Чтение онлайн

Митя только развел руками и повернулся к Звереву. Тот подхватил парня за руку и отвел в сторону:

– У твоей подружки истерика. Все, что она мне сказала, – это то, что вы нашли труп. Теперь давай по порядку, как и почему вы здесь оказались?

Митя напялил очки и надул щеки, отчего стал похож на взъерошенного воробья.

– После разговора с вами мы еще немного посидели и пошли в сторону кремля. Мы двигались вдоль стены и увидели тело лежащего мужчины. Сначала я подумал, что он пьяный, но Анечка решила посмотреть. Когда мы подошли ближе, то увидели кровь.

– Вы подходили к нему? Что-нибудь трогали?

– Я не хотел его трогать, но Анечка вдруг завизжала, схватила меня за руку и закричала, что это Федя. Она тут же бросилась к нему, но я ее оттащил.

– В тот момент он был уже мертв? Ты в этом уверен?

– Он не подавал признаков жизни, все вокруг было в крови. Я стал оттаскивать Анечку, а она рвалась к нему. Я с трудом убедил ее, что этим должны заниматься соответствующие органы.

– Милицию ты вызвал?

– Когда Аня немного успокоилась, я отправил ее в общежитие искать вас, а сам дошел до ближайшей телефонной будки и вызвал милицию и врачей.

Зверев кивнул:

– Хорошо! Забирай отсюда женщин, возвращайтесь в общежитие и особо там не болтайте.

– Думаете, что его убили?

– Вполне вероятно.

– А может, это несчастный случай! Вчера он сильно напился. – Митя отвел взгляд.

– Откуда ты это знаешь?

– Видел его вчера!

Зверев потянул парня за рукав:

– Так, продолжай. Рассказывай, что там у вас случилось.

– А нечего мне рассказывать! Пустите!

Митя вырвал руку и двинулся к стоящим в стороне женщинам.

Когда Митя подошел, Анечка снова набросилась на него:

– Ну что? Ты рад? Я знала, что ты его ненавидишь! Может, это ты его убил?!

– Что ты несешь! – Митя испуганно оглянулся на Зверева.

– Ненавижу тебя!

Малиновская обняла рыдающую Анечку за плечи и потащила прочь. Проводив их пристальным взглядом, Зверев двинулся к работающим на месте происшествия милиционерам.

Костин, Комарик, которого Зверев уже на постоянной основе поручил Вене, прибыли на место происшествия два часа назад и рыскали по кустам в поисках улик. Тут же с оперативниками бродил среди осколков кирпича, битых бутылок и прочего мусора кинолог Гена Логвин со своим старым косматым псом Бармалеем. Главный криминалист Псковского управления милиции Леня Мокришин щелкал фотоаппаратом, собирал и складывал в целлофановые пакеты осколки со следами крови, что-то измерял, записывал.

Первым прибывших милиционеров Зверева увидел возглавлявший группу старший следователь Кравцов и недовольно поморщился:

– Гляньте-ка, наш главный сыщик уже тут как тут. Какими судьбами, товарищ Зверев?

– Ветром занесло, – отмахнулся от Кравцова Зверев и подозвал своих: – Ну, что тут у вас?

– Тело обнаружили Дроздова и Уточкин. Они же позвонили в дежурную часть, они же опознали тело. Это один из наших киношников – главный постановщик трюков Федор Быков. Покойный лежит в нескольких метрах от полуразрушенной стены, лицом вниз. Вокруг бутылочные осколки и большая лужа крови. На шее, в области артерии и на лице множественные порезы. Смерть наступила в результате потери крови.

В этот момент к Звереву и его оперативникам подошел Кравцов:

– И без экспертизы видно, что этот товарищ был пьян. Лично я не исключаю несчастный случай. Тут кругом битое стекло, грохнулся и распорол себе руки и шею.

Зверев в сомнении покачал головой:

– А наш эксперт тоже так считает?

– Тело он не осматривал, это дело врачей.

– А что по поводу времени смерти?

– Часов двенадцать нашему покойничку. Умер он где-то между десятью часами вечера и полночью. Это, конечно, навскидку, подождем, что скажет патологоанатом.

– Подождем. – Зверев посмотрел наверх. – А он не мог со стены сигануть?

– Такой вариант тоже не исключается!

– Сколько здесь?

– Метров восемь, а то и больше! – вмешался в беседу Комарик.

– Если он рухнул оттуда, то наверняка что-нибудь себе сломал – высота-то какая. Визуально можно определить, имеются у него серьезные вывихи или переломы?

– Визуально – нет! Нужно подождать медиков! – пояснил Веня Костин.

– Лично я и без медиков не сомневаюсь, что он упал сверху! – заявил Комарик.

– Ух ты, какой шустрый! Не сомневается он. Почему? – усмехнулся Кравцов.

– Пойдемте, я вам кое-что покажу.

Комарик подошел к лежавшему на камнях телу и присел рядом. Повсюду были разбросаны осколки, а прямо возле головы покойника валялось горлышко от винной бутылки с окровавленными острыми краями.

– Похоже, именно об этот осколок, – указав на окровавленное горлышко, предположил Комарик, – он себе сонную артерию и порезал.

– Не трогайте ничего пока. Я тут еще не все заснял, – запротестовал Мокришин, видя, как Игорек тычет пальцем в битое стекло.

Зверев отозвал Игорька в сторону:

– Пусть работает, а ты нам на словах расскажи.

– Вот, посмотрите! Видите, подошвы его ботинок?

– Видим. И что с ними не так?

– Тут повсюду битое стекло. Его так много, что пройти к тому месту, где он лежит, не наступив на осколки, просто невозможно. У покойника руки и лицо изрезаны, одежда тоже, а подошвы ботинок целехонькие.

– Молодец, вундеркинд! – Зверев усмехнулся. – Похоже, придется забираться на стену.

Построенные славянами-кривичами [403] еще в девятом веке крепостные стены вместе со своими воротами и башнями, местами неоднократно разрушенные, предстали перед глазами майора во всей своей красе. Наспех выстроенная часовня, мост и река – все это, казалось, можно было достать отсюда рукой. Так же хорошо просматривались Ленинская площадь и строения бывшего Мирожского монастыря, в котором в настоящее время проживали замешанные в грандиозном скандале московские деятели искусств.

Со стороны реки дул прохладный ветерок. Над головой пролетела стайка уток и исчезла вдалеке. Зверев набрал в легкие воздух и остановился, чтобы перевести дыхание. По привычке потянулся за сигаретами, но передумал.

Место, откуда мог спрыгнуть или свалиться московский трюкач, они отыскали довольно быстро. Комарик явно рвался вперед, так как ему не терпелось подтвердить свою догадку, но Зверев его осадил:

– Внизу все захламлено, здесь люди определенно бывают реже, так что не затопчи следы.