Чтение онлайн

Капитан хвалит нас обоих, но в его голосе уже нет прежнего огня. В его голосе усталость, как и на его лице. Слишком много войн, слишком много не-войн… слишком много сражений. Это состояние гроги.

Неужели прошло всего пять лет с тех пор, как пришельцы впервые построили ракетную базу на Луне? Кажется, больше. Чем я занимался пять лет назад, до того, как записался добровольцем в армию нового типа? Я не помню, и почему-то это кажется не слишком важным. Важно лишь то, что пришельцы сидят там, наверху, и строят что-то большое и мерзкое на тёмной стороне Луны. Нельзя, чтобы люди узнали об этом, они точно запаникуют. Но когда мы будем готовы, мы отправимся туда и уничтожим их. А потом отправимся на поиски тех, кто их послал. А пока мы ведём все эти малые войны — не войны — чтобы подготовиться к большой. Учимся не просто убивать, а делать это мастерски. Один ребёнок стоит двух женщин, одна женщина — двух мужчин. Такова идеология Капитана. Пусть войны продолжаются как можно дольше, чтобы мы могли научиться жестокости. Мы должны защитить человечество.

Вы отлично справляетесь, — говорит Капитан, не глядя на нас, — продолжайте в том же духе, и вы получите шанс сразиться с пришельцами, а потом мы снова сможем вернуться к реальной жизни.

Конечно, — вежливо отвечаем мы, — конечно.

Он ещё что-то бормочет, но мы не слушаем. У меня перед глазами стоит тот самый момент и лицо мальчишки, когда я размазываю его кишки по стене. Я облизываю губы. Жаль, что у меня нет холодного пива. Или даже тёплой кока-колы.

Капитан наконец замолчал, мы отдали честь и разошлись. Он хотел как лучше, но он явно запутался. Смогут ли он и ему подобные осознать это? Война продолжается, как обычно, только теперь это трёхсторонняя война.

Имеет ли это значение? Нет. Мы снова пойдём убивать. Ощутим, как в наших руках бьётся винтовка, как содрогается земля от разрывов бомб, посмотрим на их лица, в момент осознания. Ребёнок стоит двух женщин; женщина стоит двух мужчин.

Да.

…

Это один из моих самых ранних рассказов, из тех, что появились в конце семидесятых, начале восьмидесятых, когда я только начинал. Этот рассказ был первым, который я написал и который действительно появился в печати, в Британском фэнзине Tangent.

Идея возникла у меня после просмотра новостного репортажа о восстании в одной из стран, где репортёр сказал, что он даже не может с уверенностью сказать, сколько сторон в этой войне. Это заставило меня задуматься о правительствах, которые могут решить ввязаться в войну ради своих целей. В тот момент я всё ещё развивал свой собственный голос, но я думаю, что эта история получилась.

Перевод — RP55 RP55

В глубинах, в своей гробнице, спит Человекоубийца. Вокруг многочисленных слоёв канувшего в воды камня вяло колышутся холодные воды, но его тело не бьёт дрожь. В ледяной темноте Убийца терпеливо ждёт того дня, когда его снова призовут и тогда он явит свою суть. Тьма внутри, тьма снаружи. Убийца видит кровавые сны….

Бранд одним лёгким движением вывернул клинок и изящно отступил в сторону, а его противник упал на колени, отчаянно зажимая алую рану на животе. Кровь просачивалась между пальцами и проливалась на грязный пол. Мужчина повалился вперёд и затих. Бранд слегка приподнял меч и окинул таверну небрежным взглядом, разглядывая враждебные лица. Убедившись, что вызовов не последует, он опустился на колени рядом с мертвецом и, сорвав шейный платок, вытер клинок. Суматоха в таверне возобновилась, когда он убрал меч в ножны и принялся методично обчищать труп.

С довольным ворчанием он опустился на стул и бросил на стол перед своей гостьей объёмистый кошелёк. Она приподняла накрашенную бровь, когда одна золотая монета слабо мерцая выкатилась на свободу и сделав полукруг осела.

Она потянулась за кошельком, и кинжал Бранда внезапно оказался в его руке. Девушка чуть замешкалась, а затем плавным движением взяла кубок и молча подняла тост за Бранда. Кинжал исчез.

— Ты знатно дерёшься.

Бранд кивнул, соглашаясь с этим фактом, и медленно отхлебнул вина из своего кубка.

— Это то, чем я занимаюсь.

— У моего хозяина есть для тебя работа у Больших Рифов.

Любопытство Бранда пробудилось. — Я не ныряльщик. Почему я?

Единственным ответом было элегантное пожатие плечами. Бранд открыто изучал её, обводя взглядом её гибкую фигуру, и на губах его играла одобрительная улыбка. Эта женщина совсем недавно стала рабыней; грубая шерсть её туники контрастировала с её утончённой врождённой красотой и осанкой. Она быстро потеряет и то, и другое, с горечью подумал он, под ударами плети и бесконечной работой. Глубина его горечи удивила его, и он погасил её очередным глотком вина. Это его не касалось.

— Сколько мне заплатит твой хозяин? — мягко спросил он.

В её глазах промелькнул гнев, который она быстро подавила.

— Я ещё не решила, тот ли ты человек, за которым меня послали.

Бранд пожал плечами. — Ты искала лучшего убийцу в Итиэле; ты его нашла.

— Ты единственный убийца в Итиэле!

— Своими словами ты подтверждаешь мою правоту.

Она заколебалась, потом заговорщически наклонилась вперёд.

— За Большими Рифами находятся богатейшие запасы жемчуга в известных Королевствах; семья моего хозяина собирает их уже почти два столетия, и они всё ещё растут. Недавно открытое жемчужное ложе оказалась самым богатым из всех.

— Но в последнее время… — она помедлила и отпила из своего кубка. — Случались несчастные случаи; ныряльщики терялись и не возвращались на поверхность. Другие вернулись, но где-то на глубине потеряли рассудок.

— Колдуна, которого мой хозяин держит для защиты своих ныряльщиков, мучают кошмары, которые заставляют его кричать во сне, и он близок к безумию. Единственным его советом было нанять такого человека, как ты, человека — героя, который погрузится у Дальнего Рифа и уничтожит таящееся там зло.

Бранд усмехнулся. — Я не герой, девочка.

— Это ещё не всё. Она потянулась к мешочку на поясе и протянула Бранду небольшой амулет. Он с сомнением изучал его, снова и снова поворачивая в руках.

— Что это?

— Один из наших ныряльщиков поднял его на поверхность месяц назад.

Бранд изучил его внимательнее. С одной стороны в металле были вытравлены странные символы, предположительно кислотой. На лицевой стороне — расплывчатое изображение какого-то монстра. Бранд счёл, что это вызывает смутное беспокойство, и быстро вернул его обратно.

— Колдун Геррандес назвал его — Спящий до времени.

Бранд пожал плечами.

— Это старая легенда о демоне, который всегда был с нами и всегда будет, и единственный смысл существования которого — умерщвление. Демон крови и тьмы.

Бранд почувствовал, как волосы на его затылке встают дыбом, и беспокойно заёрзал на стуле.

— Это всего лишь легенда, девочка, не более того.

— Возможно. Мой хозяин приносил ему жертвы с тех пор, как это началось, но безрезультатно.

— Жертвоприношения? Ты имеешь в виду людей?