Чтение онлайн

– А вот теперь вы думайте, что делать, а я пойду, лягу, голова болит,- сказал я и уплёлся на свой любимый диван, провожаемый сочувственными взглядами и оханьем.

Я рухнул на диван и прикрыл глаза. Голова раскалывалась, и руки тоже болели- в левую вцеплялись кикиморы, когда тащили меня из ниоткуда, а в правую пропавший где-то по дороге мужик. Запястья у меня были фиолетовые, и вдобавок девчонки своими когтями оставили мне нехилые царапины. Умом я понимал, что мне не помешает обезболивающее, но в доме как назло лекарств почти не водилось, я вообще-то довольно здоровый человек, и наиболее частая моя болезнь - похмелье. Я лениво подумал, что надо бы кого-нибудь выпнуть в аптеку…Дуньку, например, в компании с помощником, а что? Пусть купят мне, болезному, лекарство. А то я тут загибаюсь, а они на кухне чаи гоняют. Непорядок, однако!

В дверь кто-то позвонил. На кухне начали совещаться- открывать или нет. Я тихо матерясь сполз с дивана и по стеночке поплёлся к двери. За дверью обнаружились Маша и Лариса.

– Граф, ты как? Говорят, ты головой о шкаф долбанулся?- с порога поинтересовалась Лариса.

– А сама не видишь?- фыркнул я,- или мою неземную красоту ничем не испортить?

– Бедный,- Маша обняла меня,- как же ты так неосторожно? Больно, да?

– Больно, Мань,- мне очень хотелось, чтоб меня пожалели, вот такое я оно.- еле на ногах стою.

– А хозяин на том свете был,- сообщила неугомонная Акулька,- и вернулся!

– А кто хочет сделать доброе дело и сходить в аптеку за таблеткой мне?- спросил я.

– Сейчас схожу, тебе что нужно?- подхватилась Лариса.

– Ларёк, каб я знал,- я покачал головой и сразу пожалел об этом,- мне чего- нибудь от всего и сразу…чтоб не болело!

– От всего и сразу- топор!- авторитетно заявила Лариса,- ладно, сейчас схожу. Где у тебя аптека ближайшая?

Засада…я честно, не знал. Вроде где-то есть, но где? Хз…

– Я знаю,- о, помощничек ! Точно, он небось рядом где- нибудь живёт и знает, не то что я.

– Знаешь, тогда веди, - скомандовала Лариса, и они удалились.

Маша с девами проводили меня до дивана. Я решил, для разнообразия, побыть самым тяжелобольным в мире человеком, и им не мешал.

– Ну как же ты так,- Маша присела со мной рядом. Я пристроил голову к ней на колени.

– А хозяин на тот свет попал, и покойников видел!- доложила Акулька,- много их там!

– Пять штук, нет, шесть покойников, и один не покойник,- уточнила Дунька.

– А мы его назад звали- звали, а он никак, а потом- раз!- снова Акулька, вот эмоциональный ребёнок.

– И головой об шкаф,- дополнила Дунька.

– Не орите, а,- жалобно попросил я,- и так голова раскалывается. А вы мне руки исцарапали и синяков наставили. Как я теперь на улицу выйду, а?

– Так ты ж ногами ходишь, хозяин!- удивилась Акулька, - при чём руки-то!

– Ой,- Маша только сейчас обратила внимание на мои синяки,- это девочки тебя?

– Не только,- поморщился я,- там ещё мужик был, но потерялся где-то по пути. Мань, Ларёк придёт ,и я все расскажу, ладно? Чтоб два раза не повторять.

– Конечно,- забеспокоилась Маша,- ты лежи, может тебя одеялом накрыть? А нам выйти? Окно занавесить?

– Мань, не суетись, а? Сиди, как сидишь,- попросил я,- меня надо просто пожалеть, и мне сразу полегчает.

– Ой, хозяин, мы поможем!

– Кыш, изверги! Чайник ставьте лучше…и караульте, пока не закипит!

Вскоре вернулись гонцы из аптеки. Меня напоили какой-то гадостью, и я заснул, едва успев рассказать мою скорбную повесть во второй раз. Мне приснилась моя любимая бабушка. Бабушка явно была не в настроении, хорошо, что без скалки.

– Бестолочь,- сказала бабушка,- мало я тебя учила. Раз влез, так расхлёбывай сам.

– Прости, бабуль,- виновато пробормотал я,- кто ж знал-то!

– Имена узнай,- назидательно произнесла бабушка и исчезла.

Я проснулся. На кухне разговаривали вполголоса, наверное, чтоб меня не разбудить. Вставать не хотелось, я лежал и вспоминал бабулю. Доставалось мне от неё частенько, особенно когда я стал ударяться в загулы по общагам. Она всегда на раз-два разоблачала моё враньё, и я тут же сознавался во всех своих прегрешениях, чем очень её расстраивал. Бабушка тогда давала мне дежурный подзатыльник, и наставительным тоном говорила - если уж врёшь, так ври до конца, нечего сознаваться!

И ещё вспомнилось…я , после очередного загула, с утра пораньше крадусь на кухню, бабушка сидит на табуретке, смотрит на мою похмельную рожу, и говорит:

– Слава богу, что ты не девка, в подоле не принесёшь.

Она всегда всё про меня знала. Хоть я никогда ничего и не рассказывал.

Я сел на диване. Голова ещё болела, но терпимо. Я встал, и пошёл на кухню, к народу. Явление меня, любимого было встречено восторженной овацией. Ну, ладно, вру, оваций не было, но мне тут же уступили табуретку и налили чаю. И даже конфетку выдали. Даже шоколадную, честно!

– Ну, и какие соображения будут?- поинтересовался я.

– Надо вещи искать?- предположила Маша.

– Надо,- вздохнул я, - мне почему-то кажется, что они в шкафах попрятаны.

– В горшках?- вдруг спросила Дунька.

– Почему в горшках,- не поняла Лариса.

– Так птица в горшке была.- Дунька пыталась прояснить ситуацию, но ещё больше всех запутала.

– Птица?- не понял Никита,- которая в мусорке того?

– Именно,- подытожил я,- птица в мусорке, а птичья кость и перо в горшке, в земле были. Каюсь, я горшок разбил. А в другом шкафу вроде ещё горшки были, только хз с чем, я до них не добрался.

– Ну да, ты сразу начал головоломку складывать,- Маша взяла меня за руку.

– Вот, а надо ещё узнать, как их звали,- я вспомнил свой сон,- всех пятерых. И про того мужика тоже, есть у меня мысль.

– У меня тоже,- вклинилась Лариса,- надо директору позвонить домой, да я телефон не знаю.

– Завтра узнаем, в школе,- у меня тоже были некоторые вопросы к директору.

– Тебе бы дома полежать хоть денёк,- пожалела меня Маша, - приди в себя, успеешь ещё спросить.

– Мань, а вдруг чего?- забеспокоился я,- вдруг кто в тот шкаф сунется? Лучше перебдеть…

– Никто не сунется,- Лариса покрутила у меня перед носом ключом с брелком в виде игральной кости,- я ключ унесла от кабинета. Так что лежи и болей.

– Ларёк, а вот скажи, что в этом здании было, когда там школы не было?- спросил я.

– Ну…- она задумалась,- гимназия была, женская, а до того тоже чего-то эдакое, типа пансион благородных девиц…а больше не знаю.

– Так, все страньше и страньше,- я посмотрел на притихшую компанию.
– Значит, гимназия и пансион. А до пансиона? Здание то очень старинное.