…Слухи о путешествиях финикийцев (которые немного спустя после Троянской войны объехали страны за Геракловыми Столпами и основали там города, так же как и в середине Ливийского побережья) получили широкую известность», — здесь надо согласиться с мнением Макаренко, что Геракловы Столпы — это Баб-эль-Мандебский пролив и тогда станет ясно, что и Геродот пишет об этом же, а именно, о плавании финикийцев по Красному морю и Индийскому океану: «Финикияне вышли из Красного моря и затем поплыли по Южному» (Мельпомена, 42).

Все это прекрасно ложится в версию Макаренко. И, как видно, здесь эта версия не противоречит тексту Геродота. Но снова не могу не отметить ошибку у переводчика. Мельпомена, 37: «Персы живут в Азии вплоть до Южного моря, называемого Красным…», – сравните с цитатой из предыдущего абзаца, из которой видно, что тут Геродот различает Красное (Эритрейское) и Южное моря. А через несколько предложений оказывается, что это одно и то же море. Понятно, что перевод выполнен неверно. Вероятно, у Геродота речь шла о том, что границы Персии («персы живут») на юге до моря, которое называется Красным (Эритрейским). А вот после Эритрейского моря начинается Южное море. О границе между этими морями можно только догадываться.

Тут необходимо привести два фрагмента из Страбона, Книга 16:

«27. Когда Гомер говорит:

К черным проник эфиопам, гостил у сидонян, эрембов (Од. IV, 84), то у толкователей возникает затруднение прежде всего относительно сидонян: следует ли считать их каким-то племенем, обитающим в Персидском заливе, колонистами которого были сидоняне, живущие в нашей части света, подобно тому как говорят о каких-то там островных тирийцах и арабах, колонисты которых, говорят, живут в нашей части света, или же их приходится считать самими сидонянами».

Книга 1:

«…претерпевши немало, немало скитавшись, добра я

Много привез в кораблях, возвратясь на осьмой год в отчизну.

Видел я Кипр, посетил финикиян, достигнув Египта,

К черным проник эфиопам, гостил у сидонян, эрембов,

В Ливии был…

(Од. IV, 81) S. 38.

Спрашивается, к каким эфиопам он прибыл, плывя из Египта (ведь никакие эфиопы не живут на Средиземном море и кораблям невозможно пройти через нильские катаракты). И кто эти сидоняне (ведь, конечно, это не те, что живут в Финикии, так как поэт не мог поставить сначала род, а затем прибавить вид)? И кто такие эрембы (ведь это новое имя)? Аристоник, современный нам грамматик, в своем сочинении «О странствовании Менелая» привел мнение многих авторов по каждому из данных вопросов; но для меня будет достаточно сказать об этом вкратце. Одни, утверждая, что Менелай отплыл в Эфиопию, предполагают плавание вдоль берегов через Гадиры вплоть до Индии и точно приурочивают путешествие ко времени, о котором говорит Гомер: «возвратясь на осьмой год в отчизну» (Од. IV, 82); другие высказывают предположение, что он плавал через перешеек, лежащий во впадине Аравийского залива; третьи думают, что он прошел одним из нильских каналов.

35. Писатели, которые выдумывают какой-то особый эфиопский народ эрембов, или кефенов, составляющих другой народ, или пигмеев – третий и множество других, не заслуживают большого доверия, так как, помимо неправдоподобия такого объяснения, у них еще проявляется склонность смешивать мифический и исторический жанры. Близки к этим и писатели, рассказывающие о сидонцах в Персидском заливе или где-то еще в Океане или переносящие странствование Менелая в открытый Океан, равным образом и финикийцев они помещают далеко в Океане. Немаловажным основанием для недоверия служат их взаимные противоречия. Одни из них утверждают даже, что наши сидонцы являются колонистами финикийцев

S. 43 на Океане, добавляя, что причина, почему их зовут финикийцами, – это красный цвет Персидского залива; другие же считают сидонцев на Океане колонистами из нашей Финикии. Некоторые писатели переносят даже Эфиопию в нашу Финикию, утверждая, что мифические приключения Андромеды происходили в Иоппе, хотя они это рассказывают не в силу незнакомства с местностью (где происходили эти приключения), а скорее потому, что рассказ ведется в мифической форме».

Здесь как раз то, о чем я говорил выше. Есть писатели, точка зрения которых не совпадает с мнением Страбона. Кто эти авторы, где их произведения — вопрос открыт. Зато сохранилось произведение Страбона, которое является краеугольным камнем, лежащим в основании нынешней версии истории. То, что Страбон часто ошибается, в этом никаких сомнений нет. Но достоинство работы Страбона в том, что у него сохранилась точка зрения этих писателей. И как видно из этого примера, их точка зрения прекрасно объясняет нелепый, с точки зрения современной истории, фрагмент из Геродота. То, что некоторые писатели переносят «даже Эфиопию в нашу Финикию» говорит, скорее всего, о том, что Финикия на самом деле находилась возле Эфиопии, ну, а то, что сидоняне (традиционно считается, что Сидон — древнейший город Финикии, ныне город в Ливане) оказываются у тех авторов, которых критикует Страбон, в Персидском заливе, только подтверждают, что мое прочтение текста Геродота — правильно. Что касается цитаты:

«Видел я Кипр, посетил финикиян, достигнув Египта,

К черным проник эфиопам, гостил у сидонян, эрембов,

В Ливии был…»

Из Египта попадаем к эфиопам, а оттуда в Ливию. Ерунда? У Геродота: «Между тем Нил течет из Ливии, затем проходит через Эфиопскую землю и впадает в море в Египте». Все оказывается верно. Следовательно, сидоняне (а значит и Сидон) и эрембы находятся между Ливией и эфиопами. И напрасно Страбон спорит с авторами, которые помещают финикиян в Океане или в Красном море. Их именно там и надо искать. И там же Кипр.