Чтение онлайн

Перед русским полководцем стояла задача – выбрать удобное место для генерального сражения и противопоставить немецкой «свинье» такое построение русского войска, которое бы обеспечило победу. А для этого нужны прежде всего исчерпывающие сведения о противнике.

И Александр Невский выдвинул вперёд, «на землю немецкую», несколько разведывательных отрядов. Один из них, под командованием Домаша Твердиславича, столкнулся с рыцарским войском. Отряд был разбит, но уцелевшие воины принесли князю точные сведения: главные силы немцев идут к Псковскому озеру. Здесь и нужно ждать сражения.

Место было выбрано Александром Невским на Узмени, неширокой протоке между Псковским и Чудским озёрами, неподалёку от Вороньего камня, поднимавшегося над озёрным льдом метров на пятнадцать. Отсюда было удобно наблюдать за приближением немецкой рати. Сходились на льду Узмени русские отряды, и сам князь, по словам летописца, «вспятился на озеро». Полки начали строиться для боя.

Излюбленным боевым построением русских воевод было трёхполковое: сильное «чело» из пешцев и крылья, где стояли конные дружины. «Чело» должно было принять первый, самый сильный удар противника, остановить его, связать боем, и тогда с флангов нападали конные крылья. Александр Невский знал, конечно, об этом боевом строе. Но знал он и то, что победу можно одержать только в том случае, если «чело» выдержит сокрушительный натиск немецкой «свиньи». Уверенности же в этом у Александра Невского не было: пешие ополченцы из новгородских волостей были плохо вооружены и обучены. Нужно было найти противодействие первому, самому опасному удару рыцарской конницы, и молодой полководец нашёл его, смело нарушив традиционное построение войска основные силы он сосредоточил на флангах, свою отборную дружину поставил в засаду для обхода рыцарской «свиньи», а пешее «чело» прикрывал сзади высокий озёрный берег: если даже рыцари прорвутся через пеший строй в центре, они должны будут остановиться перед кручей. А тогда можно ударить по смешавшемуся рыцарскому войску с флангов и тыла.

Надо отметить, что Александр Невский превосходно использовал и другие особенности театра военных действий. Правый фланг русского войска прикрывала Сиговица, где били подземные ключи, отчего лёд был хрупким и рыхлым. Если нанести втянувшейся в бой с пешцами рыцарской «свинье» сильный удар слева и загнать туда тяжеловооружённых рыцарей, лёд не выдержит.

Так и было построено войско. Тёмными рядами застыли в центре сомкнутые щит в щит пешцы, вытянув вперёд длинные копья. Перед ними построились лучники. На флангах – конные дружины. Спряталась в лесу, за левым флангом, конная дружина князя Александра Невского. Час решающей битвы наступил.

По подсчётам военных историков, вице-магистр Ливонского ордена привёл на лёд Чудского озера десять – двенадцать тысяч воинства, у Александра Невского было немного больше: пятнадцать – семнадцать тысяч ратников, но надо учитывать, что значительную часть его войска составляли пешие ополченцы, уступавшие рыцарям в вооружении и боевой выучке. Во всяком случае, ни о каком «подавляющем превосходстве» русского войска не могло быть и речи (ливонские хронисты утверждали, что на одного немецкого рыцаря приходилось по шестьдесят воинов Александра Невского). Исход сражения решили полководческое искусство молодого новгородского князя, мужество и стойкость простых русских «воев».

Наступило раннее утро 5 апреля 1242 года. Железный клин рыцарского войска медленно надвигался на русский строй: рыцари ехали шагом, тяжело и безмолвно.

Поблескивали в лучах восходящего солнца острия копий и лезвия обнажённых мечей, шевелились над шлемами пёстрые перья, кресты зловеще чернели на белых рыцарских плащах. Будто крепостная стена накатывалась по льду на русский строй, а железные бочкообразные шлемы рыцарей – как зубцы на этой стене. За их спинами угадывалась колышащаяся масса кнехтов.

Русские лучники встретили рыцарей ливнем стрел. Но стрелы скользили по доспехам, почти не причиняя вреда врагу. Лучники пятились к рядам копьеносцев, сливались с ними в едином строю. Рыцари пустили коней рысью, всей тяжкой массой своей вломились в строй пешцев. Лязг оружия, конское ржание, крики, стоны…

Рыцарская «свинья» медленно продиралась рылом сквозь «чело» русского войска, топча подковами тела павших. Об этом трагическом эпизоде боя говорит летописец: «Наехали на полк немцы и пробились свиньёй сквозь полк». Но увидев перед собой вместо поля для манёвра, для ударов во фланг и тыл остальным русским полкам заснеженный берег и лес над ним, немцы остановились, смешались. Замысел Александра Невского удался: немецкая «свинья» глубоко втянулась между русскими конными дружинами, рыцарский боевой строй сломался. Взметнулся княжеский стяг с могучим зверем-львом. Русская конница ударила по «свинье» справа и слева, а в тыл, совершив быстрый обходный манёвр, бросилась отборная дружина самого Александра Невского. «И была тут сеча злая и великая немцам и чуди, и был треск от копий ломления, и звук от мечей сечения, и не было видно льда, покрылся он весь кровью», – свидетельствует русский летописей. Печальней было повествование ливонского хрониста, сожалеющего о будто бы упущенной победе:

Первыми побежали кнехты, за ними – благородные рыцари. Княжеские дружинники устремились в погоню и гнали их пять вёрст, до «Суболичского берега». Часть рыцарского войска русские ратники загнали на хрупкий лёд Сиговицы. Тонули всадники и кони, закованные в тяжёлое железо, и не было им спасения. Пятьсот рыцаре пали в этом сражении, пятьдесят «нарочитых воевод» Александр Невский взял в плен и привёл в Новгород. Давно уже не терпели тевтонцы такого сокрушительного поражения.

Торжественно встретил Великий Новгород победителей. Следом за своим князем шли «полк за полком, бьюще в бубны и трубяще в трубы», тянулись обозы с захваченным в бою рыцарским оружием, которым можно было вооружить целую рать.

Военные историки спустя столетия будут внимательно изучать Ледовое побоище и с удивлением писать о военном искусстве Александра Невского: многое он совершил впервые.

Впервые в полной мере были использованы условия местности: высокий берег, к которому был прислонён русский пехотный строй, не позволил немцам развить первоначальный успех после прорыва пешего полка.

Впервые было организовано преследование разбитого противника вне поля боя: раньше русские воеводы после победы «стояли на костях», празднуя победу.

Тактическое окружение всего немецкого войска, которое завершило разгром врага, было единственным таким случаем для всего средневековья. Этот сложнейший манёвр требовал умелого руководства боем и решительности.

Впервые тяжёлая рыцарская конница была разбита в полевом сражении войском, в основном состоящим из пехоты. Да и потери немцев оказались невероятными для рыцарских войн. Например, в весьма известной битве при Брюмеле (1119) между англичанами и французами было убито… три рыцаря!

Неудивительно, что в том же году ливонские рыцари поспешили прислать в Новгород послов «с поклоном» и заключили мирный договор, отказавшись от всех своих недавних захватов. Северо-западная граница Руси была защищена!

О знаменитой Невской битве и не менее знаменитом Ледовом побоище, навечно прославившими князя-ратоборца Александра Ярославовича Невского, написано в рассказано немало. Значительно меньше известно о других походах Александра Невского против немецких, шведских и литовских феодалов.