Исторические очерки Дона
Шрифт:
Во время битвы под Пассенгеймом все школьники вышли из городка и наблюдали, кто победит. А когда после победы казаки входили в городок, мальчики строем с песнями пошли казакам навстречу.
— Что это они поют по-немецки? — спросил кто-то из офицеров.
— Это они нашу песню поют, ваше благородие, — ответил урядник. У нас ее переняли. Только слова по-своему придумали.
И точно — школьники пели по-немецки:
— Хвалим Платова героя — Победитель был врагам…В город шли женщины с кувшинами молока на продажу. Мальчики с казачьим гиком атаковали их, отняли молоко, и при общих веселых криках и хохоте отдали молоко утомленным боем казакам.
За войну с французами 1807-го года, 11-го августа 1811-го года войску Донскому были пожалованы Георгиевское знамя и грамота. В грамоте этой значилось:
…«Врожденная бдительность, донских воинов ограждала спокойствие нашей армии, а главнокомандующему служила вместо недремлющего ока»…
Этою грамотой подтверждались все права и преимущества Донского войска, дарованные Императрицей Екатериной Великой, и утверждались «нерушимость настоящего образа его служения и неприкосновенность всей окружности его владений»…
Пришедшие на Дон казаки сложили об этой войне и о Прусской земле песню:
— Под славным было городом, под Гутштадтом Протекала там речушка, река слезовая, А на речушке струя бежит, струя кровавая; По-над речушкой сады цветут, сады зеленые. В зеленом-то саду не кукушечка, она куковала, Жалко, жалобно голосочек свой она выносила; Она всю-то нашу армеюшку прослезила… — «Ну вы стойте, наши казаченьки, стойте, не робейте Государева свинцу пороха не жалейте, Как заутра будет вам, казаченьки, награжденье: Будет жаловать Государь, жаловать крестами, Еще жаловать своим Царским знаменем»… Но молодые тут малолеточки не испужались, По темным лесам они разъезжали…Глава XXIII
Зимою 1808 года началась война на севере России со шведами. В этой войне участвовали два Донских казачьих полка: Л. Гв. Казачий Его Величества полк под командою генерал-майора Орлова-Денисова и полк Киселева. Лейб-казаки у деревни Ильби 12 февраля 1808 года в теснине, занесенной снегом, по глубоким сугробам, пешком с пиками в руках, атаковали и взяли шведскую батарею, а потом, преследуя шведов, с налета захватили город Борго.
Полк Киселева шел впереди Русской армии, когда та совершила в марте 1809 года безумно смелый переход по льду через Ботнический залив.
Перенос войны из Финляндии в пределы Швеции побудил шведов осенью 1809 года просить о мире. По этому миру Финляндия отошла к России и составила часть Русской Империи.
Долгое время, охраняя покой и мир в Финляндии, донские казачьи полки стояли там по гарнизонам. Об этой службе на далеком и глухом севере малороссийским сочинителем Гребенко были написаны стихи. Они стали любимою песнею донских казачьих полков:
— Поехал казак далеко на чужбину На добром коне вороном, Свою он навеки покинул краину, Ему не вернуться в отеческий дом. Напрасно казачка его молодая И утро, и вечер на север глядит, Все ждет, поджидает, с далекого края Когда же к ней милый казак прилетит. А там, за горами, где вьются метели, И страшны морозы зимою трещат, Где сдвинулись дружно и сосны, и ели, — Там — кости казачьи под снегом лежат. Казак и молил и просил, умирая, Насыпать курганчик ему в головах: — Пусть на кургане калина родная Растет и красуется в пышных цветах. Пусть вольная пташка на этой калине Порой пропоет эту песенку мне, Как жил-был казак далеко на чужбине И помнил про Дон на чужой стороне.Глава XXIV
Между Россией и Турцией шел давнишний спор из-за обладания Молдавой и Валахией. Наполеон предложил свое посредничество, чтобы примирить воюющие стороны. В случае отказа Турции принять Русские условия — России предоставлялось право захватить эти области и даже раздвинуть границы за счет Турции за Дунай до Балканских гор.
Готовясь захватить Пруссию, Наполеон хотел связать Россию войною на Дунае.
18 декабря 1800 года военные действия против турок начались.
— Пишет, пишет султан турецкий Царю белому И хочет султан турецкий Русскую землю взять: — «Отберу я всю Русскую землю, В кременну Москву стоять пойду, Поставлю своих благоверов по купеческим домам, А сам я, султан, стану в Николаевском дворце…» Затужился, загоревал Александрушка И пошел в кручине по кременной Москве И стал спрашивать посланца турецкого манорина: — «Ты скажи, скажи, манорин, всю правду: Много ли вашей силушки турецкой собралося?» — «Сорок тысяч батальонов, а эскадронов сметы нет». Тут Матвей Иванович Платов приподнялся, И возговорил он своим громким голосом: — «Врешь ты, врешь, манорин, облыгаешься. Ты, манорин, дюже выхваляешься; Я вашей силушки не боюся И во славный Царь Град уберуся…» — «Ты не бойся, наш православный царь… Встречать его сошли гренадерушков, Потчевать его заставь канонерушков, Стол поставь из медных пушечек, А скатерти постели все лафетушки. Закусочки им поставь мелкие пулечки, А провожать их пошли Донских казаков…»Занятая войнами с Наполеоном сначала в Австрии, а потом в Пруссии, Россия не могла сразу послать большое войско в Турцию. До 1809 года наши войска медленно подвигались к Дунаю. Только после 1809 года они дошли до Дуная и осадили крепость Силистрию. К этому времени из Пруссии прибыл к Дунайской армии атаман Платов с полками: Атаманским, Денисова 4-го, Денисова 7-го, Карпова, Гордеева, Иловайского 8-го и Иловайского 11-го и с донской артиллерией.
В войне, происходившей в осаде крепостей, что было делать конным казачьим полкам? Партии — разъезды, пикеты — заставы, удаль хорунжих и урядников, с малыми партиями казаков захватывавших пленных — так нужно «языка» чтобы знать, что делается в стане врагов — в этом протекала служба — утомительная, изматывающая, с ежедневными, но малыми потерями.
«Проводить турок», как говорилось в казачьей песне, Донцам пришлось 4 сентября 1810 года под Рассеватом, когда большая часть донских полков была собрала под начальством генерала Кутейникова и передана молодому графу Строгонову, приехавшему в армию, чтобы отличиться. Когда Русская пехота к вечеру сломила упорное сопротивление турок и те стали отходить к Дунаю, казаки бросились в преследование. Первыми врубились в турецкие ряды атаманцы. Урядники Сердюков, Терсков, Чеботарев и казаки Пахомов, Коновалов и Ковалев отбили 6 турецких знамен, казаки Цыганов и Назаров взяли в плен неприятельского мурзу, а хорунжий Мельников полонил пашу и его знамя.
Солнце спускалось за горы. В розовых блесках заката была река, когда атаманский сотник Яновский заметил турецкие парусные лодки, наполненные людьми, плывшие на ту сторону Дуная.
— За мною, друзья! — крикнул Яновский и с полного хода лошади с кручи бросился в Дунай. За ним его сотня.
Турки пошли на веслах. Они стреляли по плывшим через реку казакам. На том берегу атаманцы догнали убегавших турок, часть их покололи, забрали лодки, сели на них, взяли пленных, погрузили на лодки лошадей, и с песнями вернулись к полку.